Первый Гончар: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– А давай выпьем, Левский? Говорят, тут коньяк хороший.

***

Прошло еще два года и, меня это начало уже пугать. Мне действительно не поднимали ранг в Гильдии, я так и болтался в конце списка. Только теперь это было уже не важно – меня знали все. Милая редакторша, которой я сделал золотую черепашку, вела про меня колонку в модном ежемесячном журнале. Мои миниатюры расходились все дальше и дальше, и стоили все дороже.

С Ваалем я встречался и не раз: он мне симпатизировал, пытался подружиться и считал, что я делаю все правильно.  Иногда, немного высокомерно, давал советы, иногда звал выпить и очень мной гордился, почти как своим учеником. Это было забавно, если вспомнить кто из нас старше. Он будто игрался, изображая учителя.

У меня были деньги, признание, клиенты, любимое дело. И своя мастерская. Я не тратил так много своей жизни, как Вааль и другие мастера. Миниатюры отнимали, как правило, меньше недели и кучу нервов. Приносили достаточно денег за уникальность и не заставляли меня обзаводиться седыми волосками, что чрезвычайно радовало Эмму, Аниту и маму. На сентябрь назначили свадьбу. Жизнь удалась.

***

«Чего стоит моя жизнь? Зачем я здесь?»

Я смотрел на возвышенное послание на двери Гильдии в дождливый августовский день.

Зачем я  конкретно «здесь и сейчас»  было понятно: мы пришли проводить в последний путь мастера Джареда. Это было грустно, но ожидаемо. Но зачем я здесь, в этом городе делаю бабочек? На это я трачу жизнь? На это день за днем трачу свои годы? Реального времени от моего рождения прошло 26 лет. А из них последние шесть лет – два учебы и четыре работы обошлись мне в одиннадцать.  У меня есть девушка и мы планируем пожениться. У меня есть мама и сестра, которые за меня переживают.

Но я хотел большего. Я хотел иначе. Я знаю, как создать, соединить…

Но может, я просто перепил с Ваалем на поминках?

На свадьбу я создал для Эммы прекрасное ожерелье из бабочек, которые кружились вокруг сначала как вуаль-фата, а потом садились драгоценностями на грудь, платье, волосы. Все просто плакали от подобной красоты.

Анита ткнула меня в бок после церемонии

–Ты, братец, создал новую свадебную моду.

Тогда я напился. Не сразу, нет. Не в первую брачную ночь, и не во вторую. И даже не в третью. Нет, я напился в своей мастерской после того, как мне принесли десятый заказ на этих чертовых свадебных бабочек! Сам придумал, сам и делай, да. Радуй остальных, мастер!  Кстати, Эмма тоже их любила и очень гордилась. Особенно в восторге она была от того, что я был богатым, но не старым дедом, как большинство Гончаров.

Ах да, когда родились двойняшки Стар и Тася, он попросила им создать светящихся бабочек – потому что дети боялись спать в темноте. Мило было до оскомины. Надо ли говорить, что это были не последние детские игрушки, которые я делал? Некоторые рассказывали сказки на ночь.

Я терпел: всем же было хорошо. И только все чаще листал старые фолианты в библиотеке.

Сорвался я в тот день, когда ко мне пришел Вааль. В мастерскую. Он выглядел уже матерым стариком, с которым не хочется спорить, а то тростью зашибет.

– Ты, наверно, уже и не ждал, но вот тебе бумага, Левский

– Что это? – я покосился на свиток в его руках. Тот лишь кивнул: мол, принимай. Я развернул сертификат.

– Ранг «С»? – мне присвоен ранг С? Все? За все годы?

– Из уважения к твоему мастерству. Левский, не понимаешь? Да они завидуют тебе – все! Ты самый успешный Гончар! Потому что никто никогда не делал эти миниатюры и не делает! Я, я спалил свою жизнь ради мира в стране и толку? Да лучше бы провел больше времени с семьей… но ты знаешь, как манит глина.

Он замолчал. Я знал, что Таале Вааль, сын офицера и свидетель пожарищ Фариона готов творить все, что угодно, чтобы сохранить мир в стране. Юношеский максимализм, ха. Но я также знал, что он, как и я, жить не мог без погружения, без манящей магии сотворения нового. Нам было уже все равно, сколько времени горело ради наших керамик. Лишь бы творить.

– Живи, Левский. Делай бабочек. Девочки от них счастливы. Мне даже моя сестра…, – он замялся, – Моя старшая, понимаешь, Левский, старшая сестра! Эта милашка, черт, даже она говорит, чтобы лучше я бабочек делал вместо своих орлов! Потому что сейчас я выгляжу как ее папа! И ради чего? Ради мира?

Он в сердцах хлопнул дверью.

Вот тогда я напился. Так, как никогда до этого не напивался. Закрылся в мастерской.

Эмму это не удивило: я оставался там допоздна время от времени.

Но нынче – нынче я хотел сделать нечто иное. Кое-что, вернее, кое-кого, кого я хотел создать с самого начала, когда читал про первого живого керамика. Нечто, отличное от бабочек. Некто, ради кого я сидел в библиотеке снова и снова.

То, что все изменит.

Я мешаю глину: черную – вулканическую, белую – с высокого пустого склона, красную – от ямы в земле. Добавляю речной песок.