– Да, пожалуй.
Вдруг лица, горящего предательским румянцем, коснулись холодные пальцы и немного приподняли его, заставляя заглянуть в хитрые глаза лимонного оттенка.
“Будто золотом покрыты” – подумал блондин, когда его пылающей щеки коснулись шероховатые губы. Сердце пропустило удар, ведь они же прошептали ему на ухо фразу, окончательно перевернувшую всё.
– Считай что я его принял.
В тот тёплый апрельский день, в голове златовласого пронеслась лишь одна мысль :
” Я сошёл сума. Точно рехнулся “
Но и она быстро исчезла , медленно растворяясь в очередном поцелуе.
∅ ∅ ∅
Неужели это считается признанием в любви?
Племянник Белоса лежал на кровати в своей комнате и пялил в потолок, полностью погружённый в собственные раздумия. В его голове произошёл небольшой разрыв шаблона, который тот всячески пытался залатать новой полученной информацией. Разве там не должно быть фраз по типу “Люблю, жить без тебя не могу” либо “Я хочу быть каплей в океане твоих глаз”, или какую ещё сладко-приторную муть несут в книгах и фильмах? Что ж сегодня блондин убедился, что в жизни можно обойтись и без этих розовых соплей.
Хантер сам по себе человек очень прагматичный и все эти телячьи нежности не любил, его дядя – военный, уж так парень был воспитан. Особой нежностью и пониманием в их небольшой семейке не пахло. Белос безусловно любил племянника, но увидеть выражение этой самой любви многим было даже не под силу. В детстве юноши не было всех этих сюсюканей и поцелуев на ночь, их заменяли дисциплина и тренировки, поэтому не мудрено, что познания блондина о любви ограничивались дешёвыми романами, взятыми у соседей по этажу и сериалами, где у главных героев любовь до гроба появляется уже на третий день знакомства, если не раньше. Но сколько бы он ни читал и не смотрел об этом загадочном чувстве, которое может быть одновременно и проклятьем и благословением, юноша понимал, что пока не испытает это на собственной шкуре никогда не поймёт, почему кто-то готов отдать всё ради чужого человека. Это как когда тебе в детстве говорят не хватать горячий чайник , потому что можно обжечься. Ты понимаешь – это опасно, будет больно и неприятно, но ведь пока ты всё таки не ухватишься покрепче за этот чёртов чайник, то не поймёшь, как обжигает раскалённый метал, как болят волдыри от ожогов на руках и как щиплет заживляющая мазь. Можно сто раз о чём то слышать , но в этом нет никакого толку, если сам ты этого не испытал.
И поэтому парню было тревожно. Он толком не знает как выразить такие чувства как нежность и мягкость, ему чужды откровения и разговоры по душам… Блайт же наоборот готов делиться всем, чем можно. Он максимально открыт, поэтому изначально и складывается впечатление недалёкого дурачка, который перед тобой как открытая книга. И от части это так, зеленовласым часто движут эмоции, а не здравые размышления. Не в силах сдержать весь поток чувств, прень может запросто обнять человека, задать нетактичный вопрос, и Хантер даже немного завидовал. Ему то героических трудов стоило даже промямлить то недо-признание.
” Хреновый из меня парень, получается” – подвёл всё к конечной мысли блондин и вздохнул, проклиная всё на свете.
” Вот почему любовь нужно чем-то доказывать? Почему невозможно просто почувствовать это… На физическом уровне?! Было бы так просто: коснулся человека и понимаешь «Ага, любит!» или «Пиз*ец, не любит», а не вот это вот всё! “
Юноша чувствовал, как рушится вся стабильность его подростковой жизни. И это пугало. Как бы сильно он не отрицал.
Хан приподнялся на локтях, его взгляд упал на книгу, которую он недавно дочитал. Уголок мягкой обложки был помят, после того, как тот недавно запустил ей в дверь, намереваясь попасть в Кики.
Блондин присел на край кровати и взял книгу с прикроватной тумбочки. «Скорее счастлив, чем нет» авторства Адама Сильвера. Он выкупил её у соседа по этажу ещё в середине прошедшего учебного года и только недавно соизволил дочитать, его тогда подкупила обложка и отсутствие альтернатив для прочтения, но вскоре желание читать пропало и появилось лишь пару недель назад.
Парень с минуту не отрываясь глядел на юношу с обложки – главного героя. Ему ведь тоже шестнадцать. Главное, что он понял из истории про молодого Арона Сото, это то, что сколько бы ты не пытался закрыться от проблем и воспоминаний они всё равно рано или поздно настигнут, даже если тебе сотрут память. Нужно хотя бы постараться принять перемены.
Златовласый улыбнулся, завидев чужую ветровку, висящую на дверце шкафа.
” Теперь ты – часть моих воспоминаний, Зелёнка… И тебя я точно не забуду. “
∅ ∅ ∅
Сентябрьское солнце грело, хотя уже не так сильно, как, казалось бы, ещё вчера. Хотя возможно Блайт просто не хотел смиряться с той мыслью, что бесконечное лето закончилось. Но вот он стоит в безупречно белой рубашке, выглаженных классических брюках и думает, как бы незаметно от родителей снять галстук. Одалия последний раз осмотрела трёх её детей и, поправив воротник платья Эмити, кивнула.
– Вы точно сами доберётесь?
– Мам, вы всё равно не сможете нас довезти, – напомнил Эд, родителям нужно было на встречу, поэтому Блайтам младшим предстояла прогулка до школы на своих двоих.
Женщина хотела что-то сказать , но промолчала и, пожелав им не опозориться на школьной линейке, села в машину.
Как только авто родителей скрылось за поворотом Эмити, Эдрик и Эмира наконец выдохнули с облегчением. Эта неделя, как и собственно любая последняя перед школой, была очень напряжённой. Походы по магазинам в поисках идеальной одежды и нормальных канцтоваров, повторение материала перед новым учебным годом, их мать каждый раз очень основательно и требовательно подходила к этому вопросу. Все разговоры были только о учёбе и это ужасно утомляло. Но пока можно выдохнуть, ведь уроки начнутся только завтра, и прогуляться под утреннее щебетание птиц. В школе их будут ждать их одноклассники, которых они так долго не видели и ужасно соскучились.
– Слушайте, мне надо в ту сторону сбегать, – Эдрик указал на дорожку, которая вела в обратную сторону от здания Хиксайда, – Вы идите, я вас догоню.
Сёстры переглянулись и пожали плечами.
– Ладненько, только не опаздывай ! – крикнула Эмира уже ушедшему от них на пару метров брату.
⌀ ⌀ ⌀