Порочный доктор (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Перед уходом кидаю взгляд на разлохмаченную кровать. В ногах Ярцева сиротливо лежит букетик маргариток. Мои любимые цветы. Наверное, Юра приходил извиняться за вчерашнюю вспышку ревности, а в итоге нарвался на некрасивую сцену. Глаза противно щиплет, чувствую, сейчас позорно разревусь. Забираю букет с собой и кусаю губы, чтобы не разреветься. Ну как же оно всё так обидно сложилось!

Глава 32.

Домой мы ехали по отдельности! Наверное, впервые с того момента, как Тихонов впервые усадил меня на своего двухколёсного монстра. У нас даже смены всегда совпадали! А тут... Только к выходу подошла, смотрю - мне Рита навстречу.

- Люб, там это... Твой тебе такси вызвал, послал меня сказать, чтобы поторопилась.

Такси! Да мы его вызывали, только если дождь был на улице. Садились на заднее сиденье вдвоём и целовались всю дорогу. А сейчас? Что угодно, лишь бы не катать меня на своем задрипаном мотике.

Ехала домой, представляя план мести. Пусть Юра имел полное право злиться, но даже не дать слова сказать... Я вот в гораздо более компрометирующей ситуации всё равно была на его стороне, а он... он... Лапки кверху и такси вызвал! Вот приеду и весь ужин так пересолю, что в рот будет нельзя взять! И лука, лука побольше, Юра его не любит! И... И...

Что ещё "и", я придумать не могла. Вообще мне не очень-то и хотелось воевать с собственным мужем, но он же сам, он первый начал!...

Еле сдержалась, чтобы не начать реветь при таксисте. Хотя очень хотелось. Но не люблю на людях плакать, вот домой доеду, запрусь в спальне и там целый пруд нареву, как Царевна-несмеяна.

А дома меня ждал облом. Мстя с ужином не удалась, потому что благоверный уже поужинал. Фаст-фудом из Макдональдса! Знакомые упаковки лежали в мусорке на самом верху, не заметить невозможно.

Если честно, я и сама люблю Мак-дак с его картошкой-фри и вишнёвыми пирожками. Так что не мне выдвигать мужу претензии, но чёрт возьми! Столько жирности на ночь! Это же вредно, будет полночи животом страдать. Ну и что кому доказал? Упёртый несговорчивый мамонтище.

Не просто несговорчивый, а вообще скала гранитная. Нацепил наушники, воткнулся в ноутбук - и даже в мою сторону не смотрит... Мы впервые - впервые! - так серьезно поссорились. И я не знала, что делать, как всё объяснить. Юра ещё и спать лег на диване. Нормально, да?

Всю ночь я ворочалась в такой большой и одинокой кровати. Мне было в ней слишком пусто. Надеюсь, Юра тоже спал плохо, диван для его мамонтовой туши получался впритык, не так повернешься - свалишься. Пока ворочалась, решила продолжать обижаться. Как минимум до тех пор, пока сам не спросит, в чём дело или не потребует объяснений за утреннюю сцену. В груди кольнуло страхом - а если он вообще хоботом упрется и так же молча, не желая услышать правду, подаст на развод? Даже при мысли об этом по коже пробегал мороз. Но ведь после предательства Киры он вполне может так и поступить! Чтобы сохранить лицо и всё такое. Пофлиртует с той же Семёновой, чтобы все видели, как у него всё замечательно, выставит меня из квартиры, или наоборот, сам поедет к родителям "погостить".

Нет, обижаться не вариант. А что тогда?

Так в размышлениях я и заснула. И снилась мне сплошная порнушка со мной и Юрой в главных ролях. Проснулась вся такая возбуждённая, что, будь я побойчее характером, пошла бы в гостиную и стребовала с драгоценного муженька весь супружеский долг. С процентами! А так... посопела-посопела, и решила. Буду бороться, раз кое-кто весь такая обиженная цаца!

И очень здорово, что Тихонов так и не видел тот комплект, который я надевала на нашу мини-годовщину. Да-да, который с чулками. Надеюсь, в этот раз надеваю его не зря. И сверху, для прикрытия красоты - миленькое спортивное платьице на молнии. То есть вжу-ух, и оно нараспашку.

Оделась. Накрасилась. Волосы в красивый пучок заколола, меня такому Ольга научила.

Конечно, Юра уехал ещё пока я в душе плескалась. Вредина. Пришлось опять вызывать такси.

Клиника встретила полным хаосом. На складе перепутали две коробки с лекарствами, одно дорогое рецептурное, второе простое общеукрепляющее. Названия у них немного похожи. Перерыли весь склад, старшая сестра уже капала себе валерьянки и прикидывала размер штрафа, травматология, лишившаяся обезболивающего, рвала и метала, потрясая коробкой с ненужной витаминкой. Все думали, что лекарство профукали, назревал скандал... И тут баба Нюра, тихонько намывая полы, добралась до терапии и краем глаза обнаружила искомое обезболивающее, на нижней полочке в шкафу в перевязочной, среди трёх коробок укрепляющего. Там просто никто не догадался посмотреть. Бабе Нюре выписали премию за бдительность и зоркий глаз, старшая сестра и работники склада получили-таки штраф, но по сравнению с тем, что им грозило, вышло так, копеечно.

Только успокоились, как к нам забежала собака с улицы, ловили всем отделом. Потом успокаивали пациентов, потому что лохматый пёс размером с волкодава погромыхал так, что впору заподозрить ограбление или землетрясение. Троим пациентам пришлось колоть успокоительное.

Вроде немного передохнули, как меня ловит Алла.

- Тихонова, сгоняй в хирургию. Никак не дождусь от них рентгенов Чуркина и Беляевой, и ещё вчерашние анализы Федосьева тоже где-то у них осели, скажи, пусть покопаются! Безобразие какое-то! Двадцать первый век на дворе, компьютеры в каждом кабинете, а какой-то ленивой курице не судьба результаты в историю болезни вписать! Давай, Любаш, мне через час отчёт нашему нести, чтобы он Федосьеву план лечения составил.

И делает мне глазки, жалобные-жалобные.

- Ладно, давай сбегаю, - кивнула я, стараясь не прыгать от радости. Отличный повод заглянуть к моему ревнивцу на обратном пути!

Видно, наверху решили пойти навстречу нашему примирению. Только я закончила разбираться с анализами, смотрю - идёт мой Тихонов Юрий Дмитриевич прямым ходом к лифту. Прекрасно! Метнулась зайчиком, чуть не сбив двух коллег, но успела-таки влететь в лифт за несколько мгновений до закрытия дверей.

- Мне вниз, - сухо сообщил мне упрямый упрямец, старательно смотря в сторону.

- Мне тоже, - довольно улыбнулась я. Поправила халат. Расстегнула верхнюю пуговку, чтоб уж наверняка.

И вот, по закону подлости, накатила на меня лютая паника. Я ведь ни разу ещё с Юрой в роли соблазнительницы не выступала. Казалось бы, что проще - подойти, поцеловать? Или сразу халат с платьем на распашку? Или на ушко томно промурлыкать: "Тихонов, нам надо поговорить." Не, не могу. Язык, треклятый, как одеревенел, коленки трясутся, как будто мне снова пять лет и первый раз на утреннике стишок читать собираюсь. Ну же, Люба, давай! Пока этот упёртый мамонт опять от тебя не сбежал отмалчиватся!

А Юру явно всего корежило от моего присутствия. Взгляд старательно отводит, но я видела, как тот снова и снова возвращался к расстегнутой пуговке. Я ещё одну расстегнула, стало видно платье. Муж сжал кулаки посильнее и отвернулся уже весь. О, отлично! Со спины оно не так страшно! Решительно шагнула вперёд, и вдруг ревнивец мой ка-ак развернётся, чуть по носу мне не заехал.

- Всё, блядь, не могу больше, - простонал он и впечатал меня в стенку лифта. Накинулся на мои губы совершенно варварским поцелуем, своими ручищами уверенно схватил меня за задницу. - Ничего знать не хочу, поняла? Ты моя жена, так что обломится твоему пожарнику, пусть даже не вздыхает в эту сторону. Не могу без тебя, кнопка, вообще подыхаю, как привороженный!

И дальше залпом множество быстрых, горячечных поцелуев. Губы, шею, ключицы - везде отметился. И задница уже смята-перемята, и спереди здоровенный бугор всё сильнее на живот давит.