А тем временем Айзек принёс из ванной бритвенный станок и другие необходимые принадлежности, и, обильно полив сзади голову Богдана пеной, начал неторопливо убирать с места будущей операции лишние волосы.
Через несколько минут Айзек обратился к Семёну:
– Извини, друг, но тебе придётся выполнить роль моей медсестры.
– Нет, на медсестру не согласен, – покачал головой Семён. – Только на медбрата.
– Можешь называть себя как хочешь, но принеси из ванной полотенце и налей в кувшин немного воды. Надо же вымыть голову этому оболтусу! – без злобы сказал Айзек, но Богдана задели эти слова.
Он очень хотел сказать что-нибудь едкое в ответ, но тут же подумал о том, что не стоит злить доктора перед операцией, поэтому смолчал.
А в это время Семён принёс полотенце и тёплой воды, и Айзек аккуратно вытер затылок Богдана, убрав оставшуюся пену и лишние волосы. Затем доктор снова потянулся к бутыли со спиртом и щедро плеснул огненной жидкости на затылок Богдана, после чего снова принял немного спирта внутрь и, не говоря ни слова, опять протянул бутыль своему приятелю.
В этот раз Семён не стал прикладываться к бутылке, а вместо этого поставил её на стол.
После этого Айзек подошёл к коробке со своими инструментами, открыл её и достал оттуда скальпель. Плеснув на него немного спирта, доктор снова подошёл к Богдану.
– Приступим! – произнёс Айзек и уверенными движениями начал делать надрез на затылке своего пациента.
От страха Богдан сжал зубы, приготовившись мужественно перенести предстоящую боль, однако у Айзека была лёгкая рука, потому что он так шустро вынул имплантат из головы нашего героя, что тот даже не поверил, что всё так быстро закончилось.
– Вот, молодой человек, Ваше взрывное устройство, которое Вы носили в своей голове! – сообщил врач Богдану, показывая ему крошечную капсулу, которую держал своими окровавленными руками.
– А это точно бомба? – слабым голосом поинтересовался наш герой, так как боялся поверить тому, что все его проблемы позади.
– А я откуда знаю? Это вы мне сказали! – ответил Айзек, поглядывая то на Семёна, то на капсулу. – Желаете себе такой сувенир? – спросил он затем Богдана.
– Нет! – замотал головой наш герой, не глядя на имплантат, извлечённый из его головы. – Выбросьте его куда подальше!
– Тогда, с Вашего позволения, я приберегу этот уникальный экземпляр для своих собственных исследований, – довольным голосом сообщил Айзек, продолжая разглядывать окровавленную капсулу.
– Ты поосторожней с этой игрушкой! – вмешался в разговор Семён.
– Не беспокойся! Я знаю, как обращаться с такими штучками! – не отводя взгляда от имплантата, ответил Айзек.
– А зашивать его ты будешь? – сказал Семён, кивая в сторону Богдана, который всё ещё продолжал сидеть на шезлонге, опустив голову.
– А надо? – полушутя-полусерьёзно проговорил Айзек, не желая ни на секунду расставаться с новой игрушкой. – Он – парень молодой! Раны на нём быстро должны заживать!
– Ты – врач! Тебе и решать, – безразличным тоном ответил Семён.
– Ладно уж! Сделаю ему пару швов! – примирительно произнёс Айзек. – А то пойдёт сейчас по дороге с такой головой, да ещё и в обморок где-нибудь грохнется.
С огромной неохотой Айзек подошёл к столу и опустил в пустой стакан, стоящий тут же, извлечённый имплантат, после чего снова плеснул на руки немного спирта, затем достал из шкафа иголку с нитью и вернулся к Богдану.
Наложив несколько швов, Айзек с довольным видом отошёл от нашего героя и произнёс:
– Готово! Но как врач я всё же не советовал бы своему пациенту сегодня заниматься тяжёлыми физическими упражнениями. И вообще лучше оденьте шапочку, молодой человек! А то в таком виде Вы только народ пугать будете!
– У меня нет шапочки, – обескураженно проговорил Богдан, поднимаясь с шезлонга.
– Ну прикройте голову хотя бы капюшоном! – предложил Айзек.
– Но у меня и капюшона нет, – смущённо ответил Богдан и так грустно посмотрел на доктора, что тот не выдержал.
– И не просите меня отдать Вам свою шапку! Вас и так ко мне приходит слишком много, а шапок у меня мало. Если я буду каждому пациенту выдавать по шапке, то мне свою лысину прикрыть будет нечем!
В этот момент Семён, не говоря ни слова, снял с себя толстовку с капюшоном, и протянул её Богдану, оставшись стоять в одной футболке.