Мой друг, шахматист: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Зимняя деревня – особенное место. Округа, затянутая белой пеленой, гипнотизирует. Околица, сразу за которой стоят красавицы-сосны. Строгие ели в торжественном карауле, предусмотрительно укутанные в белоснежные тулупы, сторожат задние дворы. Скромно прячутся за ними березки. И тишина. Деревня плавает в тишине, словно пенка на поверхности молока.

Здесь нет интернета, телевизора, радио. Из музыки – только потрескивание деревьев на морозе. Хлеб и продукты в магазин привозят два раза в неделю. Как и почту. В понедельник и четверг. И воду приходится носить самому. Из колодца за пятьдесят метров. По узкой тропинке, протоптанной односельчанами, перекинув коромысло через плечо.

Одним словом – здесь хорошо.

Сегодня как раз четверг, и я спешу домой с двумя буханками ароматного черного хлеба с изрядно подпаленной верхней корочкой. Как же немного надо человеку, чтобы жить в ладу с собой…

Я хочу рассказать вам историю, приключившуюся со мной почти год назад. Всё началось с одного случайного знакомства в и-нете.

Знаете, кто проводит львиную долю своего свободного времени в сети?

Конечно, знаете… Мизантропы, любители порнографии, смело метящие в профессионалы, местечковые политики, следующие 'моде сверху', хронические бездельники… Непризнанные гении (зачастую единственный талант коих – объединять в себе все вышеперечисленные атрибуты), начинающие литераторы, невостребованные представители так называемых творческих профессий.

Или просто – отъявленные неудачники.

К какой категории причислить вашего покорного слугу? Да к какой угодно! Список тех дел, в которых я не преуспел, впечатляющ. В раннем детстве родители возлагали на единственное чадо большие надежды. Но видимо вседержитель не наградил меня спиной верблюда, и навьюченного груза я снести не мог. В лучшем случае переминался с ноги на ногу под гнетом увесистых тюков. В худшем – ноги разъезжались, и я трамбовал мордой песок.

Однако, затянув вступление, рискуешь потерять слушателя.

Одним дождливым вечером я забрел в кинотеатр, где шел черно-белый, в чем-то очень наивный фильм 'Гений дзю-до' Акиро Куросавы. Главный герой картины как раз переживал сильнейший кризис личности, проводя ночь в обнимку со скользкой сваей в крохотном пруду. Катарсис, как бы сказал мой психотерапевт. Именно после такой нетривиальной ночи герой встречает утро обновленным, вполне познавшим ценность человеческой жизни.

Неужели для этого обязательно оказаться в холодном, неуютном, темном пруду?

В тот вечер, коротким сообщением в чате, и появился в моей жизни Влад… Слово за слово, и общая тема разговора найдена! Оказалось, что мы оба участвовали в детстве в шахматных турнирах. Только в разные годы. Собеседник рассказал о том, что и сейчас не прочь посидеть за доской. И порекомендовал удобный сайт, где можно найти партнера для игры. Надо ли говорить, что через четверть часа мы уже сошлись не за страх, а за совесть в битве умов.

Первую партию, почти блиц, я посчитал чистой воды недоразумением. Конечно, я давно не сидел за доской, но все-таки чемпионом области среди юношей, становятся не просто так. Поэтому, мат на девятнадцатом ходу мог объясняться, скорее, рассеянностью, чем существенной разницей в уровне игры. Не думаю, что гроссмейстеры проводят время в он-лайн партиях, теша свое самолюбие легкими победами над любителями. Вторую партию сдал новому знакомому на двадцать девятом ходу – за его явным преимуществом. Честно сказать, капитулировать надо было раньше. Мой визави вежливо откланялся, не забыв упомянуть время, когда он будет готов дать мне шанс на реванш. Неожиданно для себя, я ждал этого часа с нетерпением. И вновь сдал все три партии менее чем за тридцать пять ходов. Тогда я ясно понял, что моему самолюбию необходим небольшой тайм-аут.

Во мне проснулся азарт. Следующие две недели я посвятил восстановлению в памяти теории игры. Кроме того, немало удивил нескольких товарищей, разделявших некогда моё увлечение шахматами, внезапными визитами. Каждый такой поход сопровождался предложением 'составить партию', как в старые времена. И, естественно, комплект для испытания интеллекта в честной борьбе, совершенно случайно, оказывался у меня при себе. Без ложной скромности замечу, что лишь в двух случаях оппонентам посчастливилось свести спортивную баталию вничью. И, казалось, теперь я готов был встретить противника во всеоружии.

На третий день пребывания в сети, когда я уже начал беспокоиться за саму возможность реабилитации, аккаунт Влада подмигнул зеленым светом. Партия затянулась за полночь. И всё-таки на сорок четвертом ходу я вынужден был признать поражение.

Мы условились встречаться в сети через два дня. Позже, по моему настоянию, – через день. Прошло еще немного времени – и мы уже свободно общались по аське, чуть ли не каждый вечер. Правда, диалоги редко выходили за рамки односложных фраз, но такое общение – скорее норма для интернета, чем исключение из правил. Да и сам я не спешил раскрывать душу анонимному собеседнику.

К тому же, стыдно признаться, но я стал всерьез подозревать моего нового знакомого в жульничестве. Тщеславие зацепилось за фразу, оброненную Владом походя, вскользь. В ней он упоминал, что немного сведущ в программном обеспечении. И я не нашел ничего лучшего, как предложить моему новому приятелю сыграть в режиме видеоконференции. Благо современная техника легко позволяет исполнить такую прихоть. Что-то мне подсказывало, что мой оппонент небогат. Но простенькая видеокамера есть у многих, почему бы ей не быть и у Влада?

Предложение я озвучил в ходе ближайшей нашей сессии. На какое-то время собеседник замолчал, видимо взвешивая все 'за' и 'против'. И согласился!

К назначенному сроку я стал обладателем классического шахматного комплекта. Мой прежний, исполненный в походном варианте, был удобен своей компактностью, но мелковат для задуманного. Фигурки, вырезанные в примитивно-модерновом стиле, отличались от привычных мне. Но, сравнив цены на альтернативные варианты, я, как воспитанный человек, предпочел довольствоваться самой демократичной моделью. Ни к чему подчеркивать разницу в социальном статусе, выставляя себя этаким интеллектуальным снобом.

Вызов застал меня за приготовлением кофе. Не признавая растворимый, я варю напиток сам, пользуясь, правда, при этом электрической кофемолкой.

Магический аромат уже успел распространиться по квартире, когда раздался приглашающий зуммер. Присаживался я с дымящейся чашечкой уже перед включенной камерой. Мой соперник ждал терпеливо, склонившись с карандашом над блокнотом.

Влад оказался худощавым, немного угловатым мужчиной лет тридцати с копной нестриженных русых волос. Теплая клетчатая рубашка на нем смотрелась совсем по-домашнему. Вот он поднял голову от блокнота, и я смог разглядеть лицо. Глаза сразу приковали внимание. Большие, голубовато-стального цвета, с легким прищуром, они смотрели оценивающе, проникая, казалось, глубоко в мысли собеседника.

– Приступим? – предложил Влад, пододвигая доску с фигурами прямо под объектив камеры. Поле доски изобиловало трещинками и царапинами, вносившими нотку хаоса в безупречную геометрию клеток. В одном углу виднелась даже подпалина.

'Старомодные фигурки, доска времен царя гороха… Все-таки, наверно, живет небогато. А ведь камера у него очень даже не слабая, передает все детали и нюансы' – я механически про себя отметил первое противоречие.

Обстановку квартиры я оценить не мог, поскольку лампа выхватывала только поле предстоящей битвы, оставляя в тени предметы интерьера.

От Влада не укрылась озадаченность, с которой я воззрился на доску.

– Память – предельно лаконично отозвался он, отводя взгляд чуть в сторону.

'Однако, очень неплохой физиономист – сделал я очередное наблюдение.

– Если он столь же талантлив в шахматах, как в психологии, мне действительно, попался весьма крепкий орешек!'