— Куб ударопрочный.
— Это хорошо…
— На той стороне на выходе с терминала тебя встретит наш человек. Передашь ему куб, он отдаст тебе пять сотен колонисов в неименных держалках.
— Звучит круто.
— Попробуешь нас кинуть, или если тебя повяжут, вы оба трупы.
— А вот это наоборот обескураживает.
Последнюю фразу «Джек» комментировать не стал. Молча вложил «посылку» и две свеженькие карточки удостоверений личности мне в руки и, развернувшись, двинул прочь.
— Алекс… — подала голос все время разговора стоявшая рядом Софи. — Не нравится мне это…
— Мне тоже.
— А что если там… бомба?
Хм… значит, в этом мире и теракты случаются? Да, веселое местечко.
— Не бойся, там не бомба.
— А что?
— Стихийное Сердце.
Даже мою чувствительность контейнер заметно притуплял. Я мог сказать только, что предмет внутри структурой сильно напоминал стихийный резервуар. А вот определить конкретную стихию или размер Сердца уже не мог.
Первым желанием, понятно, было оставить Сердце себе. На чувства контрабандистов мне было наплевать — останавливало меня понимание того, что Сердце явно принадлежало не им. У кого-то его украли и для кого-то его везли. Ни с первыми, ни со вторыми я встречаться не хотел.
— Алекс.
Билеты мы уже купили, и теперь стояли в длинной очереди к одному из «портальных автобусов». Один за другим они отъезжали от пункта досмотра, а освободившиеся места занимали те, что возвращались с Седьмой.
— Да?
— А ведь маме понадобится Сердце, — произнесла она как бы невзначай.
Я даже не сразу сообразил о чем она.
— Да, а что… постой-ка, — я опустил на нее взгляд. — Ты на что намекаешь?
— Ну…
— Ха-ха, — не выдержав, я рассмеялся. — Кажется, кто-то не так давно нотации читал…
— Это другое! — тут же стала возмущаться девушка. — Это-то для хорошего дела!
— Бургер ты, по-моему, тоже съела.
— Мне не понравилось.
— Оставшиеся, значит, не будешь?
— Буду! И мне опять не понра… Не меняй тему!
Пару секунд я еще улыбался, глядя на нее, потом покачал головой: