— Не оставляй меня больше одного так надолго!
— Кит, у меня уже голова кружится, поставь меня на землю.
— Привет! Мой вестибулярный аппарат ещё от самолета не отошёл, а ты уже его новым испытаниям подвергаешь.
— Что полёт был тяжелым?
— Не то, чтобы тяжёлым, но я не очень люблю летать, поэтому для меня это всегда стресс.
— Прости, я не знал.
— Ничего. Как твои родители? — решила сменить тему.
Он выразительно поднял бровь, но улыбка стала гораздо шире.
— Хорошо! Ты соскучилась по ним? Могу организовать совместный вечер…
— Эээ, не стоит, я просто спросила.
— Они о тебе тоже спрашивали. Ты им очень понравилась!
— Да, что ты?! Как замечательно! — я очень надеялась, что Кит не уловит в моих словах иронии.
Про встречу с Андреем Витальевичем, я решила не упоминать. Захочет, сам расскажет сыну. Тем более, он был не один…
— Как отдохнула?
— Ой, ты знаешь, просто замечательно! Я с ребятами всего полгода не виделась, а соскучилась ужасно! Может быть когда-нибудь познакомлю вас, посмотрим…
— Алька?!
Я обернулась. Может я ошибаюсь, но только один человек на свете меня так называл!
— Панина! Алька! — ко мне сквозь толпу ломилась Машка Меркулова.
— Машундия! — вцепилась я в подружку.
— Господи! Какая же ты стала! Просто красавица! — рассматривала меня подруга горящими глазами.
— Ой, Машка, прекрати! Сама вон как вымахала! — засмеялась я.
Мы обнимались с подружкой и не могли оторваться друг от друга. Я была очень рада увидеть её. Привет из прошлого.
— Сколько же лет мы не виделись?
— Да, лет семь наверное…
— Ты встречаешь кого-то? — спросила она.
— Нет, только прилетела. А ты?
— А я тоже только вернулась из Куршевеля.
— До сих пор катаешься на лыжах?
— Нет, пару лет, как на сноуборд перешла.
— Ой, простите. Машенция, познакомься, это Никита. — От неловкости я немного покраснела, совершенно о нём забыла.