— Я постараюсь не сердить тебя.
Лёгкая усмешка тронула уголки губ Лета. Он повернулся в сторону Гудониони и начал свой монолог.
Не понимая, о чём он говорит, Ол’Итта откинулась в кресле. Кресло было очень удобным и каким-то успокаивающим. Проблемы будто растворились в пространстве салона инопланетного летательного аппарата. Её глаза закрылись…
Ол’Итта открыла глаза от прикосновения к щеке.
— Мама, мама! — Слышался далёкий голос.
Ол’Итта опустила взгляд, проснувшийся сын тряс её щёку своей рукой.
— Мама, я хочу пить. — Произнёс Валл’Иолет, увидев, что мать смотрит на него.
— Пить?
Состроив гримасу, Ол’Итта перевела взгляд на Лета, но тот сидел подавшись к Гудониони и что-то ему говорил на языке гиттов. Она тронула его за локоть. Лет и Гудониони, будто прикосновение передалось и советнику, разом повернулись к ней.
— Извините! — Заговорила Ол’Итта на языке гиттов. — Валл’Иолет хочет пить. Тоник в сумке. Я не знаю, где она. — Произнесла она мешанину из слов толлонов и гиттов.
Но, видимо, Гудониони удалось понять её проблему. Он привстал и протянув руку, дотронулся до большой клавиши в спинке кресла, стоящего перед Ол’Иттой — спинка раздвоилась и из неё выполз небольшой столик. В нише оказались ещё и две полки, заставленные баночками и какими-то блестящими упаковками.
— Извините, госпожа администратор. — Гудониони показал рукой на столик. — Могу предложить лишь пищу и тоники моей цивилизации.
— Они знают пищу всех известных им цивилизаций. — Произнёс Лет с широкой усмешкой и перевёл Ол’Итте слова советника и свои.
— Спасибо, господин советник. — Ол’Итта натянуто улыбнулась. — Лет прав, для нас любая пища не в тягость.
Лет передал советнику слова Ол’Итты.
Широко улыбнувшись, Гудониони достал две баночки с тоником и две блестящие упаковки и протянул их Ол’Итте.
— Пожалуйста! — Дождавшись, когда Ол’Итта возьмёт баночки и упаковки, вытянул руку в сторону ниши с продуктами. — Всё в вашем распоряжении. — Он вернулся в своё кресло.
Едва Гудониони сел, Валл’Иолет тут же спрыгнул с колен матери и шагнув к нише, принялся вертеть стоящие там баночки. Затем схватил одну из них и вытянул руку с ней в сторону Ол’Итты.
— Хочу эту.
— Но у тебя уже есть две баночки с тоником. — Ол’Итта протянула сыну руку на которой лежали баночки с тоником.
— И эту. — Валл’Иолет положил ей на руку баночку, которую держал в руке.
— Но тогда придётся просить пилота о посадке. — Ол’Итта широко улыбнулась.
— Господин советник говорит, что в хвосте салона есть туалет. — Произнёс Лет.
— Тогда вопрос решён. — Ол’Итта положила баночки и упаковки себе на колени и открыв ту, что взял Валл’Иолет, протянула её сыну. — Пей!
Выпив тоник, Валл’Иолет протянул пустую баночку Ол’Итте и подойдя к окну, уставился в него.
Ол’Итта подалась вперёд и поставив все баночки и упаковки на полку ниши и окинув взглядом спинку кресла, ткнула пальцем в туже большую клавишу, которую нажимал и Гудониони — столик скользнул внутрь ниши, её дверки закрылись. Она вернулась в кресло и повернула голову в сторону разговаривающих Лета и Гудониони.
— Нам ещё долго быть в пути? — Поинтересовалась она.
— Около полутора часов. — Произнёс Лет, не поворачивая головы.
— Долго. — Ол’Итта шумно вздохнула.
— Ты преувеличиваешь.