— Спасибо, господин капитан. Я могу выбросить упаковки в тот же утилизатор или отнести на кухню?
— Конечно выброси. — Произнёс капитан Лет и резко поднявшись, шагнул к выходу…
Капитан Лет несколько раз нажал на клавишу опускания трапа, но ни никакой реакции не последовало, хотя терминал исправно проводил анализ внешней среды и вспыхивал зелёным цветом, показывая, что атмосфера снаружи не агрессивна и тут же гас.
Состроив гримасу недоумения, капитан Лет отвернулся от панели управления трапом и посмотрев на юношу, дёрнул плечами и подойдя к тому месту стены ангара, где находился люк трапа, высвободил своё поле и разбросил его по стене — никаких энергополей перед ним не чувствовалось.
Хаара! Капитан Лет вернул своё поле. Теперь понятно, почему мать с сыном не могли выйти из корабля. Но кто это сделал: эллы или эллоты? Какая разница. Его губы вытянулись в молчаливой усмешке. Что они могли сделать? Пережечь схемы управления? Если не ошибаюсь, они где-то в одном из хельпов ангара. Он направился к одной из дверей ангара.
Одна из ячеек щита управления энергосистемами была отключена. Капитан Лет бестолково нажимал всё подряд на ячейке, пытаясь оживить её, но все её индикаторы лишь молча взирали на него своими чёрными глазницами-экранами.
С гримасой досады на лице, он вышел в ангар и закрутил головой, пытаясь определиться, куда направиться дальше.
Стыковочный узел. Вдруг всплыла у него догадка.
Развернувшись, он направился к ещё одной двери ангара. Подойдя, он приложил руку к пластинке около двери, но никакой реакции не последовало — дверь осталась на месте. Он даже не стал пользоваться своим полем, а повернувшись, направился к межуровневой лестнице.
Гитты же восстановили верхний стыковочный узел. Он должен работать. Размышлял он, шагая через ступеньку лестницы. Если только каким-то образом не заклинить механизм запирания. Но знали те, кто сжёг системы управления выхода об этом? Проще некуда — пережёг энергоцепи и проблема решена. Это можно сделать даже не поднимаясь на борт, что скорее всего, они и сделали. Для заклинивания нужна физическая сила. Есть она у хранителей? Сомневаюсь. Капитан Лет непроизвольно покрутил головой. Хотя, они ведь могут принять образ кого угодно. Но будет этот образ реален? Он непроизвольно дёрнул плечами. Но знали они дифферент? Сомневаюсь. Но если его трап был поднят и в креслах находились горелые гитты, значит на его борт они не поднимались. Опять магнитный луч? Опасались, что корабль уйдет и экипаж расскажет своей цивилизации о произошедшем здесь? Полнейшая нелепость.
Капитан Лет вдруг осознал, что стоит. Подняв брови, он покрутил головой — перед ним была вертикальная лестница, ведущая вверх. Он оглянулся, юноша стоял за ним, но по тому, что он дышал глубоко и шумно, капитан Лет понял, что молодому человеку не просто дались быстрые шаги по межуровневой лестнице. Отвернувшись, он взялся за лестницу и полез вверх…
Капитан Лет стоял на крыше модуля управления дифферента и приложив руку ко лбу крутился на месте, всматриваясь в горизонт. С одной стороны у горизонта алела яркая полоса; с трёх остальных — простиралась бесконечное жёлто-коричневое плато; над головой сияло жаркое местное солнце, будто норовя испепелить отважившегося выглянуть из своего убежища человека. Воздух был сух и раскалён. Дышалось с трудом. Никаких признаков присутствия ни города под куполом, ни его развалин, ни грузовика гиттов не наблюдалось.
Хаара! Где стоит дифферент? Что это за плато. Почему я его никогда не видел с орбиты. Может быть оно было спрятано эллами для своего будущего города? Возможно. Заскользили у капитана Лета тревожные мысли. Та алая полоса, однозначно, песок с богатым содержанием ратана, о котором говорили эллоты. Возможно его и обогащать не нужно. Засыпай в контейнер и к звёздам. Жидкая фракция или сыпучая, какая разница. Ратан ведь всё равно предварительно разогревается до хорошей текучести, иначе его магнитный насос не потянет. При трёх тысячах градусов песок ещё, как потечёт. Капитан Лет механически махнул рукой и опустив голову, упёрся взглядом в открытый люк дифферента — юноша стоял внизу, опустив голову и прижав одну руку к глазам, а второй держась за лестницу. Он совершенно отвык от дневного света. Нелегко ему будет привыкнуть. Всплыли у капитана Лета грустные мысли. В ангаре должен быть шлем. Если затенить стекло, ему будет легче привыкать. Он вновь поднял голову и посмотрел вокруг. Спускаться на плато бессмысленно. Есть там левет или нет: грузовик на нём придётся искать очень и очень долго, да и хватит ли энергии у него на такой поиск. Нужно уходить на орбиту. Если конверторы не выведены из строя. Если да… Состроив гримасу уныния, капитан Лет опустил голову, присел и ступив на лестницу, заскользил по ступенькам внутрь корабля, а когда его голова стала ниже уровня корпуса, остановился и принялся задраивать люк…
На удивление, конверторы крыльев запустились без проблем, оповестив капитана Лета ощутимым вздрагиванием дифферента. Он всмотрелся в уровень заполнения контейнеров ратаном, он был около шестидесяти процентов. Запаса вещества массы хватало не только на попытку найти дредноут где-то на орбите Фабры, но в случае неудачи и на путь до Гитты. Капитан Лет повернул голову в сторону сидящего в соседнем кресле юноши. Тот сидел откинувшись к спинке кресла и едва различался в сумеречном свете зала управления и скорее всего спал, так как капитан Лет видел, что он устал, мотаясь с ним по модулю управления дифферента. Поняв его состояние, капитан Лет угостил его ещё одной галетой и баночкой с тоником — щёки юноши заметно порозовели и были уже не такими бледными.
Нужно бы разобраться с нашим продовольствием. Всплыла у капитана Лета грустная мысль. Мне кроме тоника, собственно, ничего больше не нужно, но он на нём одном долго не протянет. Нужно найти грузовик. Нет! Он механически мотнул головой. Первое — дредноут.
Капитан Лет чуть двинул акселератор вперёд и взялся за флиппы — коричневое плато, на котором стоял дифферент, начало медленно отдаляться.
Дифферент уже третьи сутки вертелся на орбитах Фабры, но никакой отметины на экране пространственного терма о местонахождении дредноута не было. Собственно, капитан Лет особенно и не надеялся увидеть корабль чужой Вселенной на экране пространственного терма дифферента, так как не помнил, чтобы видел его даже более совершенный экран вивв «Спирай», дредноут всегда сам выходил на встречу. Была одна надежда на визуальное обнаружение. Но визуально обнаружить, пусть и огромный корабль в пространстве было делом непростым. Единственная надежда была на солнце, вокруг которой кружила Фабра, вдруг заблестит корабль чужой Вселенной в её лучах.
Юноша, как мог, помогал капитану, подавшись вперёд и всматриваясь в экран. Но он быстро уставал и откидываясь к спинке кресла, прикрывал глаза и замирал на некоторое время. Это раздражало капитана Лета, но он молчал, понимая состояние юноши.
И всё же дредноут нашёл юноша. После своего очередного забытья, он, скользнув взглядом в экрану пространственного терма и вытянул руку в правый угол экрана.
— Там что-то движется. — Своим неизменным тихим голосом произнёс он. — Этого прежде там не было.
Капитан Лет повернул голову в направлении вытянутой руки юноши — в нижней части экрана, действительно двигалась крошечная, яркая звёздочка. Это была не настоящая звезда, которая отображалась на экране совсем не так, а что-то двигалось блестя в свете местного солнца. Никаких других движущихся объектов в ближнем пространстве не наблюдалось. Отклонив флиппы, капитан Лет направил дифферент в сторону блестящего движущегося нечто…
Огромный космический корабль чужой Вселенной неторопливо расползался по верхней части экрана пространственного терма. Дифферент подходил к дредноуту снизу. Огромный серебристый корабль завораживал, от него невозможно было оторвать взгляд. Но была и некоторая особенность в дредноуте, которая вызвала у капитана Лета обоснованную тревогу — на дредноуте не было видно ни единой светящейся точки, будто он был мёртвым кораблём.
Хаара! Каким же образом мы попадём внутрь? Вдруг всплыла у капитана Лета недоумённая мысль.
Его глаза забегали по огромному корпусу дредноута и замерли на большом чёрном овале в передней части днища, которого при прежних встречах он, однозначно, не видел. Несомненно, это был зёв люка, предусмотрительно открытым для него хранителями внутреннего мира.
Отклонив флиппы, капитан Лет направил дифферент в сторону проёма, пытаясь угадать: пройдёт сквозь него дифферент или люк окажется мал.
Но его опасения оказались напрасны — люк был настолько огромен, что в него одновременно могли бы, наверное, войти два, а может и три дифферента. Напрасной была тревога и о жизнеспособности корабля чужой Вселенной: едва дифферент вошёл в люк, как вспыхнул неяркий, но достаточный свет, чтобы рассмотреть внутреннее пространство корабля. Капитан Лет перевёл пространственный терм в режим ближнего обзора.
Дифферент оказался в огромном, достаточно светлом ангаре, настолько огромном, что его дальняя сторона даже не просматривалась. Ангар был заполнен какими-то непонятными механизмами, в основном светлых тонов, но сразу же за зёвом люка была достаточно большая свободная площадь, будто специально подготовленная для приёма гостя из другой Вселенной.
Капитан Лет отклонил флиппы и подведя дифферент к свободной площадке ангара, выпустил опоры и осторожно опустил корабль на пол. Несколько раз мягко качнувшись, дифферент замер. Капитан Лет, заглушил конверторы и повернул голову в сторону юноши, который сидел подавшись вперёд и уставившись в экран.
— Будем выбираться. — Заговорил капитан Лет. — Старайся не отставать. Я могу и забыть, что ты рядом. Если это произойдёт, не поленись напомнить. Не знаю, что нас ждёт, но советую взять какую-то еду и тоник. Попытаемся найти что-то подобное нашему залу управления. Хранители ничего не сказали о системе управления этого корабля, видимо посчитав, что мы в состоянии с ней разобраться сами. Будем надеяться, что так и будет.
Он повернулся вместе с креслом и поднявшись, направился из зала управления дифферента.