– Удивительно то, что убийство мистера Дрейка произвело на вас чересчур сильное и, я бы сказал, весьма странное впечатление.
– Соприкосновение с убийством в частной жизни – это одно, профессиональное судопроизводство по делу, связанному с убийством, – совсем другое. А в детективных романах мы читаем про вымышленные преступления, которые и вовсе не имеют ничего общего с настоящими убийствами.
– Вы слышали что-нибудь этой ночью? Крик? Призыв на помощь? – помолчав, спросил Дафф.
– Нет, ничего такого.
– Мистер Тайт, я видел, как вы вошли в отель. Вы не производили впечатления больного человека. Вы довольно спокойно отреагировали на известие об убийстве и вдруг, оглядев людей, собравшихся в холле, ни с того ни с сего упали в обморок.
– Они напомнили мне…
– Кто они? Кого вы увидели? Кто-то показался вам подозрительным?
– Нет! – Глаза Тайта лихорадочно заблестели, рука, державшая стакан, задрожала.
– Прошу прощения, инспектор, – вмешался Кеннуэй, – допрос придется прекратить, иначе у мистера Тайта повторится сердечный приступ.
– Да-да, простите, – Дафф встал. – Но, по-моему, вы, мистер Тайт, заметив кого-то в холле, очень испугались.
– Думайте, что хотите, сэр, – пожал плечами адвокат.
Хейли ждал Даффа в коридоре на третьем этаже.
– Мы обшарили все номера, – пробурчал он. – Ни намека на платиновую цепочку и ни следа от серого костюма с разорванным карманом.
– Ничего удивительного. Я выяснил, что почти каждый из участников группы утром выходил из отеля и легко мог избавиться от улик.
– Мне надо вернуться на Уайн-стрит, – сказал Хейли. – Ты останешься в отеле?
– Да, – кивнул инспектор. – Тут работы непочатый край.
На улице опять зазвучала музыка, и донеслись слова модного шлягера «Этот долгий, извилистый след».
– Что правда, то правда, Хейли, – усмехнулся Дафф. – Сколько нам еще плутать?
Он спустился в холл и у двери бильярдной заметил Памелу, которая прохаживалась туда-сюда.
– Думаю, инспектор, вам пора побеседовать с мамой, – сказала девушка.
– Непременно, мисс Поттер, через минуту я в вашем полном распоряжении. Мистер Лофтон, – обратился он к гиду, – хотелось бы увидеть пятерых туристов из числа отсутствовавших на первом собрании.
– Не беспокойтесь, они вот-вот придут, – ответил доктор и направился в холл, а Норманн Фенвик, размахивая руками и что-то возмущенно выкрикивая, побежал за ним.
В дверях номера, который занимала мать Памелы, Дафф посторонился, пропуская девушку вперед. Шторы были опущены, в комнате царил полумрак. В глубоком кресле инспектор увидел скорбную женскую фигуру и осторожно приблизился.
– Это инспектор Дафф, мама, – объяснила Памела.
– Да, – чуть слышно ответила женщина.
– Миссис Поттер, – обратился Дафф, – простите, что я беспокою вас, но это необходимо.
– Понимаю. Садитесь, пожалуйста. Памела, не поднимай шторы. Я ужасно выгляжу.
Дафф придвинул стул поближе к креслу.
– Миссис Поттер, у вашего отца были враги?
– Бедный папа, – прослезилась она, и Памела подала матери пузырек с нюхательной солью. – Он был святой, если такие люди вообще встречаются на земле. В целом мире у него не было не только врагов, но и недоброжелателей. Я, во всяком случае, никогда не слышала о них.