– Выберемся? – девушка зловеще расхохоталась. – Да холм горит так, что нас видно со всех окрестных деревень! Зачем ты явилась в наши места? За что Богиня-Мать на нас так разгневалась?
– Скажи ещё, шабаш тут у нас был, когда всё загорелось.
Ада попыталась сложить руки на груди и с удивлением зацепилась взглядом за одежду. Никаких удобных спортивных брюк и майки. На ней было платье в пол, с замысловатой шнуровкой спереди. Ада замерла. Порыв ветра швырнул в лицо мелкие искры и пряди длинных волос забытым ощущением защекотали нос. Резко вскинув руки, Ада огладила свою голову и привычным движением перекинула через плечо полотно длинных волос.
Не может быть.
Этого просто не может быть!
Она обрезала их ещё полгода назад.
Нет-нет-нет!
И словно в подтверждение своей догадки, Ада почувствовала сильный жар, исходящий от горящего забора и вдруг ощутила первые сильные рваные удары. Бабуля была права. В груди нестерпимо жгло, как будто она не дышала долго-долго, и вот только сейчас сделала первый вдох и, замерев, ощутила удары своего сердца. Непроизвольно приложив руку к груди, она глубоко вдохнула, рискуя отравить себя этой гарью, и расхохоталась. От ощущения неясной свободы, от первых трещин своего внутреннего льда. Этот костёр стоил того. Стоил этих бесценных минут, когда в ушах звенело, а душа разворачивала крылья в глубине её существа.
Она хохотала до слёз, понимая, что она – живая. Впервые за много лет, она – живая. Но если она не поторопится – она сгорит. Но Ада ничего не могла поделать: ни пошевелиться, ни успокоится. Она продолжала хохотать, держа руку у бьющегося сердца.
– Ты точно Исчадие Ада, правду о тебе говорят…
Девушка отшатнулась, с ужасом глядя на Аду, сплюнула на траву, и бросилась в сизый дым. Её движение и новый порыв ветра, щедро сыпанул горячих искр в лицо и чёрным снегом осадил их на волосах. Пряди были светлее, или ей кажется?
– А вот и твой костёр, Ада…
Она закрыла руками лицо, пытаясь сделать усилие и очнуться. Истошный вопль вернул Аду в реальность. Видимо девушка попыталась пройти сквозь огонь. Не вышло. Она сыпала ругательствами в тумане и скулила от ожогов.
– Эй, ты! Иди сюда! Я помогу!
Ада стояла не двигаясь. Она боялась сойти с места. Потому что перед глазами мелькнула тетрадь бабули и слова о том, что из этого костра она выберется. Но если она сейчас кинется спасать девушку, она может потерять ориентир для спасения.
Но едва уловив, что огонь по жухлой траве уже подобрался к деревянным статуям, она поняла, что время на исходе. Ада кинулась к статуе странного существа, что ухмылялось ей ещё несколько минут назад, а сейчас скалило вырезанную улыбку на обычном полене дерева.
Чаша. Ей нужна чаша.
Ада ухватилась за подол платья, прилагая усилия, чтобы его разорвать. Это оказалось не так-то просто. Ткань была добротной, а нитки – прочными. Что ни говори, а шить они умели, чёрт возьми. Она задрала подол, вгрызаясь в него зубами, разрывая-таки ткань и укорачивая платье. С удивлением она обнаружила босые ноги. Прекрасно, бежать придется босиком.
Быстрым движением Ада умылась, смочив руки в воде, почти наощупь найдя чашу под венками из увядающих цветов и гирлянд из фруктов. Быстро-быстро провела мокрыми руками по всей длине волос и ещё раз, по лицу. Щедро намоченная ткань, завернутые волосы и небольшой кусок у носа. На мгновение стало легче дышать. Но радоваться рано. Во всем этом кошмаре пепелища ей надо найти безумную девушку. Может, воображение и сыграло с ней злую шутку, но она давала клятву. Она не имела права бросать её тут .
Подумав и решив, что в пожаре много воды не бывает, Ада вылила остатки себе на голову, заставляя ткань пропитаться ещё больше, и бросилась в сизый дым, в поисках паникующей девушки. Ей казалось, она уже раз сто обошла по кругу этот забор. С каждым разом это становилось всё труднее. Земля начала гореть даже там, где не было травы, уверенно раскатывая огненный ковер у её ног. Отчаявшись, Ада вернулась к статуе и нашла девушку там.
Преклонив колени, та – молилась. Неистово. Почти фанатично. Времени оставалось в обрез. Глупо умереть от того, что не сможешь пробежать пары метров из-за того, что время упущено и уже горит не просто забор, а вся земля.
Ада подскочила к девушке, резко схватив ту за плечи и заставив подняться.
– Я ищу тебя, а ты тут, мы потеряли столько времени…
– Будь ты проклята, – девушка со злостью отбросила руки Ады со своих плеч.
– Я уже, так что можешь не стараться…
Ада снова вцепилась в предплечье незнакомки и рывком потащила её за собой. Оказавшись за статуей, примерно прикинув направление, она ещё раз дернула за собой девушку и побежала. Рискуя всем. Прямо на огонь. Девушка заверещала, и тот момент, когда Ада выбила вставленные доски и они полетели на землю, с силой оттолкнула от себя Аду, лягнув ту в лицо. Девушка бросилась бежать, неловко поднимаясь с карачек, падая, и снова поднимаясь. Её вопль привлек к себе внимание тех, кого она назвала «загонщиками». Ада откатилась дальше под уклон, а мимо того места где только что была её голова пробежала тень, вслед за скрывшейся девушкой.
Ариадна лежала затаив дыхание. Спасти сейчас – она была уже бессильна. Раздался ещё один вскрик, порыв ветра закрутил спираль из искр над пожарищем, и Аде показалось, что вслед за огнём вверх устремилась душа…
«Надышалась–таки»
Ада тряхнула головой и на коленях проползла чуть дальше. Замерла. Прислушалась. Темнота и неизвестность были в разы лучше того, что осталось позади. Она несмело поднялась на ноги и шагнула в темноту спасительного леса.
*****