— Да ничего такого. Просто занят, а он не мог отказать маме. Ты ведь знаешь. Поэтому он попросил подменить его и проводить тебя. Разве ты не рада?
— Рада. Конечно. Просто… такое неприятное ощущения, — на выходе выплеснула она и опустила голову, закрыв глаза. Адам сократил между ними расстояние и положил руки на плечи. Девушку словно током ударило от горячих ладоней парня. Она резко поднялась на него глаза.
— Ты боишься?
Девушка только бездумно кивнула, слегка приоткрыв рот. Ладони начала медленно опускаться по рукам девушки.
Это так противно.
— Что ты делаешь?
Но ее вопрос был благополучно пропушен мимо ушей.
— Джесс, я давно хотел тебе сказать… — парень не успел договарить как светловолосая бросилась к нему на шею, обнимать. Сердце внутри у Адама находилось словно в лаве.
— Что с тобой, братик?
— Ты мне нравишься.
***
Темнота. Лишь она могла успокоить Джесс. Ее единственное желание: раствориться в ней, либо быть частью ею. Мглу боятся очень многие, но лишь единица может разглядеть в ней что-то большее.
Она утешала и помогала собраться с мыслями. Каждый раз, когда девушке было плохо, она забивалась в излюбленный, темный угол глубокой ночью и просто смотрела вперед, на дверь. В тот день, когда она узнала, что она подобрана в прямом смысле, Джесс сидела в этом же углу и ожидала прихода мамы. Как же по-детски было надеяться и ждать. Хотелось верить, что советник почувствует ее переживание и боль и прийдет к ней. Но девочка всю ночь просидела на полу, и лишь под утро заснула.
Сегоднявший день был просто ужасным. Наверное, самый тяжелым и переломный в ее жизни. Тишина. Почему она просто не промолчала на предложение Адама. Он был счастлив, как и мама, и Джесс просто не могла разочаровать любимых для нее людей. Каждый страдал по своему, ей же прийдется прожить всю оставшуюся жизнь вместе с Адамом, которым она считала братом.
Стуки сердца слышали только эти стены. Она не могла представить как может оставить ее любимую комнату и переселиться к Адаму. Она не могла представить как будет жить с ним.
Нужно переступить через себя. В мире, где царствует Вспышка, нельзя быть одним. Даже в Пороке враги могли дышать тебе в затылок. Кажется, каждый был врагом друг другу.
Он не предлагал встречаться, просто в один момент взял все в свои руки. Да и не нужно было слов. Они из покон веков были лишь пылью, которые так часто бросали люди в глаза. С ним было одновременно хорошо и дискомфортно. Он обнимал, целовал, выражал свою любовь, когда девушка не делала ничего. Чувствовала себя лицемерной сукой, но ничего не могла с этим поделать.
Она не любила его как мужчину. Он был самым хорошим братом, но ничем более.
Норма вытерла скатившуюся слезу по щеке и сжала кулаки. Она будет сильной. По-другому быть не могло. Любовь закрепляется временем, а она слишком молода, чтобы разобраться в своих чувствах.
Неожиданно идеальную тишину нарушил стук дверь. Девушка немного напряглась. Она никак не могла предположить, кто там может быть. Первой мыслью было, что это Адам, которому очень часто не спалось.
— Открыто, — оповестила Норма и быстро вскачила на ноги. Вместо Адама в комнату вошла мама. Девушка не могла поверить глазам. Неужели она почувствовала ее боль и все это было не детскими надеждами. На уголках глаз тутже поступила новая порция слез, но Норма выдавила из себя горкую улыбку.
Ава бесшумно подошла к девушке и поцеловала лоб. Норма с дрожью выдохнула горячий воздух и прикрыла глаза. Мама вытерла покатившиеся слезы и тепло улыбнулась.
— Почему ты никогда не закрываешь дверь? — Норма нервно хихикнула и прижалась к груди матери, как делала всегда, когда ей было страшно. Ее бугало собственное будущее. Ава не спрашивала, почему девушка раскисла. Ее просто хотело успокоить и поддержать свою дочь.
— Я понимаю тебя, твое волнение. Первое серьезное отношение. Но ты же знаешь, что Адам не даст тебя в обиду. Он любит тебя. Горячо.
Норма открыла глаза и перестала дышать, напрягая каждую клеточку на теле. Сердце в груди ныло от безысходности ситуации.
— Я тоже, мам.
***
Норма деловито развалилась в рабочем кресле и разбирала бумаги, думая про отдельные личности группы А. Билл, на которого она делала все ставки, свихнулся, не смог выдержать того ужаса, что происходило в Лабиринте, не собрал все силы в кулак, зато Минхо, которого не было видно и слышно, проявлял первые лидерские качества. Норма до последнего сомневалась в его способностях, надеясь внутри в скором выздоровлении Билла. Интуиция не могла подвести девушку.
Она держала в руках три досье, облакотившись в спинку кресла, и смотрела в лицо Минхо, Билла и Ньюта. Здоровья последнего ей очень не нравилось. И сейчас идет речь не о физическом, а психическом. Он был уставшим и избитым судьбой. Все эти события в Глэйде могли сломать его. Девушке хотелось забраться ему в голову и узнать о чем так часто думал парень.
Голова была тяжелой. Давно надо было закончить работу, но девушке так не хотелось возвращаться в их совместную с Адамом комнату, которую они обязались называть домом.