Наследники лаборанта Синявина (Рисунки Г. Валька): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты что вздумал? — строго спросил Сергей. — Вешай обратно, пока не увидела мама!

— Да я так только… интересуюсь — смущенно пролепетал Валя, что-то торопливо пряча в карман.

— А в кармане что? — спросил Сергей.

— Ничего особенного. Перочинный ножик… Тут вот на обратной стороне имеется год, месяц и число… одним словом, дата. Только она очень грязная. От мух, что ли… Так я хотел ножичком немного…

Сергей отнял портрет и, водворив его на место, строго приказал больше к нему не прикасаться. Он прочел брату наставительную лекцию о том, что «пора взяться за ум и заинтересоваться чем-либо более существенным… В общем, заключил он, — чего ты прицепился к покойнику? Кому это нужно!» Но Валя и не подумал отказаться от своих исторических исследований.

«Как же добыть новые сведения об Александре Пафнутьевиче? — размышлял он. — Неужели ничего другого кроме того, что уже известно, не удастся узнать?»

А известно Вале было немного. Александр Пафнутьевич Синявин, родом из крестьян, умелец и самоучка, служил в свое время в Московском университете лаборантом при физическом кабинете. Это было давно, когда в университете читал лекции знаменитый русский ученый Столетов, открывший миру явления фотоэффекта, благодаря чему впоследствии стало возможным изобретение звукового кино, телевидения, сложных самоуправляемых электрических автоматов и многих других замечательных устройств.

Вместе со Столетовым в то время в университете работал его друг и помощник, не менее знаменитый Иваи Филиппович Усагин, изобретатель трансформатора, без которого теперь не обходится ни одна дальняя электропередача и ни один совершенный электрический прибор.

Александр Пафнутьевич был близко знаком с этими знаменитыми людьми и помогал им в работе. Кроме того, он работал и самостоятельно над каким-то изобретением в области электричества.

Но вот на тридцать восьмом году жизни с ним приключилось несчастье. В физических классах университета произошел взрыв. Александр Пафнутьевич был ранен и попал в больницу. Причины взрыва так и остались невыясненными.

Александр Пафнутьевич обладал очень крепким здоровьем, и уже через неделю он настолько поправился, что потребовал выписки из больницы. Врачи отнеслись к требованию больного не слишком доброжелательно. Они посоветовали ему немного подождать. Но Александр Пафнутьевич настаивал на своем и пообещал, прежде чем пойти на службу, полежать некоторое время дома.

Неизвестно, оттого ли, что Александр Пафнутьевич не послушался совета врачей, или по другой причине, но скончался он так скоропостижно, что его жена, женщина очень религиозная, не успела даже пригласить священника для совершения обряда причастия. Он умер за письменным столом, сразу, как только уселся работать, еще не успев разложить перед собой нужные бумаги. Случилось это ровно через пягь дней после выхода из больницы.

Вот почти все, что было известно в семье Синявиных об Александре Пафнутьевиче.

Правда, еще и сейчас была жива младшая дочь Александра Пафнутьевича, Полина Александровна, по мужу Чиликина, но узнать у нее какие-либо новые подробности о работе ее отца было совершенно невозможпо. Ей перевалило за девяносто лет, она очень плохо слышала и разговаривала мало.

Валя очень любил бабушку полю и нередко навещал ее на даче, где она жила безвыездно много лет.

С некоторых пор Валю одолевала одна навязчивая мысль: ему казалось, что письменный стол с точеными, пузатыми ножками, тот самый, за которым Александр Пафнутьевич изображен на портрете, он как будто бы где-то видел… вероятно, очень давно, когда был совсем маленьким. Может быть, на даче у бабушки Полины? У нее много старинной мебели, среди которой есть и вещи, ранее принадлежавшие ее отцу. Но куда же девался этот стол теперь? Почему его не видно на даче? Непонятно…

И вот в одно из воскресений Валя направился в гости к бабушке, чтобы разрешить интересовавший его вопрос.

Пришлось приложить немало усилий для того, чтобы старушка наконец поняла, что от нее требуется.

— Он, милый мой, сломался! — сказала она — Ножка у него отвалилась. А у нас, как видишь, тесно… так вот и я говорю, что он давно уже в сарае лежит. Антиквары разные сколько раз за ним приходили, да я не продала. Жалко…

— А можно на него посмотреть? — прокричал Валя над самым ухом старушки.

— Конечно, возьми его, милый, к себе! Так и передай маме: пусть присылает за столиком хоть завтра…

Валя принялся объяснять, что письменный стол у него с братом есть, очень хороший, но ему просто интересно взглянуть на предмет, старинная фотография которого висела возле его кровати.

— Вот-вот! И я так думаю продолжала старушка. — Поставите рядом с кроватью… Исправить ножку вы и сами с Сергеем сможете… А так столик очень хороший… старинная работа…

— Я говорю, бабушка, что столик нам не нужен! — повторил Валя.

— Вот и хорошо! — обрадовалась старушка. — Так я и знала, что вы рукодельные! В моего покойного отца пошли. Он очень любил сам мастерить… Каких только инструментов у него не было! И столярные и слесарные… А этот самый письменный стол он как купил, так сразу давай что-то в нем переделывать по-своему. Какие-то ящички мастерил, перегородки… А если вам некогда его чинить, то я и сама приглашу столяра…

Последние слова, произнесенные бабушкой, имели большое значение в событии, последовавшем в этот же день. Но во время разговора Валя не обратил на них никакого внимания. Он побежал в сарай, чтобы осмотреть стол. Василиса Егоровна, домработница, много лет живущая у бабушки, проводила Валю. Открывая скрипучие двери сарая, Василиса Егоровна сказала:

— Если этот стол да отремонтировать как следует, то его тебе на всю жизнь хватит… Смотри только не испачкайся.

Среди зимних оконных рам, разных ящиков и прочих предметов, какие очень часто можно встретить в сарае, Валя наконец увидел стол и не сразу его узнал. На нем лежал совершенно изодранный овчинный полушубок, подол которого свисал вниз, к самому полу. Рядом с овчиной на столе Валялись всевозможные склянки и банки, а также гитара с оторванным грифом. Все это было покрыто изрядным слоем пыли.

При первом же прикосновении стол пошатнулся и с треском повалился набок. Оказывается, Валя нечаянно задел коленом деревянную доску, служившую подставкой вместо сломанной ножки. С грохотом полетела на пол вся стеклянная посуда.

От стола отскочила какая-то рейка, которую Валя тут же поднял с пола и прислонил к стене. С большим трудом ему удалось снова подпереть стол доской, так, чтобы он принял правильное положение.