— Что у тебя случилось?
— Всё хорошо. А у тебя.
— Замечательно. И всё-таки?
— Ты о чём? — так и не понял Толик или же попытался сделать вид, что у него действительно всё в порядке.
Но меня не проведёшь. Сердцем чувствую, что-то случилось. Понять бы только, что именно. Да и разве могу я оставить друга наедине с неприятностями? Пусть расскажет.
— С девушкой поссорился? — осторожно спросила я.
— Нет у меня никакой девушки, — хмуро буркнул Толик и с подозрительным энтузиазмом переключился на салат, периодически поглядывая в мою сторону.
Да, а это и правда печально. Двадцать шесть лет, а девушки нет. Вон, теперь даже у Пашки девушка есть, а у Толика нет, от того, наверное, и хмурый такой. А может, недавно расстался со своей подружкой и теперь переживает.
— Не расстраивайся, всё у тебя ещё будет. Найдёшь ту, которая полюбит, — попыталась поддержать я и задорно подмигнула.
Толик только сильней нахмурился и покраснел не хуже вареного рака. В итоге после моих слов, он извинился и тут же поспешил покинуть наше общество. Признаться, не хотела его чем-то обижать или оскорблять, но, кажется, именно это у меня и получилось. Потому на рабочее место я возвращалась, понуро опустив голову и думая о том, как исправить ситуацию. Впрочем, Толик мне кажется человеком отходчивым, так что долго сердиться на меня, надеюсь, не будет.
И ждал меня на рабочем столе очередной сюрприз.
И сюрпризом этим оказался…
Апельсин и чай с мелиссой! Хм, как же ж вы догадались?
Обогнув стол, я прошла мимо недовольно хмыкнувшей начальницы и завистливо присвистнувшей Инги. Действительно, у меня перед глазами оказался нарезанный дольками апельсин на пластиковой тарелке и картонный стакан чёрного чая. Принюхалась, взяла одну дольку… Ах! Нет слов… Она ведь даже специально надрезанная, чтобы мне было удобней. Определенно, мой поклонник продумывал каждую мелочь. Боже, как это приятно. Радостно подпрыгнув на месте, я немного стушевалась под пристальными взглядами любопытствующих работниц бухгалтерии. Нужно научиться контролировать эмоции. И пусть чай с апельсином — это очень странный набор, но ведь главное — внимание.
Не заметила, как сама же и съела все дольки (ну и правильно, что присутствующие отказались, мне больше досталось).
С Глебом всё прошло хорошо, но об апельсинах он ни разу не заговорил. И более того, ни разу на них не намекнул. Я не стала вдаваться в мелкие детали, может, он не любит говорить о своих поступках. А скромность, как мне кажется, — это редкое в наше время достоинство. А в совокупности с вечерней страстью, мой Глеб — это мечта, а не мужчина. И потому, как только Глеб покидал мою съёмную квартиру, и я оставалась в полном одиночестве, я даже радовалась тому, что судьба некогда разлучила меня с Марковым. Одним вечером на меня вообще нашло что-то такое необъяснимое, что я позвонила Златке и проговорила с ней по телефону добрых два часа, хотя всё время была уверена, что нам никогда больше не быть подругами. Злату мой звонок осчастливил, ведь она решила, что я простила её. И, прислушавшись к себе глубокой ночью, я поняла, что всё так и есть. Я действительно простила и Злату, и теперь уже её Дениса Маркова. Более того, я искренне смогла порадоваться их скорому пополнению семьи. Подумать только, у Златы будет дочка!
Лепет счастливой будущей мамочки, конечно, запустил червячок сомнения в моё сердце. Сразу повеяло лёгкой грустью — своих-то детей у меня пока нет. Но ничего, думаю этот вопрос решаем. Тем более у меня есть Глеб. А все жизненные неприятности решаемы, пока не закрыта крышка гроба.
Вот и я свои проблемы решила. Теперь осталось просто плыть по течению жизни и строить своё счастье вместе с Глебом.
Глава 5
Странное существо человек — ко всему привыкает. И за мгновенно пролетевшие недели я полностью привыкла к своей новой жизни, словно всегда у меня были отношения с Глебом (жаль, что он до сих пор не хочет знакомить меня с мамой, впрочем нет в том его вины, пусть бедная женщина скорее поправляется. Как бы там ни было, а я уже заранее её очень люблю, ведь она смогла воспитать такого замечательного сына), словно всегда я жила в городе К и работала в окружении хороших людей.
Но более всего я привыкла к ежедневной порции апельсина. Эта небольшая традиция повторялась изо дня в день. После обеда. На моём столе. Ровно один апельсин. Нарезанный дольками. Единственное, что менялось в этой проверенной схеме, — вкус чая: он был с мятой, мелиссой, лесными ягодами, лимоном и имбирём. Дважды вместо чая появлялось кофе, ещё столько же — горячий шоколад. Причем, кофе и горячий шоколад определённо покупались в стоящем на первом этаже автомате, а вот где Глеб брал чай, я так и не поняла, но понять хотела. Мне так понравился чай со вкусом лесных ягод. Или не ягод. На самом деле, это я сама так определила, ведь заварочные пакетики в поле моего зрения не попадали, но я очень хотела купить себе точно такой же чай.
— Глеб, скажи, — всё-таки решилась спросить я, когда в очередной раз мой мужчина спешил от меня домой к своей матери, — а почему ты так любишь апельсины с чаем?
Глеб только согнулся пополам от хохота.
— Что за глупости? — спросил он, отсмеявшись, но всё равно смешинки плясали в его глазах.
Ясно, не хочет признаваться.
— А где ты покупаешь чай с лесными ягодами? И какой фирмы, скажешь?
Глеб, зашнуровав ботинки, выпрямился и искренне возмутился:
— Я вообще не пью чай!
— Тогда почему ты решил, что я люблю чай?
— Да ничего я не решал! С чего ты ко мне так прицепилась со своим чаем?