Затем мое настроение испортилось еще больше.
— Какого хрена тебе надо? — огрызнулась я на Арчера, направив все свое дерьмовое настроение на его взгляд. — Разве ты не должен быть в спортзале, любуясь своей гибкостью в зеркале?
Он язвительно рассмеялся.
— Забавно. Вот, — он переместил папку на остров, где только что уронил ее. Звук, который испугал меня, должно быть, был тем, что он ударил ею о мраморную поверхность. Урод.
Я посмотрела на папку с большим подозрением.
— Что это?
Он изогнул бровь — черт возьми, это было сексуально — и наклонил голову в сторону.
— Ты хотела узнать о своем преследователе? Что ж, держи. Приятного чтения.
Я уставилась на папку, словно она была отравлена, но Арчер, выходящий из кухни, вывел меня из транса.
— Подожди! — воскликнула я, заставив его остановиться в дверях. — Почему ты дал это мне? Здесь есть что-то, например, очень ужасное, что, как ты думаешь, заставит меня бежать с криками или что-то в этом роде? — я была напугана. Я также была достаточно женщиной, чтобы признать это, хотя бы в своей голове.
Арчер не отвечал в течение долгого, напряженного момента. Он даже не обернулся.
— Знание — сила, принцесса Дэнверс, — сказал он в конце концов, его голос был грубый от каких-то неразборчивых эмоций, — но невежество — блаженство. Решай сама, что тебе больше нравится.
ПАКЕТ с документами лежал на столе передо мной, пока я завтракала, а затем медленно пила кофе. Он просто… лежал там. Смотрел на меня. Осмеливаясь открыть его.
— Черт побери, — вздохнула я, допивая кофе и качая головой от собственной паранойи. Скорее всего, там не было ничего плохого. Скорее всего, это был очередной дурацкий финт Арчера. Запутывает мой разум.
Я взглянула на время на своем телефоне. Бри скоро приедет за мной, так что мне нужно было покончить с этим.
Открой этот чертов конверт, МК.
Прикусив губу, я отодвинула пустую посуду в сторону и пододвинула конверт поближе. Прежде чем я смогла отговорить себя от этого, я откинула её и высыпала содержимое на мраморную столешницу.
Мгновенно я пожалела об этом выборе.
Это были все фотографии — некоторые из них были размером А4, некоторые меньше, сделанные с помощью камеры Polaroid. На всех из них была я. Некоторые были сделаны через окно моей спальни. Ни одна из них не была сделана с моего согласия.
Самая последняя фотография, сделанная в выходные, когда я обнимала Далласа на пороге, объясняла комментарий Стила о том, что мой преследователь больше не может довольствоваться тем, что «просто наблюдает». Не то чтобы это было нормально, но от этого у меня по позвоночнику побежали мурашки.
Я срежу его прикосновения с твоей кожи, а потом очищу раны языком.
Это было нацарапано на обратной стороне фотографии неровными, черными буквами. Я выронила фотографию, словно она ужалила меня в пальцы, и зажала рот руками.
В голове пронеслось миллион мыслей. Вопросы, опасения, что-если.
Потом мне пришла в голову одна мысль.
Могли ли Арчер и ребята все это выдумать? Может, это их расплата за мои маленькие шалости? Не было ни одной моей фотографии с кем-либо из них… ни фотографий с драки в пятницу вечером, ни наших столкновений в кампусе SGU. Было ли это просто потому, что моего преследователя не было рядом в те моменты? Или потому, что они сами это организовали?
Мой разум ухватился за эту идею, и я собрала все изображения в кучу. Если они думали, что смогут запугать меня фальшивым преследователем, они сильно ошибались.
Гнев и возмущение нарастали во мне, пока я топала к домашнему спортзалу и хлопала дверью. Затем я чуть не проглотила язык.
Но я была здесь не для того, чтобы пускать слюни на потные, татуированные мужские совершенства. Я была здесь, чтобы доказать, что их дурацкий план провалился.
— Мэдисон Кейт, — поприветствовал меня Коди, положив гири, которые он использовал, и взяв полотенце, чтобы вытереть лицо. — Что ты здесь делаешь? Все в порядке?
Арчер сложил руки, наблюдая за мной, а Стил даже не удостоил меня взглядом. Он просто продолжал бить по тяжелой боксерской груше в том же ровном ритме, что и тогда, когда я вошла.