— Это уже вторая рубашка.
Хриплый шепот прозвучал где-то сбоку, когда я очертил языком ключицу, ощутимо прикусив после этого. Люцифер оперся свободной рукой о гладкую поверхность стола, другой прижимая меня ближе к себе. Я ощущал бедром как сильно натянута ткань его черных брюк, чувствовал жар и пульсацию в паху, что с точностью повторяли мои ощущения. До боли напряжённый член просился наружу, но время еще не пришло.
— Так и быть, куплю тебе пару новых.
Не до конца понимая, что именно делаю и как вообще на это решился, я покрывал поцелуями, кусал и вылизывал сильное тело, словно невзначай поддевая клыками сосок и следуя дальше, ниже. Мышцы напрягались под моими губами, я чувствовал, как Люцифер подрагивает всем телом, видимо как и я не веря в происходящее. Он смотрел на меня, внимательно следил за каждым движением, в предвкушении закусывая нижнюю губу. Я же не мог поднять взгляд. Не в таком положении.
Опустившись на колени перед наследником адского престола, я с силой сжал пальцами его член, до сих пор скрывающийся за тканью брюк. Это простое действие вызвало первый тихий стон. Что мной руководило в тот момент? Не имею понятия. Но я уже оказался здесь, и отступать не намерен.
В образовавшейся тишине кабинета, лязг металлической бляшки ремня прозвучал слишком громко. Вытянутый из шлевок ремень звякнул, падая на пол. Пуговица и молния поддались мгновенно, давление изнутри поспособствовало, а когда ткань опустилась к щиколоткам, я сглотнул.
Перед глазами предстал член, большой, обвитый вздутыми венами, подрагивающий в ритм колотящегося сердца. Словно самый желанный фрукт, он манил прикоснуться к нему. И я не устоял. Усилием воли убрав острые, словно скальпели, когти, я обхватил ладонью основание, и приблизился губами к головке. Маленькая капля поблескивала в свете огня камина, выдавая все желания Люцифера.
— Если не хочешь…
Имело ли для меня в действительности значение, чего хочу сейчас я? Именно в этот момент мной руководило не поддающееся логике желание доставить ему удовольствие, и мне было плевать, что я не делал этого никогда прежде. Договорить Люцифер не успел. Накрыв губами головку, я слизал манящую капельку, с удивлением подмечая, что вкус мне не противен, скорее даже наоборот.
Шипящий выдох над головой подтвердил, что я сделал все правильно, но останавливаться на достигнутом я не был готов. Скользнув губами дальше, я постарался вобрать в себя как можно больше длины, но не получилось взять даже наполовину. Чуть отстранившись, я перестал удерживать член, позволяя ему подняться выше, и принялся жадно вылизывать его по всей длине, повторяя рисунок вздутых вен и медленно двигая ладонью до самой головки и обратно.
Горячая ладонь впилась в затылок, с силой сжимая короткие волосы. Люцифер не управлял процессом, не давил, не требовал, но в то же время наслаждался властью надо мной. Я чувствовал, что он не отводит взгляда, прожигая меня насквозь, но поднять свой не решался, боясь раствориться в моменте окончательно.
Задевая острым клыком нежную кожу, не разрывая, но принося ощутимую боль, граничащую с удовольствием, я подметил, как Люцифер толкнулся навстречу, теряя прежний контроль. Воздух в помещении буквально искрил от страсти, кипящей у обоих в крови, от похоти, пеленой застилающей глаза, от чувств, совершенно непонятных и незнакомых. Я чувствовал, что он на грани, и само осознание этого факта возносило меня на вершину. Ему хорошо. Со мной.
Сильнее сжимая пальцами волосы, Люцифер отодвинул меня от себя. Не понимая, что происходит, я взглянул на него, в эти кровавые глаза, и пропал. То, как он смотрел на меня сверху вниз, не поддавалось моему восприятию. Это был взгляд, полный благодарности и словно бы надежды на будущее.
Рывком поднявшись на ноги, я впился в пересохшие губы поцелуем, терзая треснувшую кожу, наслаждаясь мелкой выступившей капелькой крови. Его крови. Дрожащие пальцы Люцифера лихорадочно перебирали пуговицы на моей рубашке, стремясь как можно скорее стянуть ненужную ткань, стать еще ближе. Он не вырывал их с корнем, как это сделал прежде я, одну за другой, он расстегивал их быстро и методично, открывая себе доступ к моему телу.
В местах соприкосновения кожи, моей — прохладной, и его — горячей, как самые глубокие лавовые озера, я чувствовал, как мы практически срастаемся телами в желании касаться и быть ближе. Вот только ждать я больше не мог. Наконец спущенные на бедра брюки освободили закованный в тесном пространстве член, но свобода была недолгой. Раскаленная ладонь, пошло смоченная слюной Люцифера, обхватила головку, сжимая и скользя по всей длине, до самого основания. Хрипло выдыхая, я еще боролся с подступающим стоном и проигрывал, на что губы демона растянулись в улыбке сквозь поцелуй.
Это была поистине пытка, подходящая для самых жутких грешников, а наследник всего этого царства стал лучшим карателем. Моим. Развернув его спиной к себе, я толкнул его под лопатки, заставляя практически лечь на некогда гладкую поверхность стола. Прохладное дерево, соприкасаясь с кожей вызывало бег мурашек по его спине и плечам, а бордовые крылья в нетерпении раскрылись, заполняя кабинет шелестом мягких перьев.
Погладив гладкие ягодицы, я развел их в стороны, любуясь соблазнительным видом. Хотелось наплевать на все, на подготовку, на боль, но это была не моя боль, его. Такого себе позволить я не мог. Коснувшись пальцем тугого входа, я мягко надавил, не проникая внутрь, проверяя, насколько тесно там в этот раз, и ожидания не обманули, он не был ни с кем после меня, по крайней мере хотелось верить в это.
— В столе. Верхний ящик.
Потянувшись в указанном направлении, я выдвинул ящик, слыша, как перекатывается содержимое. Среди письменных принадлежностей, коробочек с табаком и бумаг, в самом дальнем уголке прятался пузырек смазки с ягодным ароматом.
— Ждал моего визита?
Выдавив холодную жидкость на пальцы, я дождался, пока она хоть немного нагреется, прежде чем коснуться намеченной цели. Проникая сначала на одну, а после на две фаланги, я предвкушал то наслаждение, в которое окунусь, когда пальцы заменятся членом.
— Ты разве еще не понял?
Расслабив мышцы, Люцифер позволял растягивать его быстро и не очень заботливо. Он терпел легкую боль, что, уверен, присутствовала в моих торопливых движениях, и лишь двигался мне навстречу. Когда время пришло, я щедро полил прохладной смазкой член, ощущая, как приятно покалывает от холода и готовясь познать истинный жар. Головка уперлась в растянутое отверстие, надавливая медленно и осторожно, в то время как сам демон дернулся ближе ко мне, сокращая время первого проникновения до нуля.
Два стона слились в один, хоть и вызваны были разными ощущениями. Он слишком поторопился, и теперь я чувствовал, как сильно он сжимал меня горячими стенками от боли. Покрывая влажные от пота плечи поцелуями, я шептал какую-то чушь, стремясь унять неприятные ощущения, и кажется, у меня получалось. Следующему движению вторил уже стон наслаждения от чувства наполненности и тотальной близости наших тел.
Наращивая темп крышесносных движений, я обвил пальцами его шею, притягивая к себе, заставляя прогнуться в пояснице, прижимаясь спиной к моей груди. Крылья, распахнутые так широко, что сложно было разглядеть красные перья, не мешали терзать губами и заостренными зубами разгоряченную кожу.
Я старался отводить взгляд, но он постоянно возвращался к основанию крыльев, к этим маленьким перышкам, что казались безумно мягкими и нежными наощупь. Притронуться к ним казалось неправильным, слишком личным, но я не смог устоять. Свободной рукой поднимаясь вдоль позвоночника от поясницы, я провел пальцами между манящими перьями, подмечая, насколько они дрожат. За бешеной гонкой за удовольствием, Люцифер, казалось не замечал моих манипуляций, не чувствовал подвоха. И только зарывшись подушечками пальцев в мягкий пушок, я осознал, почему это так интимно. Если б я не удерживал его за шею, уверен, он тут же повалился бы на стол, выстанывая мое имя. И сейчас это казалось чертовски правильным действием. Продолжая с силой вбиваться в горячее нутро, я позволил ему опереться руками о столешницу, продолжая перебирать мягкие перья, второй ладонью сжимая его пульсирующий член.
Мысли о том, что это неправильно не приходили больше в голову, потому что чувства говорили об обратном. Разве бывало когда-то раньше настолько хорошо, идеально, сладко? Накатывая огромными волнами, наслаждение сводило с ума, от этих хриплых стонов, потрясающего запаха и непереносимого жара. Мне больше не хотелось крови, важно было только почувствовать, как он кончает в мою ладонь, пачкая ее еще более горячей спермой. Ждать пришлось недолго, как и мечталось в этот самый момент, демон с судорожным стоном излился, сжимаясь на моем члене, вознося и меня.
Оргазм накрыл с головой, заставляя толкаться все глубже, словно в надежде, что собственное семя никогда не покинет его тела. Голова кружилась от нехватки кислорода, в горле пересохло и саднило, расслабляющая нега растекалась по нашим телам.
Отстраняясь, я даже не стал поправлять одежду, падая в кресло без сил. Я снова совершил глупость, но почему-то сейчас она таковой не казалась. В конце концов, мы взрослые люди, и имеем право на удовольствие, ведь так? Повторив мое движение, Люцифер сел напротив, прикрывая глаза, продолжая улавливать волны сходящего на нет удовольствия. Тишина не напрягала, наоборот, в ней было слишком комфортно.
— Мы встретимся ещё? — простой вопрос, но надежда, прозвучавшая в голосе, меня напугала.