Люкс Инферна (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

  Естествоиспытатель попытался прочесть, что написано на документе, но ничего не понял. Там всё было испещрено какими-то жуткими, зловещими иероглифами.

  -Это распорядительное письмо, -пояснил Элигос. -Что тебе не в рай надо, а на Землю.

  -И всё?

  -И всё. А у тебя ещё остались какие-то вопросы?

  -Пожалуй, да... -Андрей застенчиво поёжился, боясь поднять глаза на пристально уставившегося демона. -А можно как-то у вас попросить... Политическое убежище, что ли?

  -Ох-х, -раздосадовано откинулся в кресле Элигос. -Ещё один...

  -А что? Разве уже кто-то был до меня?

  -Послушай, -демон опять наклонился в его сторону, поставил тощие локти на столешницу и сцепил свои длинные пальцы в замок. -Я конечно могу организовать тебе вид на жительство, вот только объясни мне, зачем тебе это? Неужели в мире живых у тебя ничего и никого не осталось? Почему тебя там ничто не держит? Почему ты хочешь добровольно остаться в вечной тюрьме народов?

  Андрей пожал плечами, -а что у меня там есть? По сути, ничего. Всё, что мне там принадлежит, на самом деле не моё. Например, квартира, в которой я живу. Вроде бы моя, с честно погашенной ипотекой. Но если перестать за неё платить, то меня просто выселят. Значит всё-таки она мне не принадлежит. Я её просто пожизненно арендую у кого-то. Или вот машина. Там тоже, страховка, налог... Что-то где-то не заплатил, и нет у тебя машины. То есть, она формально имеется, но пользоваться ею уже нельзя. И это только пара примеров из частной жизни. А в целом? Что творится в мире? Безумие. Всё катится в тартарары. Экономический кризис. Коррупция. Депрессия. Повальная шиза, поглотившая целые сообщества. Мракобесие стало основополагающей идеологией. А что самое главное - полная бессмысленность нашего существования.

  -А ты не думал, что это ошибка? Ну, насчёт бессмысленности. И если вы приходите на Землю, то это неспроста. И не ради тривиального оставления потомства. Поскольку вам, в отличие от остальных биологических организмов, населяющих планету, дан настоящий, полноценный разум. Не для того ли, чтобы вы его использовали? Чтобы осмысляли то, что кажется вам бессмысленным. Вы сами загнали себя в тупик, и теперь стоите в нём, тычась в стену, вместо того, чтобы просто выйти обратно, на спасительную развилку. Наши аналитики просто поражены, насколько оскудел ваш общий интеллектуальный потенциал за последнее время. Вместо развития, вы выбрали деградацию. Но вас же никто не заставлял. Вас никто не принуждал. Всё, что вам надо - это просто включить голову. Осознать то, что творится вокруг вас. Сделать выводы и исправить ситуацию. Это вам под силу. Но нет. Ваш удел - смирение и меланхолия. Взгляни на окружающих тебя людей, живущих ныне. Все они печальны. У всех на лицах отметины хмурой, тревожной задумчивости. И их не радуют никакие блага вашей цивилизации. Даже получив их все, они продолжают грустить. Утопая в роскоши и богатстве, упиваясь властью, позволяя себе всё, что только возможно, люди почему-то всё равно остаются несчастными. Что у нищего, что у богача на лицах одни и те же гримасы неудовлетворённости жизнью. Конечно, 'кому-то суп жидкий, а кому-то жемчуг мелкий', но тем не менее. Суть одна. Радости в жизни нет, даже когда эта жизнь полностью удалась. Не потому ли, что ваши души охлаждает ледяной вихрь, сквозящий из разрыва, образовавшегося между вами? И чем сильнее вы отдаляется друг от друга - тем сильнее друг друга боитесь. Вы сами, собственными руками построили ад на Земле, хотя могли сделать её раем. Не тем раем, что создал Бог, а нормальным, человеческим. Для самих себя. Чтобы вам в нём жилось хорошо и комфортно. Без мучений, как у нас в аду. И без патетики, как на небесах. И тогда, создав этот новый мир, вы бы опять перестали нуждаться в рае и аде. Потому что вся эта метафизика просто перестала бы пользоваться у вас каким-либо спросом. Так неужели вам не хочется самим заняться собственной жизнью, пока вы, собственно, живы? Неужели у вас нет ни малейшего желания хоть как-то изменить свою жизнь? Превратиться из безрассудного стада - в творцов собственного будущего. Когда люди, в большинстве своём, были тёмными необразованными - можно было понять такой подход к жизни и смерти. Но теперь, когда в вашем мире распространена наука, когда вы все получаете образование, когда вокруг вас сплошные доказательства триумфа научного прогресса, почему вы опять, с упорством баранов, возвращаетесь к древним, метафизическим категориям, взращивая совершенно дикий и бесперспективный карго-культ? Вы готовы поверить во что угодно, только не в самих себя! И в результате, единственной вашей целью становится пополнение бесплотного контингента потусторонних миров, которые зациклены сами на себе. Дошло до того, что если раньше вы хотя бы боялись атомной войны, то теперь вы её не только перестали бояться, но и ждёте, как великое избавление. Потому что тогда для вас всё закончится одним махом, быстро и без лишних предсмертных мучений. Карикатурная картинка, с девочкой, глядящей на атомный взрыв, и говорящей 'Ну наконец-то ...' превратилась из прикола - в реальное отражение ваших чувств. Когда Земля сотрясётся от ядерных ударов, вы все успеете произнести одну и ту же фразу 'Ну наконец-то ...' прежде чем превратитесь в ничто. Но разве это правильно? Почему вы - живые, вдруг стали завидовать мёртвым? Объясни мне, Андрей, с чем это связано?

  -Не знаю, -ответил Андрей. -Я - слишком маленький человек. Таким как я, в нашем мире попросту не дают куда-то пробиться. Поскольку все места уже заняты и распределены. Теми, кто сидят у власти. Теми, кто подмяли под себя бизнес и ресурсы. Теми, кто защищают всех этих хозяев жизни. Сильные мира сего не дадут такому как я даже пикнуть. Меня просто раздавят как таракана. Потому что ресурсы ограничены, поделены между сильнейшими. А нам, маленьким людям, приходится подъедать крохи, которые падают с их столов, и драться друг с другом. Потому что дотянуться до ближнего гораздо проще и безопаснее, чем до тех, кто сидят наверху. И мы ненавидим друг друга, потому что отнимаем друг у друга последние радости жизни: работу, модную шмотку, красивую бабу, или богатого мужика, парковочное место. Да что угодно. Мы дошли до того, что готовы за это убивать. И единственная наша отдушина - это бухло, наркота, секс... Да хотя бы просто громкая музыка из автомобильных колонок. Всё, что хоть как-то способно заглушить нашу тоску и безысходность. Какой нам прок от знаний, если их некуда применить? Какая нам выгода от борьбы, если она лишь поменяет местами фигуры на крайней линии шахматной доски, а пешки как были, так и останутся пешками? Какой вообще прок от такой жизни? Если можно просто её закончить, и стать, наконец, кем-то, отличным от нуля. Живущим без страха, без апатии, без зависти, без душевной пустоты, без раздражения, боли, голода, лжи... Без ощущения собственной никчёмности. Миру живых будет только лучше, если в нём станет на одного неудачника меньше.

  Элигос вздохнул, потёр когтями виски. Затем, бесцельно посмотрев на монитор своего компьютера, он полистал документы в папке, сделал там пару пометок, и сказал терпеливо дожидавшемуся Андрею.

  -Как я вижу, мы с тобой говорим на разных языках. Что-ж. Печально. Видимо вы там, на Земле, окончательно поставили на себе крест. Твоё желание остаться в аду неслучайно. Этот новый синдром у нас называется 'Люкс Инферна'. Когда человек, оказавшийся в аду, не хочет из него уходить. Мы не можем отказать тебе в этом желании, но всё же я прошу тебя ещё раз хорошенько подумать. Стоит ли во так, одним махом, расставаться со своим миром раньше положенного срока? Конечно, это уже не классическое самоубийство, а скорее эвтаназия, но тем не менее, дело противоестественное. Человек не должен хоронить себя заживо. После своей смерти, он должен принести с собой сюда, в ад, полный багаж обретённых на Земле знаний и опыта. И чем больше их будет - тем лучше. Поскольку с ними здесь жить гораздо легче и веселее. Не торопи события, Андрей Алигеров. Ад от тебя никуда не денется. А вот ты от ада вполне ещё можешь себя уберечь. Понимаешь, на что я намекаю?

  Андрей пожал плечами.

  -Ступай отсюда, глупец. И не майся дурью, -строго, по-учительски, сказал ему демон. -Лифт в рай вон там, в соседней комнате. Возможно, потом ты скажешь мне спасибо за то, что я тебя отговорил. Иди. Апостол Пётр не любит долго ждать.

  При всём своём нежелании уходить, Андрей почему-то повиновался увещеваниям Элигоса. Возможно, сыграло свою роль желание посмотреть, что из себя представляет рай. Ведь если ад произвёл на него такое впечатление, то уж рай-то непременно должен будет его восхитить. А возможно, это его жажда достигла того момента, когда терпеть её стало невыносимо. Только это неугасимое желание и сподвигло естествоиспытателя покинуть преисподнюю.

  С тяжёлыми мыслями, он прошёл к лифту, поджидавшему его с открытыми дверями. Никаких кнопок в кабине не было. Как только Андрей оказался внутри, двери плавно закрылись, заиграла 'Аве Мария', и кабинка поплыла наверх. Шевеля во рту своим пересохшим языком, путешественник прислонился к задней стенке, и прикрыл глаза. Он чувствовал, как жар отступает, и из вентиляционных решёток, обрамляющих кабинку под потолком, всё сильнее тянет прохладной свежестью, приятно обдающей подгоревшую кожу на лбу.

  Лифт всё поднимался и поднимался. Тяжесть в ногах отступала. Андрей не мог поверить в то, что совсем скоро увидит если не самого Бога, то его ближайшего сподвижника. Но он получил слишком много впечатлений, и устал, поэтому воспринимал это предвкушение совершенно спокойно, без рефлексии.

  Наконец кабинка остановилась, и двери открылись. Но не спереди, как ожидал Андрей, а сзади. Из-за чего он едва не выпал наружу, в последний момент успев сохранить равновесие и удержаться на ногах. Пол в лифте тут же покрылся прохладным туманом, словно на каком-то эстрадном концерте семидесятых годов прошлого столетия. Такой же густой туман покрывал всё вокруг, делая поверхность абсолютно невидимой. Обернувшись, естествоиспытатель вышел из лифта, и прищурился от слепящего света.

  Как же здесь было светло! Свет был буквально повсюду. И невозможно разобрать, где заканчивается земля и начинается небо. По сути, небо было вообще везде.

  Напротив одиноко торчащего столбика лифтовой кабины возвышались циклопических размеров золотые врата, при том что никаких заборов или стен тут не было. Они просто торчали посреди сильно засвеченного пространства, точно монумент. А прямо под ними, у самого основания, темнело что-то мелкое и незначительное. Прикрывая глаза козырьком ладони, Андрей пригляделся, и увидел там, у самого края врат, письменный стол, за которым сидел бородатый человек. Ещё трое людей сидели с противоположного конца врат, на стульях, поставленных в рядок. На фоне титанической конструкции, люди казались едва ли не муравьями.

  Было понятно, что идти нужно туда, и Андрей уверенно направился к вратам. Плешивый человек с нимбом и пышной окладистой бородой, писал что-то в большом журнале, едва помещавшемся на столе. Сомнений не оставалось. Это был апостол Пётр. Остановившись подле его стола, Андрей поздоровался.

  -Шалом, -ответил привратник, не отрываясь от писанины.

  -Я - Андрей, естествоиспытатель.

  -Документы.

  Андрей протянул ему листок, полученный от Элигоса. Пётр небрежно принял его, и принялся изучать. Пока он это делал, Алигеров не вытерпел и спросил. -Простите, мне бы попить чего-нибудь. Умираю от жажды.

  -Там, -не отрываясь от бумаги, указал апостол в сторону стульев с ожидающими посетителями. -Газированный автомат. Только это... У тебя деньги-то есть?

  -А сколько нужно? -спросил Андрей.

  -Ты ведь из России? Значит с тебя будет триста рублей за стаканчик.

  -Так дорого?