Василий Геннадьевич не меняет профессию: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Василий Геннадьевич обомлел, увидев бывшего сотрудника своего отдела кадров. Спичкин! Жив-здоров, да еще и работает на них! Василий Геннадьевич отчего-то был уверен, что все, кого он когда-то знал по службе, сейчас либо заграницей, либо плохо себя чувствуют, но никак не ожидал встретить кого-то в новой роли начальника кадрового департамента. Инженер невольно привстал, потом спохватился, что может выдать бывшего коллегу, и стал искать в глазах Спичкина ответ, как же ему стоит себя повести. Но Спичкин быстро разрешил ситуацию:

– Василий Геннадьевич, сколько зим, сколько лет!

«Две зимы», – подумал про себя Василий Геннадьевич, но вслух произнес:

– И ты здесь, ну, я рад тебя видеть.

– А то, где же быть? Кто, если не мы, построит новую Россию!

Они обнялись, как старые приятели.

– Феликс Анатольевич, – извиняюще протянул Спичкин, передавая папку в руки своего нового начальства. – Вот, принес на подпись. Когда же Василий Геннадьевич к нам выходит?

– Это надо у Василия Геннадьевича спросить, – Феликс постучал по папке пальцами левой руки. – Что, Василий Геннадьевич, когда же вы к нам выходите?

– Простите, я… не совсем понимаю.

Спичкин и Феликс Анатольевич посмотрели на Василия Геннадьевича так удивленно, что тот стал размышлять, не договорился ли он уже о чем-то с Феликсом, да так, что не заметил.

Его бывший коллега положил папочку с документами на край стола, у которого сидел ошарашенный Василий Геннадьевич. Инженеру показалось, что ему только что подмигнули.

– Ну я вас оставлю, – при этих словах Спичкин как ни в чем не бывало вышел.

Василий Геннадьевич дрожащими руками начал перелитывать документы, пытаясь вчитаться в содержание, но не мог уловить ни слова. Тогда он вспомнил, что надо найти в этой кипе лист с названием «Трудовая инструкция», но такой страницы не было.

Феликс некоторое время еще смотрел на дверь вслед Спичкину, будто погрузившись в свои мысли, и внезапно сказал:

– Не ищите, я вам так расскажу. Ваша задача: доработать то, что начали. Вы же меня понимаете, я думаю, прекрасно понимаете. Людям нужна новая реальность, как солдатам нужен был драйв. Людям нужна жизнь, ухоженные улицы и целые дома, а нам нужно время. Теперь ваше изобретение послужит на благо мира, а не войны.

– Ученым можешь ты не быть, но гражданином быть обязан, – вздохнул Василий Геннадьевич.

– Простите?

– Но позвольте, Феликс Анатольевич, какой толк сейчас от этого изобретения? Да вы… Да кого вы заставите снова носить на голове эту посудину? Люди больше не захотят уходить из реальности.

– Из такой – захотят. Или вы скажете, что им нравится изо дня в день смотреть на все это? – Феликс указал на вид за окном.

– Но это ведь не на веки вечные, и не после такого восстанавливалась страна. Вспомните историю в конце концов: пожар двенадцатого года, наступление немецких войск…

– На новый город уйдут годы, десятилетия. А люди хотят жить в нем здесь и сейчас. Русский человек вообще не умеет ждать. Точнее он умеет терпеть, это он отлично умеет. Но если дело не касается «здесь и сейчас». Если прямо здесь и прямо сейчас его не убивают, он терпит, пока это «здесь и сейчас» и не наступит. И всегда кажется, что наступит оно нескоро. Но если «здесь и сейчас» уже наступило, то он скорее выбросится из окна, чем потерпит еще хоть чуть-чуть.

Только сейчас Василий Геннадьевич заметил, что деревенский выговор и нелепые смешки Бернарда куда-то исчезли.

– Василий Геннадьевич, – продолжил Феликс уже спокойнее. – Мы же не изверги какие, людям нужна надежда. Без надежды им не продержаться.

– «Уснешь, опять начнешь сначала, и повторится все, как в старь».

– Норовят отпасть то Юг, то Урал, вы же новости читаете? А нам надо сплотиться. Кавказ мы уже потеряли. Восток вот-вот проведет референдум, им Китай оказался милее Родины!

– Кстати, референдум. Вы ведь человек, я подозреваю, партийный. А не ваша ли партия демонстративно сожгла тысячу шлемов, когда были выборы?

– Положим, сожгла. Представим, что не тысячу.

– И как же теперь вы, скажем так, с репутационной точки зрения, эти каски снова на головы людей наденете?

– Но, но, Василий Геннадьевич, давайте не будем мешать апельсины с помидорами. То было военное время, военная реальность. А люди не хотели идти Родину защищать, выросло поколение, как его там, жалких пацифистов. Надо было народ из домов вытаскивать, из конур, куда все попрятались. Но сейчас другое дело. Графика будет новая, радужная, будущее, которого вы себе и представить не можете! Программу уже почти написали, ваш выход! – Феликс Анатольевич щелкнул пальцами.

– Феликс Анатольевич, я ведь уже давно ни при делах, я на пенсии…