Не пущу: читать начало книги онлайн

– Нет, Андрон, не зря говорится, что старое прошло, и теперь все новое.

Андрон, распаленный его вниманием, продолжал:

– Вот все о справедливости божьей проповедуешь, а 150 работников нашего завода, где они? На бирже труда? Разъехались? Кто на вахту на Север или в Москву, а кто и из пожилых вообще руки опустили. Семьи чем кормить? работать где тут у нас? Что молчишь, батюшка?

– А то молчу. Что не прав ты.

– Я не прав? Да если бы они деньги эти, в руки им в девяностые задарма попавшие, на нужды народные или на развитие этого же производства тратили, а не виллы в Испании покупали, да детей своих не в Англии и США учили, а производство здесь бы развивали, ноу-хау разные, рабочие места создавали. Им бы цены не было. Но они то что? Хапают и хапают. Хапают и хапают.

– А то ты не прав, что сложнее все на самом деле и не так просто жизнь устроена. Тебе же сказал Поликарп, почему он завод остановил, а потом и продал? Устарела продукция. Не берут ее. Не нужна она никому. А кредиты ему длинные никто не даст. Банкам им месяц – два и все отдай обратно. Или такие проценты заломят. Да все ты это прекрасно знаешь. А ворчишь Андрон потому, что жизнь твоя не удалась. Обижен ты. И, но Поликарпа обижен, что девушку твою увел, и что он успешный такой, а ты вот ни кола, ни двора не имеешь.

Андрон с грохотом поставил стакан с подстаканником на стол, да так, что ложка из стакана выпрыгнула и громко звякнув упала на грязный бетонный пол.

– Жизнь мою ты не тронь, батюшка. И не тебе судить удалась она или нет.

За оном завизжали тормоза. Крош привёз продукты.

Отец, Владимир встал, пригладил бороду. Поблагодарил за чай, за беседу:

– А вот с ним я, пожалуй, и уеду. – проговорил он, отодвигая занавеску. – А тебе Андрон, вот что скажу. Жизнь мирская и жизнь духовная никогда не совпадают. Не переноси злость, что в душе у тебя, на весь мир. Подчинись мирским законам. По мирским законам и живи. Ты один ничего не сделаешь. Завод уже не спасешь. Смирись, Андрон.

И, поблагодарив за угощение, перекрестив его вышел.

– Смирись, – передразнил его Андрон, когда машина Кроша, визжа шинами, завернула на автостраду. – а вот не буду открывать ворота, и в металлолом они станки мои не вывезут. А там посмотрим.

Руководитель предприятия в таком небольшом городке просто обязан быть членом исполкома местного Совета народных депутатов. Вот и Пол, уже много лет именуемый уважительно Поликарпом Ивановичем, в конце перестройки был единогласно избран избирателями своего маленького округа, а по сути рабочими своего завода, депутатом районного Совета.

В отличие от Андрона, увлекшегося романтикой свободного труда и их одноклассника отца Владимира, избравшего после увлечения карате и другими восточными единоборствами путь служения христианству, и нашедшего себя в душевном общении с людьми, Пол еще в доперестроечные времена возглавил заводской штаб НТТМ.

Там, по сути, и начал свою предпринимательскую деятельность.

Затем перестройка. затем приватизация. создал свою посредническую фирму, которая пропускала через себя продукцию завода, накопил средств, в том числе и за счет нескольких риэлторских фирм.

Купил акции. Но оказалось недостаточно. Затем скупал их у рабочих пока не стал собственником завода.

А вот для Андрона завод собственностью никогда не был, был больше, чем просто молодость. Завод как-то незаметно стал для него всем. И школой, и университетом и семьей.

Еще в школе летом его устроили родители на завод, и он работал целый месяц с настоящими электриками, копал траншеи под кабель между этими цехами, внимательно и с интересом смотрел как гудящей паяльной лампой мудрый Иваныч, их бригадир, паял соединительные распайки как раз вон у той стены заготовительного цеха.

Старый добрый завод. Старый добрый мир.

Андрон с удовольствием обходил свои новые владения и представлял себя директором всего этого хозяйства и совсем, как тогдашний директор Лев Семенович давал указания, инженерам, здоровался с рабочими, обходил цеха, проверяя на слух, уханье больших прессов, мнущих и режущих большие листы тонкого железа, визг пилорамы в заготовочном, довольное урчание подъемного крана, медленно ползущего  под потолком с висящим на крюке большим тонны на три рулоном прокатного листа.

Так и проходила его новая жизнь, спокойно размеренно.

Три раза в неделю помощник Пола привозил еду. Андрон набивал холодильник. И исправно вел свое дежурство по охране заводской территории и вверенного ему заводского хозяйства.

В кабинете разместилось три человека.

Дмитрий Александрович сидел за своим столом. Ароматный дым гаванской сигары медленно вился вокруг старинной бронзовой лампы и уплывал в открытое окно. Несмотря на то, что оно было открыто настежь, в кабинете было тихо. Было слышно, как в большом вертикальном от пола до потолка аквариуме переливались пузырьки воздуха.

Другие двое Полу были незнакомы.

– Мои гости. С Москвы. – скупо представил их Дмитрий Александрович.

– Ну вот, – обратился он к ним, – это и есть новый исполнительный директор нашего завода.

Вежливое легкое кивание гостей означало то ли одобрение, то ли просто подтверждение сего факта.