– Ты, Сейн! – я набираюсь сил, вырываюсь и быстро поворачиваюсь, встречаясь глазами с противником – Ты, слепой идиот! Ничего не видишь дальше своего носа!
– Да что я сделал? – что злишься, умник? Не нравится?
– Сначала пригласил на бал какую-то блондинку, теперь целуешься с этой… этой… – держи себя в руках, Мирида, без грубостей!
– Клубничка. Она просила называть ее Клубничка. – с трудом сдерживает улыбку. Что, так сильно понравилась? И что это за идиотское имя?
– Святые веды! Клубничка?! – злюсь, как же сильно я злюсь! – Тебе подойдёт любая доступная девчонка с дурацким именем, главное, чтобы это была не я?
– Что? Ты… – бровь спасителя медленно ползет вверх, а губы растягиваются в широкой улыбке.
– Что я?! Не смотрю на тебя, как на Бога, не падаю в твои объятия, не умоляю провести со мной ночь? – что уставился? Довольный-то какой!
– Значит ты… – рассматривает меня, пряча в уголках губ легкую ухмылку
– Значит я не твой вариант, ясно! – выговорилась, скоро опять заплачу, как обычно, так что – Иди к своей… Святые! Язык не поворачивается!
– Клубничке? – уже откровенно смеется мужчина.
– Да куда хочешь иди! – отмахнулась я и прислонилась спиной к широкому стволу дуба – Только подальше от меня.
– Уверена? – почему он так жадно смотрит?
– Я тебе всё – душу, сердце, а ты… – не удержалась, заныла.
– А я? – медленно, как-то по-хищному двигается ко мне.
– У меня там, вообще-то, бабочки, чувства, а ты… – говорю тише и замираю, под его пристальным взглядом
– Что я? – золотые глаза темнеют и мир вокруг сужается, до одного конкретного мужчины. Того, что так горячо смотрит, раскаляя воздух вокруг.
– А ты… – уже шепчу, выдыхая, а он жадно прижимается к моим губам. Из легких, как будто, выбило весь воздух! Но он продолжает целовать, настойчиво, страстно, проводит языком, погружаясь глубже и…
– Эй! – я возмущенно упираюсь руками в твердую грудь, отодвигая его – Ты что, засунул язык мне в рот?
– Что? – чего уставился то, как будто это я сделала!
– Язык, рот, ну? – толкая его в плечо.
– Ты все портишь, Мири. – такой хриплый, обволакивающий голос
– Ты дурной? – это я-то порчу? – Твой язык…
– Потерпи, тебе скоро начнёт нравится – перебивает Сейн и снова сминает мои губы.
Несколько секунд сопротивляюсь, размахивая руками, но умник не соврал, мне правда нравится. Настолько сильно, что я откликаюсь, повторяя каждое его движение. Лаская, запускаю руку под тонкую рубашку и притягиваю ближе, чувствую горячую кожу, втягиваю запах, наслаждаясь. Он пахнет как шторм, дикий, открытый всем ветрам, чуть горьковатый и такой одуряющий. Мой. Спаситель, гулко рыча сжимает мои бёдра, поглаживая, поднимается выше, а я выгибаюсь, надеясь впечататься в него, слится, раствориться в этом мужчине. Проводит по плавной линии талии, нежно гладит живот, осторожно сжимает грудь, очерчивая пальцем ореол соска и с трудом отрывается от моих губ. Нет-нет-нет! Только не сейчас!
– Мири, я так долго ждал, так хотел… – он тяжело дышит и рассматривает мою шею, ключицы, губы, а его пальцы скользят под майкой, заставляя тело дрожать – Я не могу удержаться.
Моя грудь поднимается в такт его и я тоже больше не могу ждать, не хочу. Беру его за руку, увлекая за собой и мы идём, останавливаясь, чтобы насладиться друг другом, снова почувствовать вкус сладких губ, забраться под тонкую ткань рубашки, прикоснуться к горячей коже.
Через несколько мучительно долгих шагов, мы наконец вваливаемся в мою комнату, на втором этаже таверны. Сейн, не прекращая целовать, берет меня на руки и аккуратно опускает на кровать. Срывает рубашку, приподнимает майку и касается губами груди, вырывая стон, опускается ниже и…
– Мири, ты пришла? – из темноты доносится тихий, до боли знакомый голос.
– Да… – удивленно отвечаю, замерев. Это что, не моя комната?
– Милая, я знал! – блондин. Поднимается и идёт к нам, а я быстро опускаю майку и пытаюсь нащупать в темноте рубашку, которую спаситель бросил на кровать.