— А чему ты его научил?
— Что он – не только его знания, а гораздо больше. — Он стал для Тейта первым и единственным другом. — Его родители по сей день меня ненавидят. Они уверены, что это я заманил его на темную сторону – иными словами, к девушкам.
— А это не так? — Аннабэль выглядела удивленной.
— Нет. Тейт всегда интересовался женщинами. Просто думал, что у него нет шансов. А я помог ему увеличить эти шансы.
— Разделяя с ним девушек?
— Не сразу. Для начала мы вместе стали тренироваться после школы. Я научил его одеваться. Хотя, мне до сих пор так и не удалось научить его фильтровать то, что он говорит, но в этом его фишка. С трудом представляю себе Тейта, который раза три за день не ляпнет что-нибудь, не подумав.
— Мне нравится, что он такой честный, — девушка покачивалась в танце, музыка зазвучала в более медленном темпе. — Я всегда могу доверять тому, что говорит Тейт, потому что он не умеет врать. Даже когда я спросила его, полнят ли меня новые джинсы, то получила точный расчет в процентах. Он сказал, что я выгляжу полнее всего на три процента, а потом начал объяснять, как покрой джинсов визуально может добавлять размер. Я ничего не поняла в его расчетах, но всё равно перестала покупать расклешенные джинсы.
В этом весь Тейт.
— Он не хотел тебя расстроить.
— Он и не расстроил. И еще сказал, что, учитывая мои исходные размеры, такой низкий процент визуального изменения объема не уменьшает моей привлекательности.
Мужчина не смог сдержаться и рассмеялся. Именно так Тейт говорил женщине, что находит ее сексуальной.
Эрик заметил своего друга, стоящего прямо у края танцпола, наблюдающего за ними в ожидании. А вдруг Бэлль шокирует то, чего они хотят?
— Я рада, что у вас двоих все получилось. Но в моем случае не всё так гладко. Я подумываю вернуться к профессии дизайнера, — она произнесла это так тихо, что Эрику пришлось напрячься, чтобы расслышать.
— Что ты имеешь в виду? На стороне? — она и так работала допоздна. Если они задерживались в офисе, Бэлль тоже оставалась. Он не представлял, как она сможет совмещать работу и хобби.
— Нет. Я думаю пора что-то менять. Наверное, мне нужно предупредить вас, ребята. Не так я представляла свою жизнь. И дело не в том, что мне не нравится моя работа. Вы все замечательные, но мне нужно нечто большее. Я смотрю на тебя, Келла и Тейта. У вас есть цель. Вы занимаетесь любимым делом, отдаетесь ему всей душой. Мне нужно найти для себя нечто подобное.
Эрик с трудом заставил себя не остановиться посреди танцпола, — Ты говоришь мне, что увольняешься?!
Этого нельзя допустить. Мужчина старался не запаниковать. Им нужно подобраться к ней поближе. Ничего не получится, если они не будут видеться каждый день. А теперь они могут вообще ее больше не увидеть. Как, черт возьми, это произошло?
— Нет, я не увольняюсь. По крайней мере, пока. Мне нужно набраться мужества найти работу дизайнером или начать собственное дело. Вау, прозвучало очень корыстно. Я не пытаюсь вас использовать. Как я уже говорила, вы трое нравитесь мне. Просто я хочу заниматься делом, которое люблю, — девушка остановилась, словно ее ноги приросли к полу. На прекрасном лице Бэлль появилась гримаса сожаления. — Мне не стоило ничего говорить. Эта свадьба вызвала мою собственную «вечеринку жалости». Не увольняй меня, пожалуйста.
Эрику показалось, что его затягивает в воронку смерча. Сначала она сама собирается уходить, а в следующую минуту это он должен ее уволить? Такое ощущение, что его контроль над ситуацией ускользает. Дерьмо. Нужно взять себя в руки. На вспыльчивого Келлана полагаться нельзя. Да и Тейт забыл бы о фразе «контроль эмоций», если бы ему бросили такое в лицо. Где-то на уровне подсознания Эрик понимал – у них у всех будут проблемы, если он сейчас выйдет из себя. Но, похоже, ничего не мог с собой поделать.
— Какого черта я должен тебя увольнять?
Девушка покачала головой и заговорила медленно, словно понимая, что мужчина изо всех сил пытается уследить за ходом ее мыслей, — Потому что я только что сказала, что в конечном итоге всё равно уйду. И вы могли бы решить, что лучше уже сейчас найти мне замену.
— У меня нет никакого резона заменять тебя. Но я в шоке, что у нас ты не чувствуешь себя счастливой. Я думал, у нас это получается.
Они заботились о ней любым возможным способом. Провожали домой поздно вечером, чтобы быть уверенными в ее безопасности. Под видом любопытства Тейта об устройстве двигателей внутреннего сгорания, они наняли механика, который полностью починил ее старый драндулет, потому что понятия не имели, как уговорить Бэлль принять от них новую машину.
— Дело не в вас, — тихо сказала она. — Я не так представляла свою жизнь. Здесь много причин. Просто… я не думаю, что когда-нибудь смогу быть по-настоящему счастлива в нынешних обстоятельствах.
Эрика буквально затрясло от злости. Они относились к ней, как к гребаной королеве. Офис был полностью в ее власти. Когда Бэлль захотела поменять обычную кофеварку на полноценную кофемашину, потому что ей, видите ли, нравилось в полдень выпить чашечку латте, они купили агрегат, которому даже Старбакс позавидовал бы3. Ей не нравился их ковролин. Через два дня он исчез, и они угробили несколько тысяч долларов на то, что она называла «бразильской вишней», когда позволили ей заменить напольное покрытие на ламинат.
— Думаешь, что найдешь где-то боссов лучше? Хочешь, чтобы тебя снова нанял очередной мудак, который будет домогаться? — внезапно в нем проснулось желание кого-нибудь ударить.
Бэлль покачала головой, — Милый, я говорю не о работе. Нет. Вы трое – замечательные боссы. О лучших и мечтать нельзя, — девушка протянула руку и коснулась пальцами его щеки. — У тебя глаз дергается. Сделай глубокий вдох и успокойся.
Действительно, когда мужчина злился, у него начинал раздражающе подергиваться левый глаз. И то, что она это заметила, еще больше нервировало Эрика.
Аннабель успокаивающе погладила его по щеке, ее голос стал мягче и спокойнее, — Знаешь, все считают Келлана раздражительным, но ты слишком многое держишь в себе. Однажды ты просто взорвешься, Эрик. Я хочу, чтобы ты просто научился выпускать пар.
И вот так запросто его гнев поменял свой курс, трансформировавшись во что-то нежное. Она понимала его. И ему это было нужно. Черт, ему нужна она. Эта женщина смогла успокоить его. Проклятье, она завладела им.