Война: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наши взгляды вновь встречаются, Война кажется удивленным. Может, Всаднику не нравится, что я сопротивляюсь? Или он не осознает, что я понимаю его речь? Как бы то ни было, Война быстро приходит в себя. Он не отвечает мне, но и не отпускает, лишь погоняет своего коня вперед по улицам города. Я продолжаю попытки вырваться, но все напрасно. Руки Всадника словно кандалы приковывают меня к его телу.

– Что ты собираешься со мной сделать? – спрашиваю я. Мой голос звучит на удивление спокойно, хотя я вовсе не спокойна. Я измотана и напугана.

И снова Война не отвечает, но его хватка становится крепче. Чуть-чуть, но достаточно для того, чтобы я поняла: он все слышит. Зажмуриваюсь, пытаясь прогнать из своего воображения жуткие картины того, что может случиться с женщиной на войне.

– Netet tar, – сообщает он.

Ты спасена.

Я едва сдерживаю смех.

– Да, возможно, от твоего меча.

Но не от всего остального. А вдруг у Всадника целый гарем – восемьдесят жен, по одной из каждого завоеванного города? О боже, а звучит-то правдоподобно. К горлу подкатывает тошнота.

Проезжая через Иерусалим, Война обнажает меч. Город в огне, на улицах люди – сражаются, бегут, умирают. Я повидала немало битв, но мой дом никогда еще не выглядел так, будто именно в нем сосредоточилась вся ненависть людей друг к другу. В оцепенении смотрю вокруг. Наверное, у меня шок.

Чувствую, как на нас с Войной устремляются десятки взглядов. Страх, который все испытывают, естественен – никто не ожидал, что лицом к лицу столкнется с одним из Всадников Апокалипсиса, – но я ощущаю в людях иной, более глубокий ужас. Никто не думал, что Война может брать пленных, пока воочию не увидел тому подтверждение, сидящее на его коне. Это зрелище породит новые страхи, ведь мы живем в такое время, когда быстрая смерть – лучший вариант.

Всадник подгоняет коня, заставляя его мчаться с бешеной скоростью. Обнажив меч, Война преследует любого, кто пытается бежать. Приходится зажмуриться, чтобы не видеть этого, но брызги крови попадают на мою кожу. К горлу подкатывает тошнота. Я пытаюсь сдерживать рвотные позывы. Это все, что я могу. Бежать невозможно, Война удерживает меня в своих тисках, а вырываться… что ж, у меня больше нет сил.

Мы движемся на запад, обратно к холмам, где я была совсем недавно. Дома сменяются лесом, звуки битвы постепенно затихают. Здесь, среди деревьев, и не подумаешь, что где-то рядом только что уничтожили целый город. Мы проезжаем мимо заброшенного дома, в котором я пряталась, и поднимаемся дальше в горы. Когда мы удаляемся достаточно далеко, хватка Войны на моей талии чуть ослабевает.

– Куда ты меня везешь? – спрашиваю я.

Ответа нет.

– Почему бросил сражение?

Я чувствую на себе жуткий взгляд Войны и оборачиваюсь, чтобы встретиться с ним глазами. Несколько секунд он смотрит на меня, затем переводит взгляд на дорогу.

Что ж, ладно. Может, я его понимаю, а он меня нет? Дальше мы едем в тишине. Война вдруг сворачивает с дороги. Трава здесь вытоптана копытами его лошадей. Всадник, петляя в горах, возвращается по следам своей орды.

Наконец, мы сворачиваем с дороги, и я удивленно вскрикиваю. Передо мной раскинулся лагерь, большой, похожий на небольшой город – тысячи палаток на горном склоне среди деревьев и кустов. Кто знает, сколько они уже здесь? Абсолютно незаметные с главной дороги…

Война проезжает мимо загонов для лошадей, мимо палаток. Я замечаю людей – в основном, это женщины и дети, но есть и несколько солдат. Всадник останавливается. Спешившись, стаскивает меня с коня. Понятия не имею, что происходит, но очень жалею, что безоружна. Война опускает меня на землю. Смотрит несколько секунд, а потом убирает выбившуюся прядь волос мне за ухо.

В чем, черт побери, дело?

– Odi acheve devechingigive denu vasvovore memsuse. Svusi sveanukenorde vaoge misvodo sveanudovore vani vemdi. Odedu gocheteare sveveri, mamsomeo, – произносит Война.

Здесь ты будешь в безопасности, пока я не вернусь. Тебе нужно лишь, как остальным, поклясться в верности своему господину. Затем мы поговорим вновь, жена.

– Я тебе не жена.

И снова чувствую эхо его удивления. Я что, не должна понимать его слова?

Один из воинов, с красной лентой на плече, подходит к нам. Война наклоняется к нему и что-то говорит – так тихо, что ни слова не разобрать. Потом окидывает меня долгим взглядом и снова вскакивает в седло. Рванув поводья, он разворачивает коня и выезжает из лагеря. Видимо, мне самой придется во всем разобраться.

На закате мне связывают руки за спиной и ставят в один ряд с другими пленниками. Не знаю, такую ли участь готовил Война своей жене, когда бросал ее здесь, но сейчас все встало на свои места.

В течение дня в лагерь медленно стекаются пленники. Нас, наверное, около сотни, и это лишь малая часть жителей города. А остальные… Я закрываю глаза и вижу тех, кто еще вчера был жив, а теперь их мертвые тела на улицах Иерусалима стали пищей для падальщиков.

Довольно долго мы просто стоим. В нескольких метрах от меня крупного мужчину бьет дрожь. Замечаю кровь у него на спине. Кого он потерял? Глупый вопрос. Ответ очевиден: всех. Разница лишь в том, кем были эти все. Жена? Родители? Дети? Родные? Друзья? Один из моих заказчиков рассказывал, что в его семье почти пятьдесят человек. И все они погибли сегодня? От этой мысли к горлу подступает желчь.

Переключаю внимание на то, что происходит вокруг. Большинство пленников крепкие, сильные мужчины. Я ищу женщин – они есть, но их мало. Слишком мало. И насколько могу судить, все молоды и хороши собой. У некоторых на руках дети, и для меня это становится очередным потрясением. Не знаю, от чего хуже: от того, что теперь эти маленькие семьи находятся во власти дикарей-захватчиков, или от того, что на улицах Иерусалима осталось куда больше таких женщин и детей…

Я закрываю глаза. Всегда знала, что этот день настанет. День, когда Всадники Апокалипсиса завершат начатое. Но это не могло подготовить меня к реальности – к мертвым телам, крови, жестокости. Все это какой-то кошмар.