Я оттолкнула Николя и бросилась прочь из столовой. Бежала, сама не зная куда, пока не опомнилась в пустынном коридоре третьего этажа. Подергала дверь одной из аудиторий – закрыто. Ну и черт с ней… Опустилась прямо на пол, закрыв лицо руками, и вдруг расплакалась. Впервые за все время пока находилась в этой проклятой Академии. Хотя и до этого хватало поводов для слез, однако я старалась сдерживаться, но вот сейчас плотину прорвало…
Плакала я не только из-за пережитого позора. Вспомнилось все: и как против воли попала на Олимп, и как до сих пор не могу привыкнуть к здешней жизни, и Дионис, который так и остался для меня темной лошадкой, Кей, видеть которого просто не могла… А тут еще и у Николя оказалась такая низкая душонка. И по родителям я соскучилась, по дому… По Таське, подружке, наконец…
– Вот ты где, – облегченный вздох и теплая улыбка в голосе. – Думал, не найду тебя… Все этажи оббегал…
Пашка приземлился рядом со мной и легонько толкнул плечом в плечо:
– Чего ревешь? Неужели из-за этого придурка Николя?
– Да так, накопилось…– Шмыгнув носом, я принялась поспешно вытирать слезы.
– Держи. – Пашка протянул мне носовой платок. Даже чистый.
– Спасибо, – я улыбнулась.
– Ты, это, брось реветь. Да и не из-за чего. Тебе не идет… Вон, нос распух, глаза красные…
– Благодарю за комплимент, – ничуть не обидевшись, усмехнулась я. – Но кавалер с тебя никудышный…
Пашка на это фыркнул:
– Зато все твои кавалеры как на подбор… Один французик чего стоит.
– Я думала, что вы с Николя дружили, – заметила осторожно.
– Да не…– отмахнулся Паша. – Занудный он какой-то… И все об учебе говорит… А тебе чем он не угодил? Когда ты ушла, он с таким видом отшвырнул корзину со своими, вернее, твоими цветочками…
– Что-то еще сказал?..
– Ну, так…– Пашка замялся. – Ничего особенного.
– Говори уже, – вздохнула я.
– Просто назвал тебя глупой и ветреной девушкой.
– Короче, обозвал дурой, – догадалась я, – и женщиной легкого поведения…
– Ты не переживай, – Паша потрепал меня по коленке, – он это очень тихо сказал… Никто не слышал.
– Да плевать…– Я приткнулась затылком к стене.
– И сам он тот еще придурок, – продолжал меня успокаивать приятель. – Только умеет что красиво говорить да пыль в глаза пускать, а за душой – ничего… Такие любят красоваться на фоне других… Он-то думал, что будет рядом с тобой блистать умом, а ты им восхищаться. А на деле ты оказалась не такая уж глупая, учишься нормально, в некоторых предметах даже лучше него… А ему-то во всем нужно быть первым…
– Ты даже не представляешь, как я мечтаю завалиться по всем этим предметам…– призналась ему с горечью.
– Зачем? – Пашкино изумление было таким искренним, что я не сдержала усмешки.
– Не хочу я здесь учиться… И никогда не хотела. Насильно меня сюда притащили, вот и вынуждена мучиться до окончания года, – очередное признание далось мне нелегко, ведь я еще никогда ни с кем не делилась своими потаенными мыслями.
– Как так?
– А вот так… – я снова усмехнулась. – Расскажу как-нибудь в другой раз…
– Ладно, – Пашка не стал меня доставать вопросами и перевел тему: – Кстати, это… Ты ж на танцы ходишь?
– Хожу, – подтвердила я, посмотрев на него с интересом.
– Я как бы… Это… Тоже хотел записаться. Как думаешь, возьмут?