Грани миров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Когда я снова смог спокойно передвигаться по дому, то при помощи пуделя, я терпя боль, прикасался к псу и становился на мгновение видимым для жены. Таким способом, я пытался показать жене, что я рядом с ней, и ей не нужно меня бояться. Жена при моём неожиданном появлении перед ней, вздрагивала, крестилась и тут же убегала. Испуг жены, странным образом согревал меня, а жена после нашей встречи, иногда бежала в церковь и приводила священника, вынуждая меня на короткое время покидать дом. Когда в очередной раз, после прихода батюшки, мне пришлось вновь покинуть дом, для того чтобы дождаться, когда выветрится из комнат дома, запах дыма от церковного ладана. Вот и в этот раз, оказавшись во дворе и постояв некоторое время в раздумье, я пошёл побродить по посёлку. Поначалу я проникал в дома и просто смотрел, как живут люди, но это мне быстро надоело. Потом нашёл новое развлечение для себя, закрывал глаза и шёл прямо, проходя сквозь стены домов, останавливался и пытался угадать, в доме я нахожусь или нет? При жизни, я как то даже не мог подумать, что бездельничать будет так тяжело и невыносимо. Мне теперь не надо было думать о том, что покушать или бояться проспать на работу. Но вот когда пропала надобность спать и просыпаться на работу, я по утрам всё равно выходил на улицу и смотрел как просыпается людская жизнь. Вот так же выйдя в очередной раз, рано утром на улицу, я увидел в начале улице полицейского верхом на моём коне. Своего коня я узнал сразу, а вот всадника узнал не сразу. К дому подъехал мой бывший напарник. Савелий спрыгнул с коня и привязав уздечку коня, к специальной жерди, поправив китель офицера полиции, направился к дверям моего дома. За эти несколько дней, я даже не вспомнил и не попытался узнать, что стало с моим конём, после гибели его хозяина. Поэтому, чувствуя свою вину перед животным, я подошёл к коню и попытался его погладить. Протянул руку к морде коня, но не успел дотронутся до него, конь испуганно мотнул головой и стал пытаться отойти от меня, но привязанная уздечка не дала ему это сделать. Пока я стоял в растерянности возле коня, в это время, верхом на лошадях, к моему дому подъехали ещё несколько полицейских, они спешились и привязав уздечки своих лошадей, к той же жерди, к которой был привязан и мой конь. К приехавшим полицейским, из дома вышел мой бывший напарник Савелий и стал что то объяснять своим коллегам. Пока Савелий разговаривал с полицейскими, к дому пришли ещё женщины, неся в руках продукты, они остановились около Савелия. В это время из дома вышла моя жена, на голове у неё был повязан платок из чёрной материи. Она подошла к стоявшим около Савелия людям, о чём то с ними поговорила и они все прошли в дом. Я решил узнать, причину по которой ко мне домой пришли люди, зайдя в дом, я понял причину, по которой в моём доме посторонние люди. Они пришли помочь моей жене, а точнее молодой вдове, приготовить поминальный обед. А я даже и не заметил, что после гибели капитана полиции, прошло уже девять дней. Ближе к полудню, в доме стало уже многолюдно, в гостевой комнате, а это самая большая комната, мои бывшие коллеги, установили столы в два ряда, сколоченные ими из досок. Столы накрыли скатертями и женщины расставляли на них еду. Мне конечно интересно было бы услышать, что будут говорить обо мне, мои друзья и знакомые, но то что я не слышал звуки, лишали меня возможности услышать о себе мнение людей. На краю стола, стояла моя фотография, а возле фотографии стакан наполненный прозрачной жидкостью.

–Интересно водка или самогон? Подумал я и наклонился понюхать содержимое стакана, забыв о том что запахи для меня того мира, изменили свои свойства в моём мире. Я попытался вдохнуть воздух, склонившись над стаканом стоящим на столе, но из этого у меня нечего не получилось, я не смог вдохнуть воздух.

–А как же я смог потушить свечи? Впервые за эти девять дней, я обратил внимание, на то, что теперь мне и дышать не нужно, как впрочем, кушать и спать. Я попробовал подуть на свечу, горевшею возле моей фотографии, попытка потушить огонёк свечи, оказалась неудачной. Вспомнив о том случае, когда на расплавленном воске от свечей, остались отпечатки моих ладоней, я решил попробовать ещё раз накрыть ладонью горящий огонёк свечи. Держа свою ладонь над огоньком свечи, намереваясь опустить руку на свечу, в это время я с удивлением услышал голос своей тёщи. От неожиданности я так и замер, держа ладонь над горящей свечой.

–Можно уже людей сажать за столы, услышал я голос моей тёщи. В комнату стали заходить люди и рассаживаться за столом, я слышал как вошедшие тихим голосом разговаривают, я стоял, боясь пошевелится, чтобы вдруг для меня не исчезли звуки. Но вот когда стали поминать покойного, то есть меня, я не выдержал и покинул комнату. Мне самому стало очень жаль до слёз, погибшего капитана полиции от рук бандита, но себя я не считал погибшим, потому что я знал, что погибло только моё тело там, в том мире, а в этом мире моё тело при мне, как и все мои привычки и знания. Но через некоторое время выяснилось так же неожиданно, что не все что я умел в том мире, переместилось вместе со мной в этот мир. Я перестал понимать буквы, как их правильно нужно произносить. Это при неприятнейшее открытие для себя, я сделал, когда хотел прочитать статью в газете, стоя за спиной мужчины, читающего газету. Я видел буквы, но не понимал их смысла. Побродив ещё некоторое время по хутору, я решил вернуться в дом, надеясь, что люди поминавшие погибшего капитана полиции, разошлись уже по своим домам. Я зашёл в комнату, когда моя жена только открыла окно, чтобы проветрить комнату, в которой прошёл поминальный обед. Открыв окно, жена стояла возле окна, обняв себя за плечи. Красноватые лучи осеннего солнечного, заката попадали на оконное стекло, в котором отражалось отражение любимой женщины, которая обняла себя за плечи и о чём-то думала, склонив голову на своё плечо. Я подошёл сзади к супруге и положил свои руки на её плечи, но тепла и женского тела, я не чувствовал. Я посмотрел на стекло окна, в лучах красноватого заката осеннего солнца, на оконном стекле было отражение, стоящей женщины, которая обнимала свои плечи, а позади неё стоял офицер полиции, который укрыл своими ладонями, ладони любимой женщины. Наши взгляды встретились в красноватом отражении на стекле, жена вздрогнула и быстро оглянулась, но её взгляд проскользнул мимо меня. Не увидев меня, жена повернула голову к открытой оконной раме и стала смотреть на наше с ней отражение. Так же смотря на наше отражение, жена склонила свою голову на мою руку, слеза потекла по щеке супруги и оторвавшись от щеки, прошла сквозь мою ладонь. Так мы стояли, боясь пошевелится, но даже продолжительность жизни нашего отражения в том мире, тоже зависела от набора как бы случайных стечений обстоятельств природы, единственное облако на вечернем небосводе, закрыло лучи вечернего заката. Наше отражение на стекле исчезло, жена подошла к окну, прижалась лбом к стеклу, где мгновение назад ещё было наше отражение, плечи её затряслись от плача, а по оконному стеклу, побежали капельки женских слёз, оставляя за собой неровные полоски на поверхности стекла. Смотреть на плачущую любимую женщину, стоя в стороне, это было выше моих сил, забывшись я обнял жену, но руки свободно прошли сквозь силуэт любимого человека. Я в растерянности по привычке хотел сесть на подоконник, моё тело, а точнее то место у человека, которым садятся на что-либо, так же не почувствовало твёрдость подоконника и я попросту выпал из дома, при этом упав спиной на землю, при этом не почувствовав и боли от падения. Произошедшее, вновь жестоко напомнило мне, что я выпал не только из окна, но и из того мира.

–Ну почему же я так пока и не встретил ни одного человека, который тоже умер? Думал я лёжа на спине возле дома.

–Надо в церковь сходить, неожиданно подумал я для себя и поднявшись с земли, пошёл в сторону церкви. Дойдя до церкви, я остановился в замешательстве, не решаясь зайти вовнутрь помещения, помня о благовониях присутствующих в самой церкви и не зная как они теперь могут подействовать на меня.

–Ну вообще-то церковь, это храм для живых, а я для них уже не являюсь таковым, поэтому я наверное зря сюда пришёл, мысленно оправдал я свою нерешительность, зайти во внутрь церкви.

–Тогда пойду на кладбище, может быть там получу, хоть какую ни будь информацию об этом мире, решил я и направился за хутор, в сторону кладбища. Придя на кладбище, я долго бродил среди могил, в которых лежали останки человеческих тел. Но моё тело тоже сейчас лежит в земле, а я хожу рядом, так кто или что лежит в земле? Думал я и не мог придумать подходящего ответа. Я остановился около свежего земляного холма, под которым лежало тело человека, которым совсем недавно был я. В нерешительности, я остановился около земляного холма и снова задумался.

–Моё тело, теперь предано земле, через определённое время оно превратится в прах. То есть у меня нет больше никаких шансов, снова быть во плоти, поцеловать жену, обнять и взять на руки своих детей. Но почему я тогда остался один? Думал я, стоя возле земляного холмика и не находил объяснений. Не задумываясь, я сел на земляной бугор, мне показалось, что от земли идёт тепло, я лёг на спину, и в самом деле почувствовал тепло, которое согревало меня изнутри. Закрыл глаза, мне казалось, что я стал медленно опускаться вниз, чем глубже я погружался в землю, тем теплее и комфортнее мне становилось. Впервые за всё время, после гибели тела, меня окружила приятная тьма и ощущение тепла. Но через некоторое время, какая то сила меня начала выталкивать на поверхность. Как будто я нырнул в воду и достигнув определенной глубины, когда плотность воды выталкивает пловца на поверхность. Темнота растворилась, я открыл глаза и увидел, что я лежу на белом снегу.

–Интересно, а сколько времени уже прошло? Подумал я, с удивлением смотря по сторонам, всё вокруг утопало в белоснежном покрове. Несмотря на то что на земле лежал толстый слой снега, я не чувствовал холода, но почему то сразу подумал о том как там сейчас живёт теперь без меня, моя жена в доме? Зимой печи дома, топил я сам, у жены не всегда получалось самой, правильно заложить дрова в печь, если меня не было дома сутки или более, из за моей работы, то при моём возвращении, мне приходилось брать под свой контроль топку печей, даже когда валился с ног от усталости. Когда я подошёл к дому, то первое что бросилось в глаза, то это двор утопающий в снегу, в котором была проторена тропинка от калитки до крыльца дома. Зайдя домой и поднявшись на второй этаж, в гостиной я увидел сидевшую за столом свою жену, на плечах у неё был накинут пуховой платок. Жена облокотившись на стол, сидела перед фотографией, на которой мы сфотографировались с моим напарником, за неделю до того рокового дня, который разделил мою жизнь на до этого и после этого. Я встал перед столом и просто смотрел, как из красивых глаз, любимой женщины текут слёзы, а она сидит и даже не замечает, что на столе уже появилась небольшая лужица из женских слёз. Я попытался пальцем стереть очередную слезинку, покатившеюся вниз по щеке любимой женщины, но не смог. Так же я не смог далее смотреть как плачет любимый человек, я развернулся и покинул дом. Я стал не видим для их мира, точно так же их мир стал для меня не доступен. Мне больше ничего не хотелось видеть, я снова пошёл на кладбище, чтобы укрыться от него в тёплой темноте. Видеть мир, который словно зеркальное отражение на поверхности воды, до которого ты можешь только лишь дотронуться, а сам не можешь попасть в картину отражённую на поверхности воды, мне уже не хотелось. Придя на кладбище, я как и в первый раз сел на земляной бугор и испытал уже знакомое чувство погружения. Но через определённое время, неведомая сила снова стала выталкивать меня, с этого тёмного и уютного моего пристанища. Я не стал сопротивляться и вновь оказался в мире живых. Земля была покрыта толстым слоем снега и меня поначалу забавляло передвигаться по снегу, не оставляя на нём следов. Когда я "нырял" в сугроб, то это было похоже на плотный туман, так забавляясь, я не осознанно оказался перед домом, в котором прошла большая часть моей жизни в оставленном мире. Дом по-прежнему стоял на своём месте, но что-то уже было не так. Закрытую дверь я преодолел сравнительно быстро и мне стало ясно, что вызвало у меня тревогу, мебель в доме стояла уже чужая. Я ходил по дому и не находил знакомых мне предметов. Дальнейшее нахождение в этом здании стало для меня невыносимо. Я возвращался в этот дом, чтобы посмотреть на любимую жену, детей, теперь навряд ли они переступят порог этого дома, я шагнул в оконный проём. Окно находилось над глубоким сугробом и я долго продвигался в "тумане", когда я выбрался на поверхность снега, для меня уже было ясно где я буду ждать когда что либо изменится в моём положении. Я уверенно направился в сторону кладбища, не обращая внимания на окружающий меня мир, в который я решил больше не появляться. Я снова испытал знакомое ощущение тепла и меня окутала приятная тьма.

Неудача.

Когда меня неведомая сила снова стала упрямо выталкивать наверх, мне очень не хотелось покидать тёплую темноту и я воспротивился. Это было похоже на погружение в воду, и я стал стараться "нырнуть как можно поглубже". Впервые после моей смертельной встречи с грабителем на крыше вагона, моё тело стало ощущать давление. Чем больше усилий я прилагал, тем сильнее было давление на моё тело. Неведомая сила пыталась выдавить меня наверх, я же наоборот прилагал немалые усилия, чтобы остаться в тёплой темноте. В кромешной темноте, я как пловец-ныряльщик за жемчугом, упрямо старался достичь дна. Скорее всего, мне всё же это удалось, потому что меня понесло не вверх, а куда-то в сторону. Неожиданно давление на моё тело ослабло, меня перестало куда-либо тянуть, меня просто окутала невидимая оболочка, находясь в которой, я впервые за всё время испытал что-то похожее на сон. В том сне, который мне смутно запомнился, я от чего-то отказывался. Когда же я снова увидел окружающий меня мир, то в этом мире я видел окружающее совсем по-другому, чем раньше. Сам я находился, в какой то мягкой и тёплой субстанции, которая приятным теплом окутывала меня со всех сторон. Окружавшее меня пространство, я видел словно чужими глазами. Я тогда ещё не мог понять, что со мной произошло и где я нахожусь. Выйти из пространства окружавшего меня я не мог. Через некоторое время я стал слышать голоса и мне стало понятно моё местонахождение. Я был "окутан" мягким и плотным новым телом, которому предстояло в скором времени появится на свет. Как я попал в это тело, я не знал, да я и не задумывался, мне было хорошо и спокойно. В скором времени у меня стало получаться управлять этим телом и я стал чаще испытывать на прочность все, что меня окружало. Но стоило лишь немного пошевелиться, как тут же меня окружало приятное тепло и я больше не тратил энергии на движение. Звуки и голоса, доносившееся извне, меня не очень интересовали. Мне становилось всё теснее и теснее в окружавшем меня пространстве. Мне не терпелось снова появится в этом мире живых, да ещё и в новом теле. День появления малыша на свет, настал в дороге, когда две женщины, мать и дочь в поисках лучшей жизни залезли в товарный вагон и на второй день их путешествия, женщинам стало ясно, что ребёнок родится в пути, да ещё и в товарном вагоне. По закону Бога-Природы, женщине отпущено всего лишь девять месяцев носить в себе плод ребёнка. По истечении этого срока, она будет вознаграждена за боль, которую она перенесёт при появлении младенца. Наверное, поэтому, первые слова МАМА, которые произносит ребёнок, обращены к женщине, которая окружила его материнской любовью. Старшая женщина уговаривала молодую женщину отказаться от ребёнка, но дочь упрямо старалась убедить свою мать, что она сама сможет воспитать своего ребёнка. Не известно сколь долго бы они решали этот вопрос, но Закон природы, внёс свои коррективы в их спор – у молодой женщины начались схватки. Старшая женщина не растерявшись и без лишней суеты, стала быстро готовится, принять ребёнка у своей дочери. Грохот вагонных колёс заглушил стоны матери при появлении малыша, но первый. крик новорождённого был намного громче перестука вагонных колёс, на стыках железнодорожных рельс. Пожилая женщина прижала новорождённого к груди, перерезав пуповину последнею нить соединявшею мать с ребёнком, потом стала медленно пятится к приоткрытой вагонной створке. Молодая женщина, лежавшая с закрытыми глазами, словно сердцем почуяла, нехорошее намерение свое матери. Открыв глаза, она с ужасом увидела свою мать, державшею младенца в своих руках, возле приоткрытой дверной створки вагона. Новорождённый малыш, неосознанно повернул маленькую головку и не плача, смотрел на молодую женщину, которая то и была ему матерью на этом свете, всего лишь несколько минут. Мать! К которой он даже не успел прикоснулся, за совсем короткое время его жизни. Словно всё понимая, малыш, не плача смотрел широко открытыми глазами, как молодая мама с криком:

–Мама не делай этого! Собрав все свои силы, спешит предотвратить намерение. пожилой женщины, но пожилая женщина со словами – он сломает тебе всю жизнь, швырнула ребёнка в приоткрытую створку двери вагона. Когда я пришёл в себя, от потрясения увиденного сна. За всё время которое прошло после гибели полицейского, это было первое, хоть и очень кошмарное что-то, но всё же похожее на сновидение. Меня больше не окутывала никакая оболочка, я так же уже не ощущал никакого давления на своё тело, открыв глаза, я не увидел знакомой местности, которая прилегала к кладбищу. Я с удивлением увидел, что нахожусь возле железнодорожного полотна, а виднейшее на большом расстоянии от моего местонахождения село, было намного больше моего хутора, из которого я последний раз ушёл. Я решил посмотреть, что это за село? Но когда я направился в сторону села, то через небольшое расстояние, я испытал уже знакомое чувство в затруднении перемещения. Не понимая, что меня держит, я вернулся к месту, с которого я направился в сторону села. Стал внимательнее осматривать высокую траву, растущею вдоль железной дороги, неожиданно я увидел бездыханное тело младенца, которое лежало, безжизненно раскинув маленькие ручонки, уткнувшись личиком в траву.

–Значит это был не сон? В растерянности думал я, стоя возле бездыханного маленького тела. Помня, что определённое время я не мог далеко уйти от своего тела, пока его не предали земле. А в этом месте, люди редко ходят, если судить по густой не утоптанной траве, то мне придётся долго ждать, когда кто ни будь обнаружит место, на котором окончился короткий отрезок жизненного пути маленького человека. Я на сколько смог, удалился от места, где лежало тело, закрыв глаза, примостился на откос насыпи железной дороги. Я не слышал грохота проносившихся мимо железнодорожных составов, я просто не знал, что мне теперь делать дальше. За всё время моего пребывания на земле в таком состоянии, я так и не смог научится ориентироваться во времени. Прошло наверное несколько дней, пока я не почувствовал, что рядом кто-то есть, открыл глаза, я увидел что неподалёку от тела, двое пожилых людей косили траву. Только ближе к вечеру, женщина заметив мёртвого младенца, позвала мужчину. Мужчина, посмотрев на младенца, пошёл к телеге и вернулся с большим отрезом тряпичной материи, в которое они завернули маленькое тело. Потом выкопав в земле небольшое углубление, они закопали завёрнутое тело, после чего, мужчина при помощи небольшой верёвки и веток, сделал крест, который воткнул в свежий, земляной бугорок. После этого, он что-то сказал женщине, они сели на телегу, тронулись вдоль железной дороги в сторону села. Я смотрел им в след и когда телега вместе с пассажирами растворилась в дали, мне стало совсем одиноко. Все мои познания "о жизни на том свете", которые я знал из прочитанного и услышанного, совсем не соответствовали действительности. Может я всё-таки неправильно умер? эта мысль не давала мне покоя. Потом я решил сделать как и ранее, встать на могилу. Встав на земляной холмик, я вновь ощутил знакомое чувство погружения, но приятного тепла не было. Я лишь чувствовал дискомфорт и с трудом вернулся назад. Выбравшись на поверхность, сев на свежий земляной холмик, я задумался.

–Выходит так! стал рассуждать я.

–Если я умер? Душа покинув тело, должна попасть на тот свет, но где же тогда тот свет? Если я уже на том свете! То опять же отсутствует Архангел, который согласно церковному писанию должен меня сопроводить пред очи Господни. А может я всё таки должен лететь туда сам? Неожиданно осенила меня мысль, после того как я вспомнил изображения святых на стенах церкви. Я обернулся в надежде увидеть у себя за спиной крылья, но не увидев их, пощупал руками воздух над головой, но святой нимб тоже отсутствовал. Я долго думал и не мог прийти ни к какому решению, в конце концов, я наверное нахожусь всё же ещё пока на земле, в мире живых, а чтобы подняться на небеса, нужны крылья, а так как крыльев нет, придётся ходить пешком, пока крылья не появятся, к такому выводу пришёл я. Я направился в сторону видневшегося вдали села. Когда я оказался на окраине села, был наверное уже полдень. На улице возле одного дома стояла большая толпа народа и по траурным платкам на головах женщин, я понял, что у кого-то горе. Вскоре из дома вынесли гроб, в котором лежало тело молодой девушки, гроб с телом, поставили на табуретки, я подошёл к телу девушки и протянул руку. Рука свободно погрузилась в тело покойницы, как в зеркальное отражение на воде.

–Ну почему я вижу только тело, а душу нет? Растерянно думал я отходя от гроба. Звуков я по-прежнему не слышал, но по виду плачущих женщин, мне было ясно, что улица в этот момент была отнюдь не безмолвна. Похоронная колона медленно прошла мимо меня, я надеялся что увижу душу умершей и был сильно озадачен её отсутствием. Не увидев ожидаемого, я направился к лавочке, что стояла возле забора и удивился, поперечная доска, на которую я хотел примостится, была мне почти по грудь, я стал с интересом осматривать себя, насколько смог. После тщательного осмотра своего вида, я не мог понять, что со мной вообще произошло. Я помнил себя взрослым, а тут я как пятилетний ребёнок, в накинутом белом балахоне, очень похожим на большое полотенце, в которое завернул мужик мёртвого младенца. Я взобрался на деревянную лавку и лёг на спину.

–Вроде бы погибаю уже второй раз, но всё равно остаюсь на земле, среди живых, думал я глядя на безоблачное небо.

–Если погибшие остаются на земле, то где же их души? Я ведь так и не встретил душу девушки, тело которой только что пронесли мимо меня, в недоумении думал я.

–А может я не смог подняться на небеса, только потому что в обоих случаях я падал на землю, решил я, не найдя пока другого для себя объяснения, причины по которой я остался один в мире живых. Лёжа на лавке, я стал вспоминать прошлое время, стараясь вспомнить или понять, когда у меня заменилось не только моё тело, а так же и о том где я приобрёл такую одежду? Вспомнив мужчину завернувшего младенца в полотенце, я решил, что каким то образом ткань перенеслась и на меня. Я попробовал снять ткань с тела, она легко снялась, после чего я вновь обернул ей своё тело. Я так и не смог вспомнить нечего кроме последних минут моей короткой жизни в теле младенца. Потом я стал представлять, что если бы я остался живым и как бы меня ласкала мать, укладывая спать. Я так размечтался, что даже не сразу обратил внимание на прикосновение руки к моей голове, посчитав что это прикосновение мне просто мерещится.

–Такого маленького оставили одного на улице! Неожиданно услышал я рядом с собой удивлённый голос. Меня словно ударило током, я сделал попытку резко встать, от чего увяз в деревянной скамейке. А девушке наверное показалось, что я падаю со скамейки на которой я лежал, она меня ловко подхватила на свои руки, даже не обратив внимания, на то что её руки прошли сквозь лавочку.

–Ты чуть не упал, сообщила мне девушка, опуская меня на землю. Оправившись через некоторое время от потрясения, а может даже от испуга, я посмотрел на виновника моего потрясения. Возле меня стояла молодая и красивая девушка, очень похожая на ту девушку, которую я видел в гробу. Но её двойник, стояла напротив меня и счастливо улыбаясь, глядя на меня, что-то неразборчиво и быстро тараторила. От неожиданности произошедшего, мне очень трудно было понять, что говорит мне девушка, да ещё так быстро. Я попроси девушку немного помолчать, но и сам замолчал от неожиданности, услышав свой голос, которым я попросил её замолчать. Я привык, что при жизни у меня был густой бас, а теперь был детский писк и я подавленный таким звучанием моего голоса умолк. А девушка, посмотрев на моё недоумённое лицо, снова рассмеялась.

–Ты можешь хоть немного помолчать? Спросил я, в ответ она снова залилась звонким смехом, и с трудом сквозь смех произнесла:

–Такой маленький, а уже такой сердитый. Её слова о моём возрасте, меня возмутили и я сказал, что мне уже пятый десяток лет. Девушка, перестав смеяться, закрыла ладонями свой рот и, сделав серьёзное лицо, отступив шаг назад, с серьёзным видом смерила меня взглядом и сказала, что пятый годок мне больше подходит, чем пятый десяток и мне в уши вновь ударил её беззаботный смех. Я уже собрался возмутится и напомнить молодой девушке, как подобает ей вести себя со старшими, но вспомнив как я выгляжу сейчас в самом деле, я тоже рассмеялся. Вскоре девушка перестала смеяться и спросила, чей я?

–Ни чей, ответил я.

–А где твои родители? Спросила меня девушка.

–У меня давно уже нет родителей, ответил я.

–Сирота что ли? С жалостью в голосе спросила девушка.

–Да не сирота я! Возразил я девушке и забыв о том как я сейчас выгляжу, ответил что мои родители умерли ещё до моей женитьбы. Услышав такой ответ, она с серьёзным видом смерила меня взглядом.

–А дети у вас были? Был следующий вопрос.