— Хочется попробовать каждый сантиметр тебя, Чарли, и завтра я это сделаю. Но сейчас придется обойтись твоими хорошенькими пальчиками. — Черт возьми. Никогда раньше мужчина не говорил мне подобных вещей. Однако я понимаю, почему Джуд это делает; как он заявляет о стремлении совершить сексуальный поступок, заводит меня почти так же сильно, как если бы он действительно его совершил.
Хищными движениями Джуд вынимает пальцы из соблазнительного рта и гладит ими вниз по моему телу. Движения завораживают мои чувства, как будто я прикасаюсь к себе, в то время как он наблюдает и командует мной. Джуд скользит по верху бикини, вниз по животу, вызывая волну бабочек на своем пути. Я знаю, куда Джуд ведет наши руки, но не могу переварить: это слишком грубо, слишком открыто и заставляет разум загружаться. Наши руки опускаются под воду, и Джуд прижимает мои пальцы к крошечному кусочку треугольной ткани бикини. О... Боже мой. Смогу ли я? Хочу ли прекратить? Нет, черт возьми, нет.
В следующее мгновение все мысли вылетают у меня из головы, потому что наши руки оттягивают бикини в сторону, обнажая чувствительную плоть для всех озорных поступков Джуда.
Он легко проводит нашими пальцами по складкам, и я откидываю голову назад в экстазе.
— Боже, ты такая мягкая, такая нежная. Чувствуешь это, Чарли?
Слова Джуда проходят сквозь меня, сочась каждым волнующим обещанием того, что он сделает с моим телом. Его рука прижимается ко мне - чувствуя меня, отмечая, владея мной. Я разлетаюсь под ним на части, и попытки собраться безнадежны. Я выдергиваю руку из его и притягиваю Джуда к себе, чтобы показать ему, что он делает со мной единственным известным мне способом: губами. Я сильно дергаю Джуда за волосы и прижимаю тела друг к другу. Он отвечает жадными ласками и долгими, восхитительными поглаживаниями, прежде чем, наконец, просовывает в меня палец... и я теряюсь. Меня уже больше ничего не держит.
Это чистое блаженство.
Палец собственнически входит в меня, в то время как другая рука сжимает мою задницу. Джуд никуда меня не отпускает. Его руки крепко прижимают меня к себе, так что у меня нет передышки от его ошеломляющего прикосновения. Когда гравитация и океанское течение толкают меня вниз, Джуд вводит еще один палец. Он точно знает, где погладить, как согнуть пальцы и найти то место, которое кажется центром вселенной.
— Джуд, — стону я, откидывая голову назад, пока ловкими пальцами он продолжает неустанную погоню за моим удовольствием.
Джуд целует меня в шею, покусывая и облизывая дорожку, спускающуюся к ключице.
— Моя милая девочка, ты так крепко сжимаешь мои пальцы. Я хочу погрузиться в тебя прямо здесь. Ты бы оседлала меня и кончала снова и снова.
Его слова разрывают меня на части, пока я полностью не раскрываюсь перед ним.
— Я... Джуд. Не останавливайся. — Голос звучит дико и грубо оттого, что ближе и ближе подхожу к краю.
— Кончи для меня, Чарли, — требует Джуд, погружая зубы в нежную кожу шеи. — Кончи, — требует он снова, и я покорно подчиняюсь.
Восхитительное покалывание распространяется по каждой конечности, когда мир смещается с оси. Грохочущие волны удовольствия накатывают на меня снова и снова, сочетаясь с нежным океанским приливом, чтобы вытянуть из меня каждый последний кусочек экстаза.
Когда реальный мир медленно начинает просачиваться сквозь туман убывающего удовольствия, я понимаю, что с берега в нашу сторону кричит чей-то голос. Я открываю глаза и вижу, как Джуд, прищурившись, смотрит не на меня, а на фигуру на пляже. Мужчина размахивает руками, пытаясь заставить нас вернуться на берег.
— Какого черта? — спрашивает Джуд, позволяя мне опуститься на дно океана. К счастью, нижняя часть тела невесома в воде, иначе колени подогнулись бы под тяжестью последних нескольких минут. Я наклоняюсь, чтобы поправить нижнюю часть бикини, понимая, насколько чувствительной все еще остается плоть. Агх. Если бы этот мужчина не прервал нас, я бы, без сомнения, была уже на пути к очередному оргазму.
— А ну быстро идите сюда, вы двое! — кричит мужчина вновь, качая внушительно головой. Джуд берет меня за руку и ведет меня к берегу. Но потом тормозит.
— Вот дерьмо, — шепчет он.
Что?
— У нас проблемы?
— Нет, но, вероятно, мы на его территории. Не сюда я хотел отвести тебя, помнишь? Мы остановились перекусить.
Приходит ясность, и на меня накатывает волна смущения. Конечно, этот человек ничего не мог видеть, да и откуда нам было знать? Вдоль пляжа нет красной ленты или забора. Однако я нахожу ответ на вопрос, когда мы приближаемся к берегу.
Вдоль пляжа в песке торчат три знака с жирными яркими буквами: «Частный пляж - Посторонним вход воспрещен». Как мы могли их не заметить?
— Противные дети, думаете, что можете просто идти, куда хотите! Это моя собственность, и я плачу чертовски много денег, чтобы не пускать таких как вы!
Рука Джуда сжимает меня крепче, и на мгновение я задаюсь вопросом, скажет ли он что-нибудь, что усугубит ситуацию. Выдающийся мужчина имеет полное право быть расстроенным, но он явно слишком остро реагирует. Мы должны просто забрать вещи и уйти.
За исключением того, что он стоит на нашем одеяле и явно не собирается сдвинуться с места. Чем ближе мы подходим к нашим вещам, тем злее становится мужчина, размахивающий руками и драматично пыхтящий, будто он пытается остановить вертолет. Джуд, не говоря ни слова, отпускает мою руку и начинает собирать сумку и рюкзак, оставляя одеяло там, где оно есть.
— Я уже вызвал полицию, — невнятно произносит мужчина и тычет дрожащим пальцем в лицо Джуда. Вот тогда-то все и проясняется: он совершенно пьян. Какого черта? Джуд смотрит на меня стальным взглядом, ища поддержки, а затем поворачивается к мужчине.
— Я понимаю, что вы злитесь, но мы, честно говоря, не знали, что это частный пляж, — отвечает Джуд уважительным, но жестким тоном. — Мы уходим и обязательно будем внимательнее в следующий раз.
— Черт возьми, конечно! — Мужчина в гневе отшатывается и хватает меня за руку, сердито дергая к себе. Я спотыкаюсь о песок, пытаясь встать на ноги, но в мгновение ока моя рука оказывается свободной, и Джуд хватает мужчину за горло.