Сон как рукой сняло. Тут же подскочив, я схватил самодельное копьё обеими руками. Направив остриё в сторону, откуда, как казалось, донёсся звук, я всмотрелся в темноту. Никого.
– Кто здесь?
– Что-то ты, молодой человек, не очень-то гостеприимен. Ха, да ты обернись, я с другой стороны. – я слышал в скрипучем голосе насмешливые нотки.
Резкий разворот на месте, и я вижу говорящего: пожилой, седовласый мужчина небольшого роста стоит среди кустов. Сколько ему лет, так и не скажешь: может пятьдесят, а может и все сто. За спиной у старика какой-то короб, который он придерживает за лямки. Под весом своей ноши старец стоит сгорбившись, практически буквой «Г».
«Ну, на вид вроде бы безобидный, но не надо расслабляться.»
– Кто ты, старче?
– Вообще или сейчас? – незнакомец с улыбкой «перекатил» голову с одного плеча на другое.
– А есть разница? – я стараюсь говорить спокойно, но копья не опускаю и взгляда не отвожу.
– Конечно есть, молодой человек. Например, сейчас я уставший путник, который ищет безопасного ночлега, а вот ещё днём был путешествующим торговцем.
– Хорошо, допустим я верю…
– Вот и чудесно. Ты так не переживай – я один, и если бы хотел причинить тебе вред, то сделал бы это без труда уже давно. Я здесь стою уже минуты три, а ты даже не подозревал о том. Да и посмотри на меня, у меня же даже сил не хватит.
– Внешность обманчива, но надо признать, что в твоих словах есть доля истины. – «что ж, будем держать ухо востро, но может он и правда не плохой человек. А вот про силу, зря это он. Не каждый молодой сможет такой огромный короб, таскать целыми днями. Ведь эта поклажа больше него почти в два раза.»
– Присаживайся, старче. Еды у меня немного, но на двоих хватит. Угощайся, заяц как раз приготовился.
Я воткнул копьецо в землю, затем подобрав и вытерев нож тоже сел. Вроде бы и небрежно сел, но так, чтобы сразу суметь встать на ноги или перекатиться. Как говорится «доверяй, но проверяй». Поделив зайца на две равные части, одну дал старику, вторую взял сам. От молока незнакомец отказался, объяснив это тем, что у него есть с собой провизия, но ведь горячее всегда вкуснее.
Ночь обещала быть не скучной. Я уже узнал от старика интересный факт: оказывается, разделившие одну пищу, дают негласное согласие на перемирие. Минимум в том месте и на то время, где они в этот момент находятся.
Оказывается, этот неписанный закон все, для меня выходит, энписи чтили. А ведь я этого не знал, пока старик со мной не поделился этой информацией. Так же выяснилось, что незнакомец не просто путешественник, а на самом деле бродячий торговец.
Мы ели в тишине. По ощущениям прошло минут десять-пятнадцать, но я всё-таки решил нарушить тишину и заговорить с продавцом.
– Уважаемый, мы уже выяснили, что не желаем друг другу зла. Так может ты ответишь на несколько моих вопросов?
– Ты, хозяин этой стоянки, разделил со мной последнюю пищу… Так что да, я отвечу на твои вопросы.
– Как звать-то тебя, дедушка?
– Долго ты что-то тянул с этим вопросом. Имя надо было в первую очередь спрашивать, ведь в нем сокрыта огромная сила. – торговец ухмыльнулся – А зови меня Торец.
– Хитришь или проверяешь, дедушка? Я же тебя про настоящее имя спрашиваю, а ты мне прозвище говоришь. Любому же понятно, что ты слово «торговец» просто сократил до похожего на имя.
– Хе-хе-хе… – смех деда был скрипуч, но отвращения не вызвал. Я тоже невольно улыбнулся – Прав ты, это моё прозвище, а на самом деле меня зовут Поргат. Но тогда и ты скажи, кого мне благодарить за вкусный ужин и приют.
– Меня зовут просто – Мир.
– Как, как говоришь? Простомир? Очень странное имя.
– Шутить изволишь, Поргат? – мы оба улыбнулись. – Мир. Зовут меня, Мир.
– Вот и хорошо, вот и познакомились.
«Не удивительно, что Поргат торговец, он определенно умеет к себе расположить. Это всё хорошо, но у меня ещё есть вопросы.»
– Так почему же ты странствуешь один? Я слышал, что здесь небезопасно.
Торговец что-то шепчет, но я не могу разобрать что именно. Наверное, это у него старческое.