Корона Ста Королей (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я собралась с духом и сбросила с себя шершавое серое одеяло. Я быстро переоделась из ночной рубашки в простое серое платье и натянула чулки.

Я нащупала свои туфли, тоже серые, в ещё не проснувшемся свете, не обращая внимания на лампу рядом с кроватью. Я не была готова к свету. Я не была готова ясно видеть и встречаться лицом к лицу с реальностью.

Проблески ужасного сна всё ещё плавали в моём сознании, и я отчаянно пыталась уцепиться за исчезающие, искажённые образы, которые всего несколько мгновений назад были так ясны. Образы моей семьи. Воспоминания о семье, которую я любила всем сердцем.

Семья, которую я всё ещё любила всем, что у меня осталось.

Но теперь, когда кто-то забрал их у меня, стало ещё тяжелее.

Я плеснула в лицо ледяной воды и заплела в косу каштановые волосы.

Выскользнула из своей комнаты и вышла на улицу покормить кур. Голодные твари.

Холодный воздух просачивался в одежду и цеплялся за кости. Проигнорировав дискомфорт, я закончила работу по дому и вернулась на кухню. Коридоры оставались тихими и неподвижными, хотя большая часть монастыря уже проснулась. Храм Вечного Света требовал, чтобы его жрецы блюли обет молчания, начиная с самого детства и вплоть до момента их смерти.

Возможно, даже после смерти. Я не была экспертом по Братству Молчания. Даже если последние восемь лет я называла это уединённое место своим домом.

Вряд ли они смогут ответить на мои вопросы, если я их задам. Вместо этого они указывали мне на тома, тексты и бесконечные страницы литературы о Свете. И как бы интересно это ни звучало, я просто должна была верить, что моя загробная жизнь будет громогласной.

Отец Терош кивнул мне, когда я пронеслась мимо него к камину. Он стоял у каменного стола и месил тесто для завтрака. Отец Сало стоял рядом с ним и нарезал овощи для некой разновидности тушёного мяса, ежедневного подаваемого к каждой трапезе. Монахи были людьми привередливыми. Рутина была такой же частью их религии, как и свет, которому они поклонялись.

Я протянула руки к огню и вдохнула запах тлеющих углей и кипящей овсянки. Закрыла глаза и позволила теплу окутать меня. Весь остаток дня от меня будет пахнуть, как от костра, но мне было всё равно. Что угодно, лишь бы прогнать холод.

У меня за спиной цокнул язык, и я отступила назад. Я оглянулась и увидела, что отец Терош грозит мне пальцем. "Отступи. Сожжёшь своё платье", — мысленно предупредил он, бросив на меня острый взгляд.

"Воспылаешь и станешь огнедышащим драконом, вынужденным подняться в небо во имя спасения от бунтующих жителей деревни".

Надо признать, эта последняя мысль была моей.

Затем отец Сало прищёлкнул языком. Даже не глядя на меня, я знала, что он прогоняет меня. Я отошла от камина и схватила яблоко. Я уже два года была на овсяной забастовке. На монахов произвела впечатление моя твёрдая позиция. Или отвращение. Я не был уверена, что именно. Но поскольку их обет молчания растянулся на десятилетия, у меня было чувство, что они оценили мою упрямую убеждённость.

Я вонзила зубы в сочную мякоть плода и поспешила из тёплой кухни обратно в холодный зной коридоров, в постоянные изгибы и повороты, где я могла ориентироваться с закрытыми глазами.

Когда они впервые привезли меня сюда, мне было плохо. Я не могла уснуть больше чем на час. Боясь мыслей, которые кружились вокруг моего вечно активного ума, я бродила по храму в поисках покоя и тишины, которая ускользала от меня даже в монастыре, давшем обет молчания.

Я так и не нашла ни покой, ни тишину.

Но, в конечном счете, я обжилась достаточно хорошо, чтобы теперь спать всю ночь напролет.

На это ушло три года.

Через открытую дверь библиотеки на верхнем этаже в коридор лился свет. Это было моё любимое место во владениях.

Я подошла к Теновианской двери из чёрного кедра и очертила контур трёхглавой змеи, обвитой текстурированными свитками и изящными письменами, которые я не понимала. Я потянулась выше и дотронулась до рукояти мощного меча, кончик которого был сделан в виде пера, а чернила, как кровь, капали с лезвия.

Братство Молчания очень гордилось библиотекой, которую они охраняли за этими дверями.

В комнате щёлкнул язык, и я шагнула внутрь, зная, что слишком долго медлила.

Отец Гариус стоял и ждал меня, неодобрительно нахмурив кустистые брови. Его руки были сложены перед собой, придавая ему видимость терпения и понимания, хотя я знала, что блюсти клятвы и не кричать на меня за трату его времени впустую, ему стоило огромных усилий. Помимо всего прочего.

Когда я только приехала сюда, отец Гариус общался со мной через записки. Но через восемь лет я научилась читать выражения лиц и молчаливо высказанные мысли. Выражение лиц монахов было далеко не таким безмятежным и стоическим, как они думали.

— Доброе утро, отец Гариус, — прощебетала я. — Вам хорошо спалось?

Я никогда не уставала задавать бесчисленные вопросы, которые вертелись у меня в голове. Даже если это лишь только раздражало немых монахов, мне нужно было произнести их вслух, освободить свой разум от их постоянного терзания.

Он постучал ногой в ответ. Я сжала губы, сдерживая улыбку. Оливер уже сидел за столом и что-то яростно выводил пером. Он даже не взглянул на меня, когда я села рядом с ним.