С этими словами Игоря неделикатно препроводили толчком в спину туда же, куда и Риту. И за ними закрылась дверь.
Это было небольшое и явно служебное помещение — забитые какими-то вещами стеллажи, одинокий стул, вешалка для одежды, разномастный хозяйственный инвентарь.
И Рита.
Помещение тускло озарял один светильник, зажегшийся от движения. И в его свете лицо Риты казалось невероятно бледным. А, может, и не казалось. Губы вон явно дрожат.
— Игорь… — она говорит шепотом. И не потому, что боится, что ее услышат за дверью. А потому, что не может говорить громче — голос ее явно не слушается. — Игорь, что я натворила…
— Кажется, ничего.
— Я наставила на тебя оружие.
— Ну и что? — он пожал плечами.
— Я наставила на тебе оружие, заряженное боевыми патронами! Мой палец лежал на курке! А если бы… О, господи… — она вдруг схватилась за горло. — Я угрожала тебе. Я же могла… тебя…
— Рит… Ничего же не произошло.
— Ты не понимаешь! — вместо шепота вдруг раздался звенящий крик. — Не понимаешь! Как я могла?! В тебя… пистолетом…
Она зажала рот рукой.
Отчетливый тремор пальцев. Расширенные зрачки. Бледность сменяется ярко-алыми пятнами — на щеках и шее.
Родная, что ж ты так распереживалась?! Ничего же страшного не произошло.
Игорь раскинул руки — и через секунду Рита была уже у его груди, в его объятьях.
— Тихо-тихо, — зашептал он ей в висок. — Ничего страшного не случилось, все в порядке.
Она что-то сказала, но, поскольку была прижата к его груди, Игорь не разобрал — что. А потом ее руки оказались на его спине, и она стала ими водить — вверх, до плеч, потом вниз, к пояснице. Словно ощупывала, будто слепая. А потом прижалась сильнее — и разрыдалась.
Скилл успокаивания рыдающих женщин Игорь за последние несколько дней порядком прокачал. И сейчас — гладил по голове, по спине, что-то шептал — не словами, тоном работал. А Рита все дрожала, уже не мелко, крупно. Он прижал ее к себе сильнее.
— Все хорошо. Все в порядке. Я рядом.
Эту нехитрую мантру пришлось повторить не раз и не два. Прежде чем утихла дрожь и стихли рыдания. А он все продолжал гладить Риту по голове.
— Все, — Рита икнула, а потом громко шмыгнула носом. — Истерика объявляется оконченной.
Игорь улыбнулся. В этом вся Рита.
— Слушай, — он наклонился, чтобы шептать ей на ухо. — А мы можем как-то незаметно просочиться мимо ресепшена?
Она подняла к нему лицо — и тоже улыбнулась. Необыкновенно красивой, хоть и слабой улыбкой.
— Мы можем выйти прямо отсюда.
Рита повернула голову, и Игорь вслед за ней. Действительно, в этом помещении было две двери.
— А твоя верхняя одежда…
Рита протянула руку и стянула с вешалки куртку.
Вот и отлично. Отлично просто все складывается! Игорь забрал у Риты куртку, помог надеть и протянул руку.
— Пойдем.