— Тогда почему ты все еще не попытался меня убить?
— Если бы ты хоть немного смыслила в магии, то знала бы, что это из-за тебя я сюда попал. И только с тобой могу вернуться назад.
Я в магии не смыслила, выводы казались мне сомнительными, но я не стала его разубеждать. Мне и дальше хотелось спокойно завтракать и принимать душ, не опасаясь обнаружить меч у горла.
Он снова углубился в исследования, и я некоторое время смотрела на его сосредоточенный профиль, ловя на себе косые недовольные взгляды, а потом спросила:
— Вернешься — и что дальше? — мне и правда стало интересно. Еще никогда в жизни я не общалась с Темным Властелином, хотелось понять его мотивы, стремления, желания. Что делает Властелина Темным? Что им движет?
— Выиграю битву, захвачу трон Объединенного Королевства, — пробормотал он себе под нос, не переставая смотреть в экран, одной рукой что-то на нем двигая, а другой не глядя делая заметки карандашом в моем блокноте.
— Зачем тебе трон?
Он посмотрел на меня, как на дуру, и ничего не ответил.
— Если тебя беспокоит моральная сторона вопроса, успокой свою совесть тем, что сейчас трон занимает не более достойный правитель.
Это походило на что-то личное. По меньшей мере тянуло на серьезные претензии.
— Чем тебе король не угодил? — удивилась я.
Короля я видела дважды: когда меня, избранную попаданку, представляли его величеству, и перед самой битвой, когда он произносил вдохновляющую речь перед войском, чтобы самому остаться в лагере и смотреть за битвой оттуда. Его можно было понять: он был стар, хром, толст и совершенно не в форме для каких бы то ни было битв.
Больше я о короле ничего не знала, сосредоточенная на собственном выживании, а не на политике. Зато знал Темный Властелин.
Его красные глаза загорелись нешуточным гневом.
— Тем, что он идиот! — прошипел он, и карандаш переломился в его бледных пальцах, но он, кажется, даже не заметил. — Развязывает войны, в которых не в силах победить, разоряет собственные земли непосильными поборами. Уступил эльфам в этом рабском мирном договоре! Отдал гномам Северные горы! Народ измучен и голоден! Кругом бедность и разруха! Вот чем он мне не угодил!
Я даже оторопела от его негодования.
— А ты знаешь, как сделать лучше?
— Я — да! Во всяком случае, я знаком с экономикой и представляю, как живут простолюдины!
На последнем запальчивом заявлении он осекся, будто сболтнул лишнего, и больше ни слова не сказал, хоть я и пыталась его разговорить весь вечер. Отбросив ненужный обломок карандаша, он продолжил свои исследования и, за исключением перерывов на обед и ужин, не поднимал головы до самой ночи.
***
Вообще сидеть третий день дома взаперти с Темным Властелином было скучно. Тем более он не очень-то снисходил до общения с какой-то там мной. Переделав вчера все дела, даже прибравшись в левой половине шкафа, до чего руки не доходили два года, все утро третьего дня я слонялась по дому без дела, периодически бросая на Темного Властелина раздраженные взгляды. И все утро я не могла понять — было сегодня в нем что-то странное, но вот что?
Тот, казалось, не скучал, надо понимать, еще в своем мире привык к сидению взаперти в Черном замке наедине с коварными планами. Не отрываясь, он смотрел телевизор, переключая каналы и иногда удивленно хмыкая. Не глядя отправлял в рот апельсиновые мармеладки и запивал их чаем, уже почти не морщась от его «несносного вкуса».
— А как же твое исследование звезд? — возобновила я попытки завязать разговор, упав в своей пижаме в соседнее кресло. Он рассеянно скользнул взглядом по моим шортам и снова уставился в телевизор.
— Я его закончил.
— Мы можем вернуться назад? — с замиранием сердца спросила я.
— Да.
— Когда?!
— Я скажу когда.
— Мне не нравится твоя загадочность.
— Привыкай.