С натянутой улыбкой (верный признак недовольства) Эрик спросил:
— Как съездил в Чикаго?
Друг, вероятно, решил, что все это время в Чикаго Келлан приводил себя в былое состояние. И такие мысли действительно возникали. Потребность воздвигнуть вокруг себя защитную стену не ослабла даже после того, как он практически побывал в гостях у смерти. Тогда он пришел в себя в больнице — рядом спала Бэлль, а Тэйт и Эрик мерили шагами палату. Пока он выздоравливал, они демонстрировали твердость своих намерений, но все же подсознательно Келлан по-прежнему не желал сближения. Так велика была душевная рана, нанесенная Лайлой и его отцом, что Келлану не хотелось с ходу и безвозвратно менять свое будущее.
— Ты знаешь, хорошо. В офисе все в относительном порядке. Правда, Дуб повсюду наставил горшков с цветами, — ответил Келлан Эрику, делая глоток ромового пунша, который приготовила Аннабэлль. — Он говорит, что с цветами окружающая обстановка более экологична.
Эрик покачал головой.
В гостиной звучал новоорлеанский джаз, но истинно ласкал слух только смех Бэлль, обменивающейся шутками со своей подругой. Кинли Энтони-Андерс сказала что-то, и Бэлль, запрокинув голову, искренне рассмеялась. Откуда-то из подсознания пробивался голос, уговаривающий спрятаться, защититься, отгородиться стенами, через которые никто не смог бы проникнуть. Но Келлан больше не станет слушать этот мерзкий голос. Разве можно выбирать между ним и голосом Бэлль? Без вариантов. Отныне это его дом, и он не намерен отсюда уезжать. Но морочить голову Эрику было очень весело.
— На самом деле надо решить, что дальше делать с Дубом. Через полгода заканчивается срок его стажировки, — в голосе Эрика звучал вопрос.
Ну что ж, если Эрик хочет знать, каким Келлан видит свое будущее, ему придется спросить напрямую.
— Дуб крутой. Конечно, со своими заскоками, но, думаю, еще пару месяцев я смогу его вытерпеть. Сейчас я оставил ему работы столько, что хватит до моего возвращения, — он планировал сделать это на следующей неделе. Давно пора начинать поиск сотрудников для работы в чикагском филиале. Временами Эрику и Тейту не хватало масштабности мышления. Зачем терять клиентов, если можно расшириться?
И сам он должен измениться.
Эрик нахмурился.
— Что ж, надеюсь, ты останешься до вынесения приговора. Теперь вопрос со злополучным списком закрыт. Ты же в курсе, что Гейтс арестован. Хелена тоже. Судью, в чьих интересах они действовали, вчера тоже взяли под стражу. Он был постоянным клиентом публичного дома и при Мари Райт, и при Карен Элерс. До самого ее убийства. Судя по первому же допросу, ему будет предъявлено обвинение в коррупции. Среди клиентов Элерс и другие именитые люди: сенаторы, спортсмены, чиновники, даже парочка рок-звезд.
— Конечно, мне интересно посмотреть, чем закончится это дело, — сказал Келлан с усмешкой.
Подошел Тейт — на его лице играла широкая самодовольная улыбка. Черт побери. Когда-то Келлан просто терпел Тейта, считая его вынужденным неизбежным приложением к их партнерству с Эриком. Однако довольно быстро привязался к этому наивному здоровяку. И теперь Келлан уже не представлял жизни без его присутствия.
— Привет! Как съездил в Чикаго? — судя по хитрой улыбке, здоровяк был гораздо лучше осведомлен о его поездке на север, нежели Эрик. Этот засранец по-прежнему за ним следит.
В какой-то момент Келлан посчитал подобное непозволительным вторжением в личную жизнь, но теперь воспринимал это как свидетельство того, что кому-то он небезразличен.
— Не знаю. Может, ты мне скажешь?
Эрик вздохнул.
— Ты опять за свое?
Тейт пожал плечами.
— Он же лежал в больнице и не должен был никуда ездить. Я вынужден был проследить за ним. Хотя, чтобы узнать, чем он занимался, вовсе не требовалось прослушивать его телефон. Достаточно было просто пообщаться с Джереми из «Petty and Associates».
Да уж, от Тейта не спрятаться и не скрыться.
— Я подумал, что он достаточно опытен, чтобы разруливать судебные тяжбы. Его не взяли в партнеры, и он рвется дать бой.
Эрик вытаращил глаза.
— Ты привлекаешь к делу новых партнеров?
Тейт усмехнулся.
— Нет. Мы привлекаем новых партнеров, потому что не сможем бывать в Чикаго регулярно, а значит, не сможем поддерживать нормальную работу фирмы. Однако терять доход мне совершенно не хочется. А тебе?
Широкая улыбка появилась на лице Эрика.
— Кстати о доходах. У Бэлль недешевые запросы. Вы знаете, во сколько обойдется ремонт главной спальни? Нам понадобится много денег, чтобы утолить ее жажду наводить везде красоту.
Эрик принял его. Наконец-то Келлан обрел дом. С души словно камень упал, и на сердце стало как никогда радостно и легко. Стоящая в противоположной стороне комнаты Аннабэлль повернулась к ним, и при виде Келлана глаза ее счастливо заблестели. От Келлана не укрылся ее вздох облегчения — она думала, что он не вернется, и тут не в чем ее винить. Сотни раз он готов был принять это решение, но мысль о том, что Бэлль больше никогда не окажется в его объятиях в итоге остановила его. И теперь он докажет ей, что стал другим. Изменился ради нее. Благодаря ей.