— Хм… Давайте сделаем так. Я свяжусь с психиатрической клиникой Арганды, и мы решим, что делать дальше.
— Психиатрической больницей? Я не хочу в больницу! Что скажут люди?
— Не беспокойтесь, пожалуйста, — с покровительственными нотками в голосе ответила доктор. — Там лучшие врачи на побережье. Вместе мы обязательно найдем оптимальный курс лечения.
— Я не уверен…
— Поймите. Сейчас вам нужна помощь. Если предотвратить приступы опасного сомнамбулизма сейчас, то в будущем они никогда не повторятся.
— Правда? Вы так думаете?
— Уверена.
— Хорошо… Я согласен. Но при условии, что никто не узнает.
— Никто не узнает, — утвердительно кивнула женщина, с одобрением прикрыв глаза.
Мужичонка встал с кушетки и принялся усиленно пожимать руку своему психологу. Женщина не сопротивлялась, позволив благодарному пациенту выплеснуть положительные эмоции.
Закрыв дверь за спиной шестого за этот день посетителя, Иса Цвейтль устало провела рукой по лицу, растягивая на нем кожу цвета черного бархата.
— Ааа… — заунывно протянула она, подняв голову вверх. Размяла шею, хрустнув пару раз позвонками. Улеглась на кушетку прямо на место больного.
Сегодня ночью сон совсем не шел. Впрочем, как и вчера. В последний год накопилось неестественно много работы. У всех больных, в основном, вырисовывались одни те же проблемы: беспричинная бессонница, кошмары и опасный сомнамбулизм.
Бывали и более тяжелые случаи. Вспышки агрессии, приводящие к травмам и причинению вреда другим, хронические кошмары, служившие причиной глубоких нарушений психики, галлюцинации, в ходе которых человек совершенно не понимал, где находится и что делает… В ходе последних люди могли скрываться от воображаемых преследователей. Встречалось также, что они заново проживали давно минувшие дни. Некоторые оказывались настолько уверены в текущей дате, что могли прийти на свое привычное место работы, с которого уволились с десяток лет назад. Подобное в психиатрической практике случалось нередко, но чтобы в таком количестве — никогда. И тенденция только набирала обороты. Клиники потихоньку переполнялись.
Саму же Ису радовало то, что ее бессонница имеет более прозаическую причину — банальную перегрузку. Захотелось вдруг хорошенько вздремнуть. Удобная кушетка притягивала к себе магнитом, и расслабляющий сон мгновенно окутал уставшую женщину. Провалившись в теплую дрему, она все же отдаленно слышала свой заливистый храп.
Неизвестно, сколько прошло времени. По ощущениям, сон так и не успел прийти к своему логическому завершению, когда входящий звонок секретаря выдернул женщину из сладостного забытья.
— Госпожа Цвейтль, я вам не помешала? — улыбнулась на том конце связи девушка с каштановыми волосами.
— А, что? — Иса начала ошарашенно оглядываться вокруг, пока не заметила перед собой голограмму.
— Звонил ваш муж. Сказал, что сам заберет детей из детсада, если вы снова задержитесь. Просил передать, что любит вас, — все с той же учтивой улыбкой проверещал искусственный интеллект третьего поколения.
— Ах… Да… Сколько у нас еще приемов по графику? — немного растерянно спросила психолог.
Сев на край кушетки, она свесила свои полные ноги и потянулась.
— По записи числился еще один, но его только что отменили. Зато звонили из центрального госпиталя. Просили заехать к одному из пациентов. Желательно, сегодня.
— Центральный госпиталь? — прозвучало с нескрываемым изумлением.
— Да. Попытка суицида. Необходим квалифицированный психолог, — на лице искусственной девушки промелькнула тень едва заметной эмоции. Вполне возможно, это было сострадание.
— Причем тут я? Этим занимаются психиатрические клиники, а не частные специалисты, — устало посетовала дама.
— Пациента зовут Майер Варгандфид. Сказали, что вы поймете.
После этих слов сонное состояние как рукой сняло. Несколько мгновений ушло на то, чтобы осознать неожиданную информацию.
— Майер? Надо же… — засуетилась Иса, начав приводить себя в порядок, — Хорошо… конечно… Скажите, что я скоро буду.
— Приготовить порт для перемещения сейчас? — услужливый тон стал немного раздражать.
— Нет, спасибо… Нужно еще подкрепиться. В баре на первом этаже есть порт, им и воспользуюсь, — отмахнулась от секретаря женщина, прежде чем отключить голограмму.