Сказка о Мальчике, который решил не взрослеть, или Планета негодяев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Не только тут, но везде и всегда! Крысы, как и люди, ведут стайный образ жизни, у них есть единоначалие – «крысиная королева», у них есть своя территория, которую они защищают от чужаков, они захватывают чужие территории и ведут захватнические войны, а в критической ситуации становятся крысоедами. Все как в обществе у людей. Возьми нашу элиту. У нее есть единоначалие – Верховный правитель, они живут и получают доходы на территории своего государства, они охраняют эту территорию, они начинают захватнические войны, их можно приручить, т.е. купить, а в критической ситуации они могут сожрать друг друга. В этом и состоит секрет выживаемости элит. Элиты всегда привязаны к государству. Есть государство – есть элита, нет государства – нет элиты. И выживают сильнейшие элиты, или сильнейшие государства.

– А что такое государство?

– Государство – это территория, с которого элита получает дань для управления государством и собственного благополучия. Все жители государства – подданные, то есть, обязаны платить дань в виде разных налогов. Если дань платят все, то государство богатое, если платят не все, то есть, воруют у государства, то оно бедное.

– Гебс, а как получилось, что ваше, очевидно, сильнейшее государство живет под поверхностью, а не на поверхности Марса?

– Не только наше государство, но и все другие народы и государства на Марсе живут под поверхностью. Правда, есть несколько сект клаустрофобов – больных людей, которые не переносят закрытых пространств. Они могут жить только в открытом пространстве на поверхности, а точнее выживать. Там не все так просто с тем, за кого они себя выдают, и с ними еще надо разбираться, но это отдельный разговор.

– А что такое народ?

– Народ – это общность людей, которых объединяет общее прошлое, настоящее, будущее и судьба. Слово «судьба» произошло от слов «Суд Божий», то есть, это итог этапа пути, который предопределен прошлым. Народ может состоять из людей разных национальностей, вероисповеданий, рас, людей с разными культурными и бытовыми традициями. Народ объединяет, в первую очередь, общность истории. Это основа любого народа. Если ее разрушить, будет вражда даже между народами одного государства. И мы этим пользуемся: искажая историю, мы можем заставить враждовать людей и народы.

– Согласно с нашей легендой, – продолжил Гебс, – несколько тысяч лет назад критическая ситуация сложилась на планете Ирия. Передел территорий и собственности привел там к жесточайшим войнам, и в это время уже началась колонизация Марса. Первобытные марсиане, аборигены, были дикими людьми, жили в пещерах, занимались охотой и собирательством плодов. Они жили разными племенами. Первый год пришельцы с Ирии тут чуть не погибли от голода и холода, но аборигены спасли их, накормили и обогрели, помогли выжить. Потом еще долгие годы существовал обычай благодарения за это спасение. Колонисты выкупали у аборигенов за побрякушки их территории, начинали там хозяйственную деятельность, жить и развиваться. Но им становилось тесно и они стали самовольно захватывать другие территории аборигенов. Некоторые племена уступали свои территории добровольно и ассимилировались с колонистами, а некоторые не хотели уступать и вели борьбу. Так образовались разные народы со своими традициями и языками, которые имели территориальные претензии друг к другу, что положило начало вражды и войнам. Более развитые колонисты не делились с аборигенами и их потомками своими знаниями, создавали высокотехнологичные товары и сами торговали ими. Это еще больше увеличивало пропасть между цивилизованным и отсталым миром. Более отсталые народы стали обвинять цивилизованный мир в их эксплуатации, винить их в своей отсталости. Хотя на самом деле они просто генетически не способны к умственному и высокотехнологичному труду. Это тоже стало поводом для войн.

Кроме всего, из-за войн и страданий людей появилось множество вер и учений, которые давали людям надежду на лучшую жизнь тут и сейчас или там, в потустороннем мире. Вера – это то, что принимается без доказательств и объяснений, под давлением «большинства», традиций и обязательно какого-то спасительного «чуда». Учение – это логически обоснованная догма, которую люди разделяют принудительно или добровольно. На основании вер и учений люди стали объединяться в разные секты и партии. А секта или партия – это стадо единомышленников. Потом веры и учения стали меняться, реформироваться и это тоже стало поводом для войн и конфликтов. Орудия войны все время совершенствовались, и вот у нескольких основных противоборствующих сторон появилось ядерное оружие.

Теперь точно не известно, кто первый нанес ядерный удар в надежде получить опережающее преимущество. Началась глобальная ядерная война всех со всеми, в результате чего поверхность Марса превратилась в красную ядерную пыль, погибли все города и селения, множество людей, в основном отсталых и не развитых народов, весь растительный и животный мир, кроме крыс. К счастью, к этому уже готовились, и многие страны вырыли под поверхностью Марса мощные бомбоубежища, которые затем стали основой сегодняшних подмарсовых городов и селений. Зато точно известны виновные в нашей подмарсовой жизни – это элиты противоборствующих стран, которые не смогли договориться. Когда поняли, что они натворили, было решено создать Высший Совет Мира (ВСМ), в котором элиты противоборствующих стран должны были мирно договариваться, учитывая прошлый исторический опыт. Но, к сожалению, история учит только то поколение, которое причастно к этому опыту. Оно, напившись крови, потом похмеляется миром. Сегодня мы точно знаем, что вечный мир не существует, а есть только перемирие, которое может длиться днями, годами и столетиями.

За годы после атомной войны выросло новое поколение элит, не помнящее и не знающее всех ужасов того времени, они приспособились к текущим условиям существования и оно их устраивало. К старым обидам «перемирия» добавились новые противоречия, и площадка ВСМ стала ареной «мирных» сражений элит за свои интересы. Богатые и сильные элиты подкупом, шантажом, обманом или угрозами переманивали в свои коалиции элиты бедных стран для решения своих вопросов, и ВСМ из площадки решения проблем превратился в площадку создания мировых проблем. ВСМ просуществовал всего 100 лет, потерял свое первоначальное значение, и его упразднили. Войны как единственный способ разрешения противоречий и конфликтов сейчас продолжаются по всей территории Марса, но не глобальные, с оружием массового уничтожения, а с помощью стрелкового квантового оружия. Воюют за территории, на которых есть залежи органических ископаемых и воды.

– А что, органических ископаемых и воды не хватает для всех?

– Пока хватает, но это ресурсы стратегического значения: кто ими владеет в избытке, тот может контролировать и управлять другими народами и государствами. Дело в том, что все необходимые для жизни вещи, вся пища для людей сейчас готовится из ископаемого органического сырья, являются синтетическими. Ученые научились синтезировать все продукты питания, которые привыкли потреблять люди в пищу за прошлые века, научились придавать им любой нужный вкус, цвет и запах. Правда, элита и особо состоятельные люди питаются продуктами животного и растительного происхождения. Но это очень маленькая часть населения. Воды пока тоже хватает, под Марсом протекают целые реки. Электричество для освещения, производства, жизни людей вырабатывают ядерные установки, и те, у кого энергии достаточно, живут лучше. Есть только проблемы со сбросом жидких отходов от результата жизнедеятельности. Из них выделяют все органические вещества, перерабатывают и пускают на корм выращиваемым животным. По органическим веществам у нас полностью замкнутый цикл. Остается вода с неорганическими отходами, которую сбрасывают в Гиблое море. Там очень агрессивная среда и ты мог в ней погибнуть. Это краткая история нашей планеты на сегодня, – закончил Гебс.

Свет в тоннеле стал плавно гаснуть, на его своде, вверху, стали появляться звезды. Это мощные проекторы создавали картинку звездного неба с плывущими по нему облаками и спутниками Марса, а иногда по ночному небу даже пролетали метеориты. Все было так же красиво, как в настоящей жизни на поверхности.

День заканчивался. Гебс отвел Чика в гостиницу, дал ему видеотелефон, показал, как им пользоваться для оперативной связи и попрощался до завтра. Наконец-то Чик остался один. Он прилег на кровать и сразу почувствовал боль от ран Гиблого моря. Они еще не полностью зарубцевались, причиняли ему страдания и неудобства. Может быть, если бы он не думал о Марсе, то ничего этого с ним и не приключилось, и он пролетел бы мимо? Надо думать о своем доме и как туда вернуться. Но как это сделать, если на поверхности стреляют во все, что движется? Об этом лучше никому не говорить, а жизнь покажет, что можно будет сделать.

Чик уснул. Ему снился свой астероид, его травы и цветы, его прыжки-полеты, родник и маленькие вулканы. Теперь, наверно, они будут казаться ему еще меньшими. Он почувствовал, что боль ушла, и он понял что происходит. Притяжение его дома оказалось сильней притяжения Марса, и он левитировал, парил на небольшой высоте над кроватью. Так продолжалось всю ночь, пока его не разбудил стук в двери. Это пришел Гебс.

Глава 4

– Ну, как спалось, что снилось? – бодро и задорно спросил Гебс.

– Мне снился мой дом, – ответил Чик.

– Да, теперь он может тебе только сниться, – так же бодро сказал Гебс. – Одевайся, я принес тебе нашу форму. В ней ты не будешь так выделяться, да и никто не будет приставать к тебе с вопросами. Люди не задают вопросов представителям власти.

Чик надел форму, и она была ему к лицу. Теперь два молодых и привлекательных человека вышли в люди.

– Я сейчас покажу тебе храмы. Храмы – это культовые сооружения последователей веры или учения. Вера или учение – важная составляющая государственного управления, – сказал Гебс. – Я сейчас вызову машину.

И он по видеотелефону сообщил кому-то место, где он находится. Через несколько минут подъехала машина без водителя. Все это приводило в восторг Чика. Они сели и поехали сначала в тоннель, а через некоторое время выехали из него на другую большую площадь, где стояло большое и необычное здание. Отправив машину на стоянку, они стали в стороне, и Гебс стал рассказывать.

– Мы находимся возле храма одной из самых крупных общин последователей веры в бога Ра. Видишь, как смиренно стекаются сюда люди на утреннюю службу: это традиция, которая передается из поколения в поколение. Среди этих людей есть верующие и прихожане. Верующие – это люди, которые служат богу, живут по его заповедям. Прихожане – это люди, которые просят бога служить себе и живут по своим принципам и законам. Любая вера обязательно состоит из обряда поклонения божеству. Людей одной веры называют единоверцами, это их объединяет в пределах одного государства, даже невзирая на социальные различия и происхождение. Но единоверцы разных государств могут враждовать между собой. Значит, государственное объединение и управление более значимо, чем единоверие. И осуществляется это управление через элиту служителей культа – водителей духа или духоводство. Элита служителей культа – важнейшая часть элиты любого государства, поскольку они управляют своей многочисленной паствой, приходящей в многочисленные храмы, расположенные во всех уровнях. Когда надо государству, то это управление может даже противоречить самой вере, например принципу «Не убий!». Главное для нас, чтобы в государстве мирно сосуществовали разные веры, чтобы духоводы одной веры не настраивали свои паствы против другой и против государства.

– Ты говорил, что единоверцы могут враждовать между собой. Какая для этого может быть причина?

– Да, единоверие является не только объединяющим фактором, но и основой кровавых войн и многовекового противостояния. Причиной таких войн, были, например даже незначительные реформы обрядов служения божеству. Или сохранение обряда, но изменение подчиненности духоводства – это когда они меняют элиту подчинения, то есть влияния и управления. Все такие действия приводили к расколу единоверцев, а затем и к войнам. Наверное, единоверцы пролили больше крови, воюя между собой, чем в войнах с иноверцами – представителями других вероисповеданий. Мы стремимся не допускать образования крупных объединений единоверцев и стараемся внести раскол в каждую веру. Так легче управлять массами людей, противопоставляя их друг другу. Еще древние говорили: «Разделяй и властвуй!». Правда, существуют ортодоксальные вероисповедания, которые мы не можем реформировать на протяжении долгого времени. Такие вероисповедания объединяют людей вокруг этой веры и духоводства, что сплачивает общество. В их жизни приоритеты расставляются в такой последовательности: «За веру, царя и отечество!». Нам с таким обществом очень трудно работать.

– Так что, раскол единоверцев – всегда результат внешнего вмешательства управляющих элит?

– Именно так! Духоводы должны заставлять людей служить не их божествам, а своим элитам. Иначе духоводы могут потерять все, и даже свою жизнь.

Вот рядом здание, в котором располагаются последователи учения об исключительности нашего государства. В основе этой догмы лежат факты, подтверждающие исключительность нашей технической и военной мощи, исключительность наших демократических ценностей, исключительность наших прав и возможностей влиять на другие государства и т.д. Факты эти иногда спорны, но приверженцев этого учения много.

Есть народ, верящий в исключительность своего предназначения, так сказать, в «избранность». На основании имеющихся фактов, вклада этого народа в достижения цивилизации, их учения утверждают, что они имеют право и должны управлять всеми обществами людей и всеми мировыми элитами. Но это невозможно из-за большого числа элит и противоречивости их интересов. К сожалению, это ортодоксальное учение с годами не реформируется, что неоднократно приводило к катастрофическим страданиям этого народа в прошлом и, возможно, в будущем.