— Как ты?
— Хорошо… но Гиланзи говорила странные вещи, вроде того, что все люди плохие, а значит, и ты тоже!
Орландо улыбнулся и сказал:
— Ну, она в чём-то права, хорошим меня сложно назвать.
— Ты хороший! — Отрезала девочка командным тоном. — Видишь, очень просто!
Мужчина хохотнул и кивнул на шкуру у очага.
— Я чуть вздремну. Заодно подумаю, как отправить нашу гостью домой.
— Знаешь… — Задумчиво сказала дочка. — Она говорила, что эльфы лучшие фехтовальщики. Куда лучше тебя…
— Возможно. — Спокойно ответил Орландо, опуская на шкуру и прикрывая глаза. — Я с ними не скрещивал клинки. Мой отец говорил, что всегда есть тот, кто лучше. Совершенным может быть только Бог, а Бога нет.
Орландо перевернулся на бок, положил ладони под голову. Слышно, как снаружи поют птицы, а издали шепчет океан, нагоняя волны на песчаную косу. Гиланзи задумчиво бормочет, а Луиджина начала напевать под нос песенку без слов.
От печени по телу пошла тёплая волна и Орландо уснул, успев подумать. Что ничего страшного не случится. В конце концов, кому нужен стареющий мужчина и ребёнок. Живущие на краю света. Никому…
Глава 6
Следующая неделя прошла в работе над плотом. Точнее, Гиланзи наблюдала, как человек таскает брёвна, срубленные обсидиановым топором. Обрабатывает их в меру сил и стягивает лианами с настораживающей сноровкой. Работает молча и методично, отвлекаясь только на короткий отдых и Луиджину, приносящую воду. Изредка прямо на месте обновляет топор, умело скалывая новое лезвие с чёрного булыжника. Девочка вертится вокруг, с любопытством наблюдая за работой. Иногда пытается помочь, но мужчина мягко отводит её давая мелкие поручения.
На восьмой день поставил добротный шалаш, способный защитить от брызг воды и ветра. Закончив, проверил подобие паруса из широких листьев пальм, проложенных в сетку из волокнистых верёвок. Решение так себе, но даст плоту ход на некоторое время. К удивлению Гиланзи человек в одиночку перетащил плот в воду и начал монтировать грубое рулевое перо и рычаг для управления.
После принёс несколько корзин сушёных фруктов и пузатый кувшин воды. Утром с попутным ветром эльфийка отбыла с острова, напоследок помахав и что-то крикнув. Порыв ветра смешал слова и пронёс над океаном стараясь утопить в волнах. Девочка обняла ногу отца, задрала голову силясь заглянуть в лицо и спросила:
— С ней всё будет в порядке?
— Не знаю. — Ответил Орландо, опуская пятерню на золотую макушку, потрепал. — Мир слишком не предсказуем, но раз она решила уплыть, значит верит в свои силы.
— Ах… хотелось бы увидеть место, куда она уплыла. — Вздохнула Луиджина, провожая взглядом уменьшающийся плот. Ещё немного и он затеряется на фоне бесконечной сини под голубым небом. — Гила рассказывала такие истории! Тебе понравились бы. Огромные города! Странные расы, вроде дворфов и гномов! Такие маленькие человечки…
— Я знаю кто такие дворфы и гномы. — С улыбкой сказал Орландо. — Отец в детстве рассказывал сказки, когда я не мог уснуть после тренировок.
— Расскажешь?
— Ты ещё маленькая для таких. Красные колпаки, это не совсем детская история.
Девочка умолкла, тяжко вздохнула и спустя минуту спросила ни к кому не обращаясь:
— Интересно, а я увижу дворфов когда-нибудь?
— Обязательно. — С заминкой сказал Орландо.
— Когда?
— Когда станешь старше.
Вновь заминка, но слишком короткая, чтобы девочка догадалась за чувствами стоящими за ней. Орландо прикусил внутреннюю часть губы и решил, что нужно сделать заготовку плота получше. Рано или поздно он умрёт, а девочке нечего делать одной на острове. Она должна будет уйти в мир, оставив позади могилу меж корней дерева-дома. Орландо опустил взгляд на дочь, улыбнулся и подтолкнул к лесу.
— Пошли, пора тренироваться. Тебе нужно ещё много чего выучить.
Таверна гудит, от гомона голосов и музыки дребезжат стёкла, а воздух пропитан ароматами пива и жареного мяса. Гиланзи сидит за столом в окружении матросов дворфов и эльфов. Перед ней огромное блюдо с тушеными овощами и великанская кружка пива. За день эльфийка изрядно захмелела, а язык устал рассказывать одну и ту же историю о странном острове и девочке-эльфийке с клыками, живущей вместе с человеком. Каждый новоприбывший матрос считает долгом проставиться для неё и задать вопрос о том, как выжила.
Ведь не каждый день океан выплёвывает на берег тех, кого пожрал месяц назад! Тем более живых, хоть и весьма измождённых.