Финальный выбор: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Большое серое здание с широким каменным крыльцом. Я взбежал по лестнице и оказался внутри. Там было темно, в окна едва попадал лунный свет. Внутри было очень много коридоров и дверей. Похоже на общежитие. Весь в поту, не видящий ничего от злости и горя я забежал на третий этаж. Моя комната находилась в левом крыле, почти у самого туалета. Окно в конце коридора было приоткрыто, и занавеска колыхалась под напором воздуха.

Дверь открылась без ключа, и я зашел внутрь. Там никого не было, хотя жил я явно не один: 4 кровати, множество ботинок у входа. Лихорадочно я начал копаться в своем ящике, попутно выбрасывая оттуда какие-то вещи. Я не волновался за порядок.

Наконец, найдя то, что мне нужно, я глубоко вздохнул. В моей руке была маленькая синяя коробочка. С ней я направился в ванную комнату. Слезы градом катились по моим щекам, а губы свернулись в гармошку и сильно тряслись. Открыв коробку, я достал из нее все пилюли – около десяти штук. Последний раз подумал, вытер слезы и поднес ладонь к лицу.

Так я пролежал около пятнадцати минут, пока дверь в ванную не открылась, и кто-то не начал сильно кричать.

Тогда я уснул…

Когда я открыл глаза, время опять изменилось. В этот раз лес погрузился в абсолютную тьму. Я лежал посреди какого-то поля. Небо плотно закрывали черные облака, не пропуская никакого света. Трудно было увидеть даже свои руки, не говоря уже о каких-либо опасностях поблизости.

Мне казалось, что все детали уже почти встали на свои места. Я увидел все детали моей прошлой жизни. Видимо, я попал сюда по своей воле. Видимо, в том мире не было никого, кто мог бы меня остановить. Видимо, здесь мне даже лучше, чем там.

Я уже не помнил той боли, которую испытывал перед уходом. Но раз я здесь, она была невыносимой. Либо я был недостаточно силен. Насколько большой должна быть боль, чтобы человек был готов распрощаться с миром? Ведь другого шанса у него никогда не будет. И если он хорошо это понимает, то миллион раз подумает, прежде чем принимать какие-то меры. Скорее всего, у меня было большое горе. А может быть даже не одно. Но все-таки. Что могло заставить меня так поступить?

Я поднялся с травы и отряхнул руки. Кажется, меня ждало что-то крайне неприятное. Вокруг стояла звенящая тишина. Верхушки деревьев немного выделялись на фоне темно-синего неба, поэтому создавалось впечатление, что я нахожусь в клетке. Я достал фонарь из кармана и включил его. Судя по всему, заряд на нем заканчивался.

Я совершенно не знал, что мне нужно было делать и куда идти. Все дикари куда-то пропали. Странно. Они набросились на меня впервые за все время. А потом еще и отнесли на поле и оставили нетронутым. Что же им было нужно? Они не собирались меня убивать. По крайней мере пока. Значит, они меня куда-то вели специально. Придется играть по их правилам, иначе мне не выбраться.

Я направился в сторону леса, ведь больше идти было некуда. Трава шуршала под ботинками и цеплялась за шнурки. Мир будто бы боялся пошевелиться или издать лишний звук. Один я нарушал его покой. Фонарь высвечивал впереди меня небольшой овал, который помогал мне обходить кочки и немного разбавлял мой страх.

Так я успел пройти несколько десятков метров, пока фонарь не потух. Я остановился и постучал им об коленку в ожидании чуда. Но заранее знал, что он не включится. Ритм сердца начал увеличиваться, а по лбу потекли холодные капли. В такой непроницаемой тьме я больше не мог продолжать движение. Фонарь вывалился из мокрых ладоней и укатился в траву. Я не стал его поднимать, а лишь отчаянно выругался в пустоту.

Вдруг, будто услышав мой зов, вдалеке появилось белое свечение. Этот свет не был похож на желтизну глаз дикарей. Нет. Он больше напоминал свет от обычного фонарика, подобного тому, который я только что потерял. Кажется, там были люди…

Не думая о последствиях, рискуя собственной жизнью, я побежал на свет.

Я летел туда так, как будто свет был моим единственным спасением. Мне казалось, что стоит мне моргнуть, как он тут же потухнет. Я несколько раз спотыкался о кочки, путался в траве и едва падал. Но в конечном счете, преодолев около километра за минимальные сроки, я достиг источника. Когда до фонаря оставалось совсем немного, я заметил рядом с ним два силуэта. Один из них сидел на траве, закрыв руками лицо. Второй, коренастый, стоял, наклонившись над первым. Я узнал в них тех, кого я видел в своих воспоминаниях, и холодок пробежал по моей коже.

Я сбавил темп и теперь уже аккуратно шагал к силуэтам. До меня донеслись всхлипы. Плакала девушка. Иногда она что-то неразборчиво произносила. Мне показалось, что она говорила «это мы во всем виноваты», на что парень, утешавший ее, тихо отвечал «у него был трудный период в жизни, Маш». Их голоса были до ужаса знакомы. Как будто в прошлой жизни я слышал их множество раз.

Я решил подойти поближе, так, чтобы они меня увидели. Но даже когда я мог дотянуться рукой до юноши, они не обращали на меня внимания.

– Что случилось? – Спросил я. Я не открывал рта уже очень долго, поэтому мой голос как будто бы высох и почти не звучал.

Силуэты не слышали меня. Они все говорили о своем.

– Ты не понимаешь, Леня, – всхлип, – он видел нас там! На него столько всего навалилось за последний месяц. Родители, детский дом, мы с тобой… если бы я только могла что-то для него сделать… – девушка начала плакать сильнее.

– Тише, Маша. Он обязательно поправится. Обязательно…

Кажется, они говорили обо мне. Они думают, что из-за них я оказался здесь. Судя по тому, что я видел, они правы. Но они так переживают за меня. Почему тогда я думал, что они плохие? Почему тогда мне казалось, что весь мир настроен против меня? Почему только сейчас, покинув его, я замечаю, что все было не так, как я думал? Все-таки мир очень несправедлив.

Краем глаза я заметил знакомое свечение. Снова белый фонарь. Снова он светит прямо на меня. Я мысленно попрощался с ребятами и пошел на свечение, уже предполагая, что могу там найти. И я был прав.

За небольшим круглым столом сидел седой (насколько я мог разглядеть) старик. Одной рукой он держал рюмку, пальцами другой что-то перебирал. Взгляд его был направлен в пустоту. Брови нахмурены. Глаза мокрые. Старик что-то шептал. Когда я подошел поближе, я понял, что. Он говорил: «Не уберег паренька. Не уберег».

Дед показался мне очень знакомым, хоть я и не вспомнил, откуда его знал. Говорил он, скорее всего, обо мне. И говорил искренне, с большим сожалением. Мне захотелось поговорить с ним и сказать, что я здесь и никуда не девался. Но я знал, что он меня не услышит.

Пока я смотрел на старика, справа от меня, где-то в середине поля, появился еще один огонек. Правда теперь он был уже красный. За неимением других ориентиров, я пошел к нему.

Красный огонек дрожал, то ярко вспыхивая, то почти потухая. Чем ближе я подходил, тем больше удивлялся тому, что там находится. Искореженная черная легковая машина была перевернута. От нее исходил какой-то фантомный дым, а внутри полыхал огонь. Из водительского окна наполовину торчало обгоревшее тело. Волос уже не было, конечности были сильно поедены пламенем.

Я подбежал к машине и собирался помочь человеку, застрявшему внутри. Он не шевелился и был уже скорее мертв. Когда постарался схватить пострадавшего за обожженную руку, у меня ничего не получилось. Будто пальцы проходили сквозь тьму, ничего не касаясь. Я попробовал еще несколько раз, но ничего не вышло.

Я в ужасе попятился от машины.

–