Анна попыталась взять из рук девочки плюшевого медвежонка:
– Отдай игрушку тёте.
– Нет, оставьте. Это её медвежонок, – тут же остановила Анну медсестра.
– И что, только это? Других вещей, одежды нет? – Анна продолжала недоуменно посматривать то на девочку, то на медсестру.
– Нет, это всё, – пожала та плечами.
– Ну что, мы пойдём? – Анна двинулась на выход.
– Да, до свидания. Меня просили побыть с ней пока вы придёте, – успела сказать медсестра в закрывающуюся за Анной дверь.
29
Симона проснулась от того, что не могла дышать. Вчера с неё сняли всю одежду и уложили спать в постель к старой, тяжело дышащей женщине. Запахи немытого тела и мочи били в нос и не давали лёгким развернуться. Слабый свет раннего утра проникал в маленькую, вонючую комнату, полностью заставленную старой, истёртой мебелью. Ноги перестали чувствовать. Симона с большим трудом смогла освободить одну, а потом и другую ногу из-под тела женщины, которая во сне навалилась на неё. Девочка встала и осмотрелась. Впритык к кровати стояла раскладушка. В открытую дверь смутно просматривался хлам в коридоре. Симона проползла на четвереньках и, спустившись с торца кровати, остановилась. На ручке двери висело полотенце. Она стянула его и накинула на плечи. В этот момент увидела два любопытных глаза, выглянувших из-под кровати.
– Quel beau chien. (фр. Какой красивый пес).
Симона протянула руку. Пёс доверчиво лизнул её и снова заполз под кровать. Девочка последовала за ним. Под кроватью лежал кусок старого брезента. Пёс улёгся на него. Симона устроилась рядом. Здесь воняло меньше, да и ровное дыхание нового друга, его мягкая шерсть, оказали успокаивающее действие. Симона прижалась, кое-как прикрылась полотенцем и тут же уснула.
Проснулась она от громких криков и ругани. Собаки рядом не было. Девочка осторожно выглянула из своего убежища. Через открытую дверь виднелись мужчина и женщина, которые вчера привезли её в эту комнату. Мужчина громко ругался, а женщина размазывала слезы по лицу. Симона выбралась на свободное пространство и двинулась в направлении людей, очень хотелось в туалет, а горшок вчера ей не дали. Она сделала пару шагов, у неё закружилась голова. Девочка упала на замызганный пол.
Майор Усин грозно сверкал глазами и навис над Анной:
– Как вы могли потерять ребёнка в этой каморке?! Вы мне что здесь сказки-то рассказываете?! Что значит вы спали и не видели, как она ушла?
Анна теребила рукав замызганного халата и горестно всхлипывала:
– Ну говорю же: мы держим дверь в комнату открытой, а то дышать нечем. Она, наверное, и вышла. А спать её уложила вон туда к стене в постель к Кате. Другого места нет.
Майор Усин ещё раз осмотрел небольшую кухню, коридор, заваленный хламом, убогое убранство маленькой комнаты.
– К соседям она не могла зайти?
– Нет, уже всех спросила, – Анна ещё раз всхлипнула.
В этот момент из кухни вышел пёс и тихонько гавкнул. Когда майор увидел на что отреагировала собака, то у него ум за разум зашёл. На маленьком свободном пространстве в центре комнаты лежала голая чумазая Симона. До майора дошло, что вылезла она из-под кровати и потеряла сознание.
– Это ещё что такое?! – майор Усин резко отодвинул Анну, шагнул в комнату и поднял ребёнка на руки. – Что вы с ней сделали? Дайте быстрее что-нибудь завернуть её!
Анна съёжилась, юркнула к шкафу и достала застиранную простыню с обтрёпанными краями. Майор Усин аккуратно обернул ей девочку.
– Быстрее за мной в машину, – он кивнул женщине и выбежал на улицу.
Майор Усин нервно прохаживался по больничному коридору, а Анна сидела на кушетке обхватив голову руками. Майор только вчера привёз девочку и Анну из Москвы, а сегодня утром, придя в квартиру, обнаружил, что ребёнок ночью пропал. А теперь ещё оказывается, что она спала с собакой под кроватью! Но задний ход уже не дашь, вчера были сфабрикованы документы, что Табуновы Виктор и Нелли родные родители девочки. И теперь, не дай Бог с ней что-то случится. Доложить о произошедшем ему всё равно придётся, вот только как это преподнести начальству, чтобы с него голову не сняли. В коридор вышел доктор и пригласил майора Усина и Анну зайти в кабинет к заведующему отделением.
– Девочка очень слаба. Мы сделали необходимые анализы, и могу сказать, что гемоглобин в крови значительно ниже нормы, у неё анемия. И ещё очень низкое давление. Ребёнку нужен уход и хорошее питание, иначе она погибнет. Это не шутки, – врач недовольно посмотрел на майора. – К тому же девочка грязная и от неё исходит затхлый запах. Я обязан подать рапорт о её состоянии в милицию, но не стал этого делать. Надеюсь, вы обеспечите ей надлежащий уход? – врач вопросительно посмотрел на майора Усина.
– Да, именно этим и занимаюсь, – майор слегка кивнул в ответ. – Девочку можно забрать домой или ей придётся остаться в госпитале?
– Лучше будет, если она останется здесь. Мы за ней ещё понаблюдаем, покапаем лекарство. Думаю, лучше оставить её на два-три дня.
Врач обратился, нахмурившись, в Анне:
– Вы её бабушка? Вы можете остаться с ней?
Анна вынырнула из задумчивости и вопросительно посмотрела на майора Усина.