— Случайно.
— И давно ты здесь?
— Шестнадцать дней.
— Почему ты за мной шпионил?
— Я не шпионил за вами.
— Откуда ты знаешь, что я получил бумаги?
— Мне это сообщили.
— Кто сообщил?
— Тот, кто послал меня к вам.
— А кто послал тебя ко мне?
— Вот этого я не могу сказать.
— И все же ты скажешь.
— Ой-ой-ой! Святая дева! Я позову на помощь, я закричу.
— А я тебя убью.
Монах завопил. На острие шпаги адвоката показалась капля крови.
— Его имя, — сказал он.
— Ах, ей-богу, ничего не поделаешь, — ответил Горанфло, — я держался, сколько мог.
— Разумеется, твоя честь спасена. Ну, кто тебя послал ко мне?
— Это…
Горанфло еще колебался; он никак не мог решиться предать друга.
— Кончай же, — приказал адвокат, топая ногой.
— Ей-богу, ничего не поделаешь! Это Шико.
— Королевский шут?
— Да, он.
— А где он сейчас?
— Я здесь! — раздался голос.
И на пороге комнаты появился Шико, бледный, серьезный, с обнаженной шпагой в руке.
XXXII
Узнав человека, которого он имел все основания считать своим смертельным врагом, мэтр Николя Давид в ужасе отшатнулся.
Воспользовавшись минутным замешательством адвоката, Горанфло отскочил в сторону, нарушив таким образом прямую линию, соединявшую его горло со шпагой.