— Да ты что?! — Мила искренне возмутилась. — совсем уже?
— Ладно, Марин, не дразни Милу, — Наташа попыталась утихомирить подругу-соперницу. — Мы с тобой ещё не выяснили, кому из нас Павел достанется, а ты ещё и её хочешь втянуть? Не затрахаешься потом?
— Ох, боюсь, затрахается тогда Паша. В буквальном смысле, — уточнила Марина, когда девчонки отсмеялись.
— Марин, Наташ, а вы что — правда, что ли, за Павла соревнуетесь? — недоверчиво спросила Аня.
— Ага, — довольно ответила Марина. — А что, по нам не видно?
— Я думала, у вас там гарем, — удивилась Мила. — А на самом деле, оказывается, всё та-а-ак сложно…
— Нормально, — отмахнулась Марина. — В гареме так и бывает. Нет, Мил, ты представь: куча баб живёт вместе, какая там за мужа конкуренция!
Испуганное выражение, появившееся на лице Милы, показало, что она представила.
— Тогда вон с Фрицем замутила бы, — Марина не оставляла попыток помочь подруге преодолеть затруднения в личной жизни. — Мужик неплохой, иностранец опять же.
— Ну нафиг! — Мила аж фыркнула. — Боюсь!
— Да ладно тебе! — Марина хитренько улыбнулась. — Мужику, чтобы был красивым, достаточно быть немножко симпатичнее крокодила, а этот гораздо симпатичнее!
— Не-не-не, — замотала головой Мила. — Как скажет в самый ответственный момент «дас ист фантастиш», так я прямо под ним со смеху описаюсь… Неудобняк выйдет.
Принято считать, что барышни смеются звонко. В общем-то, недалеко от истины, но если бы кто сейчас подслушал наших подруг, в ушах у него потом звенело бы долго.
— Марин, Наташ, — Мила взяла пару секунд паузы, чтобы набраться смелости, — всё хотела вас спросить…
Марина с Наташей понимающе переглянулись и с самым добрым видом ждали продолжения.
— А вы, когда втроём, между собой… ну… тоже? Или только с Павлом по очереди?
— Ты что, Мил?! — искренне возмутилась Марина. — Какая тут, нафиг, может быть очередь?! Мы любимся все вместе и никакой разницы, кто кого, у нас нет.
— Ой, тогда мне точно не к вам, — Мила густо покраснела. — Я к такому не готова.
— Ну, не готова и не готова, — миролюбиво согласилась Марина. — Каждому, как говорится, своё. Или, как скажет Паша, каждый сходит с ума по-нашему.
— Весело у вас, — сказала Аня и, сообразив, что понять её могут неправильно, тут же добавила: — Но меня к себе звать не надо!
— Ну и ходи тогда дальше грустная! — эти слова Марины снова потонули в общем смехе.
— Ань, — Наташа немножко помялась, но продолжила: — Ты же спортсменка. Вся такая прям сильная, крепкая… Неужели никогда не хотела с девушкой? Говорят, у ваших такое часто?
— Ну-у-у… — на этот раз мялась, прежде чем ответить, Аня. — Пробовала уже. Но мы с ней вдвоём только, ни мой Тонна, ни её балбес даже не в курсе.
— Блин, да я тут, получается, одна такая правильная! — всплеснула руками Мила.
— Безобразие, — Марина нахмурилась, но серо-голубые глаза вспыхнули озорными искорками. — Что Ань, возьмёшься исправить?
— Марин, ну хватит уже, а? Ну не хочет и не хочет, её дело, — миролюбиво сказала Аня, но всё-таки кинула на Милу оценивающе-заинтересованный взгляд. — Захочет — сама как-нибудь разберётся.
— Куда я попала и где мои вещи?! — взвилась Мила. — Может, мне в комнате запереться, пока вы меня тут не изнасиловали? Извращенки, бля!
— Попали тут мы все, — Наташа попыталась сменить тему. — Ничего вот выберемся отсюда…
— И что?! — не унималась в праведном гневе Мила. — Опять приставать начнёте?! Блин, девки, мне с вами страшно!
— Да никто к тебе приставать и не собирается, — вздохнула Марина. — Тебе предложили, ты отказалась. За спрос денег не берут и по морде не дают. А когда выберемся, нам тем более будет не до тебя, уж прости, пожалуйста, за такие подробности.