Вероятно, они просто торопили события. Женщина должна быть возбуждена, чтобы получать настоящее удовольствие от грубых игр. Когда Бэлль достаточно разгорячится, он познакомит ее с зажимами для сосков. Но без должной подготовки она, скорее всего, просто отвесит ему пощечину.
— А как насчет твоей киски? Касалась ли ее рука мужчины до той ночи?
— Нет. Я никогда не позволяла им заходить так далеко. На самом деле, мне совершенно не хотелось, чтобы кто-то из парней прикасался ко мне там. Потому что считала это чем-то грязным и непристойным.
Келлан усмехнулся. — Это действительно грязно и непристойно. А еще чертовски сексуально. Именно поэтому в тот раз я облизал пальцы. Ты была очень хороша на вкус. Полагаю, можно сделать вывод, что и минет ты никогда и никому не делала, да?
— Не делала, — ответила Аннабэль. — Раньше мне никогда этого не хотелось.
— Раньше? Раньше чего? — Эрик ждал, что же она ответит.
Смутившись на мгновение, она сказала, — До того, как познакомилась с вами тремя, я вообще долгое время не думала о сексе. Я не избегала его. Мне просто было все равно: есть он или нет. Естественно, я даже не думала ни о порке, ни о том, чтобы позволить кому-то связать меня. Но теперь мне нравится, когда меня шлепают. Я странная, да?
— Ты идеальная, — Эрик наградил ее еще тремя быстрыми шлепками, наслаждаясь тем, как она извивалась и выгибалась на его коленях. — Ты идеальна, Бэлль. И ты полюбишь быть связанной нами. — Он был доволен тем, что она не выбирает комфорт в сексе. Эрик чувствовал запах ее возбуждения, но ему также хотелось ощутить его физически. Ноги Бэлль были в ловушке — приспущенные штаны фиксировали их вместе, но поза, в которой она лежала, давала свободный доступ к ее сладкой киске. Пальцы Эрика медленно скользили по ее ягодицам, пока не добрались до нежной, влажной и жаркой киски.
Бэлль ахнула, но Тейт и Келлан были рядом, чтобы успокоить ее ласковыми словами и прикосновениями. Тейт придвинулся еще ближе, чтобы иметь возможность целовать ее. Когда его губы коснулись губ Бэлль, Эрик занялся ее киской, совершенно влажной от возбуждения.
— Ей действительно понравилась порка? — спросил Келлан, не сводя глаз с ягодиц Бэлль.
Эрик показал свою руку, демонстрируя партнеру покрытые влагой пальцы. — Невозможно настолько притворяться. Она готова, поэтому, я думаю, сегодня мы можем дать ей несколько начальных уроков.
Он не хотел, чтобы она получала удовольствие, просто лежа на спине. Это не свяжет ее с ними. Она должна быть полностью вовлечена.
— Вставай, детка, — скомандовал Эрик. — Я хочу посмотреть, как ты сделаешь первый в своей жизни минет.
Глава 12
Келлан наблюдал за тем, как Аннабэль соскользнула с коленей Эрика прямиком в ожидающие ее объятия Тейта. Здоровяк прижался к спине Бэлль, практически скрывая ее за своим телом, обнял рукой за талию и начал покрывать шею легкими поцелуями. Ладонь Тейта пробралась под ее рубашку, скользнула по животу, а потом он просто стянул с нее одежду, решив, вероятно, сделать ее такой же обнаженной, как и он.
Эрик утверждал, что когда-то Тейт стеснялся своего тела, но к моменту переезда Келлана в Чикаго от той неуверенности не осталось и следа. И это помогало ему абсолютно комфортно чувствовать себя в БДСМ-клубах. Бэлль же, в отличие от него, скрестила на груди руки, выглядя уже не очень уверенно.
— Не прячься. Тейт хочет раздеть тебя, — сказал Эрик, и голос его вроде бы был успокаивающим, но звучал твердо. — Дай нам увидеть то, что теперь принадлежит нам.
Бэлль выдохнула и опустила руки, заметно расслабившись, когда Эрик взял на себя контроль над происходящим. Чувство гордости и желание одновременно пронзили душу Келлана. Не только за Эрика, прошедшего большой путь от тревожного подростка, каким Келлан узнал его при первом знакомстве в колледже, но и за Бэлль, которая постепенно уступала им, и ее покорность была невероятно естественной и прекрасной. Нет, конечно, пока они не требовали от нее слишком многого. Келлан точно знал, что собственная эмоциональная реакция в любой момент может дать обратный эффект.
Аннабэль утверждала, что осталась девственницей только потому, что у нее не было времени на романтическую чепуху и что не находила в отношениях чего-то особенного. Возможно, это и было правдой, но Келлан был азартным человеком. Он готов был поспорить, что смерть отца нанесла Бэлль сильную психическую травму. Тейт как-то говорил ему, что после смерти мужа ее мать отстранилась и замкнулась в себе. Бэлль тогда была совсем еще ребенком. Познав безусловную любовь, вдруг остаться сиротой — это должно было стать болезненным потрясением.
Несомненно, Аннабэль научилась прятаться в своей раковине, чтобы защитить свое сердце. Келлан поклялся себе сделать так, чтобы Эрику и Тейту удалось осторожно раздвинуть ее границы и открыть ее душу. Будь он другим человеком и имей менее паршивое прошлое, Келл сам с удовольствием воспользовался бы этой возможностью. Но подчинить себе Бэлль, завоевать ее доверие, заранее зная, что не останется с ней — это было бы нечестно с его стороны. Поэтому он просто поддержит своих друзей в их стремлении, порадуется их счастью и насладится тем недолгим временем, отпущенным ему рядом с ней.
Келлан с жадностью наблюдал за тем, как Тейт одной рукой расстегивает лифчик Бэлль — кружевная ткань держалась теперь только за счет лямок на плечах — а другой рукой развязывает шнурок в поясе ее спортивных штанов и стягивает их вниз по изгибам пышных бедер. Когда штаны оказались в районе ее лодыжек, Аннабэль перешагнула через них, а Эрик, поднявшись со своего места, стянул бретели лифчика с ее плеч, окончательно обнажая восхитительное тело. Келл подумал, что вряд ли когда-нибудь сможет забыть это зрелище.
Черные, как вороново крыло, волосы струились по ее плечам, а кожа была такого изысканного оттенка, прекраснее которого Келлану не доводилось видеть. Сочетание ее кожи цвета мокко и загорелого тела Тейта смотрелось потрясающе. А полные груди с дерзко торчащими сосками шоколадного цвета выглядели призывно и сексуально. Их маленькие вершинки напряглись, требуя внимания. Они словно умоляли взять их в рот и сосать до тех пор, пока их хозяйка не закричит от удовольствия. И он жаждал быть тем, кто подарит ей это удовольствие. Келлан опустил взгляд на ее плоский живот, а потом ниже, к аппетитной киске, покрытой темными, аккуратно подстриженными волосками. Просто очаровательно.
С тихим стоном Тэйт заключил Аннабэль в свои объятия, прижался всем телом к ее спине и, поцеловав нежную кожу обнаженного плеча, провел ладонью вверх по ее животу.
Кровь Келлана закипела при виде больших ладоней Тейта, накрывших грудь Бэлль. Пышные, аппетитные холмики запросто уместились в его руках.
Эрик подошел вплотную и посмотрел на нее сверху вниз требовательным взглядом. — Сейчас ты поцелуешь меня, Бэлль.
Она выглядела ошеломленной, затаив дыхание. Готовая на все и невероятно прекрасная. Идеально подходящая для них.
— Да.
— Ты отдашь свой рот в мою власть, а в это время Тейт будет прикасаться к тебе где захочет и как захочет.
Дрожь волной прошла по всему ее телу, и Бэлль закрыла глаза. — Да.
Глаза Эрика довольно заблестели, когда он услышал ее неуверенный шепот. Запустив пальцы в волосы Бэлль, он вынудил ее запрокинуть голову. Она потянулась навстречу его поцелую, приоткрыв губы в безмолвном, но явном приглашении — ошибиться было невозможно. Эрик накрыл ртом ее губы, своим поцелуем лишая Бэлль самообладания, а Тейт, убрав ладонь с ее груди, скользнул рукой ниже, к самому клитору. От медленных и ритмичных движений его пальцев Бэлль напряглась и, ахнув в целующий ее рот Эрика, приподнялась на цыпочки. Келл не мог понять: это было продиктовано желанием оказаться еще ближе к Эрику или нежеланием показать Тейту, насколько она влажная. Какая разница? Бэлль должна понимать, что не может руководить действиями мужчин.