Широ-чан: Как тебе UA в целом? Ты уже завёл себе новых друзей? Какой он, твой класс героев?
Рамбутанчик: Ну, преподают здесь на высшем уровне. UA превзошёл все мои ожидания. С этой академией я смогу стать настоящим героем.
Рамбутанчик: Класс как класс. Есть особо шумные, есть ботаники, есть те, кто сидит в сторонке, а есть Бакуго.
Широ-чан: Бакуго? Это какой-то новый тип людей?
Рамбутанчик: Если увидишь его — поймёшь.
— Эй, Тодороки, — к парню, сидящему на заднем сидении, повернулась Джиро с одновременно подозрительным и хмурым лицом. — Чего это ты там так долго строчишь? Переписываешься с кем?
— Какая разница? — Шото наклонил телефон экраном к груди, чтобы исключить любую вероятность того, что его переписка будет обнародована.
— Неужели девушке? — пошутила Кьёка, но увидев чуть сконфуженное лицо Тодороки после своего вопроса, тут же вскрикнула:
— Да ладно! Правда, что ли?!
Тут весь автобус, наблюдавший за весьма односторонним диалогом, всполошился.
— У Тодороки есть девушка?! — завистливо крикнули Минета и Каминари.
— Да ладно, у этого двумордого? — Бакуго чуть с сидения не упал, в шоке пялясь на Шото.
— Бли-ин, ну почему именно самый красивый мальчик забит?! — проныла где-то в сторонке Мина.
— Успокойтесь, ребята, — поучительным голосом заговорил Иида. — Вы так кричите, будто злодей напал. Это всего лишь девушка!
«Тодороки и здесь отличился. Завидую я ему!» — пронеслось тем временем в мыслях у старосты.
Тодороки цокнул. Ребята всё не умолкали, обсуждая его и его «девушку», совсем не обращая на него внимания. Он снова открыл чат с Эбигейл, где уже светилось четыре сообщения.
Широ-чан: Чего ты замолчал?
Широ-чан: Шото, что-то не так?
Широ-чан: Ответь мне, я начинаю волноваться.
Широ-чан: Шото, я чем-то тебя обидела?
Рамбутанчик: Прости меня, меня отвлекли. Мы уже почти приехали, я больше не смогу с тобой говорить.
Эбигейл ответила моментально.
Широ-чан: Хорошо, рамбутанчик. Услышимся вечером?
Рамбутанчик: Да, малыш. Пока.
Широ-чан: Пока-пока.
Тодороки отключил телефон и со вздохом откинулся на сидение. Несмотря на свою уникальность, UA оставалась обычной школой. И ребята здесь — самые обыкновенные подростки.
Целый день после атаки на USJ Эбигейл не отходила от экрана телевизора. Одна картинка страшнее другой вертелись там: разрушенный центр по подготовке, раненные герои, испуганные студенты UA. По снимкам было трудно сказать, какого было состояние Шото, но дикторы говорили, что серьёзно пострадал лишь один ученик — Изуку Мидория. Тодороки как-то рассказывал о нём Свон, когда перечислял ребят своего класса, но сейчас она могла и его, и остальных увидеть сама.
Она ждала воскресения, как манну небесную. Даже легла в восемь вечера, чтобы поскорее проснуться на следующий день и увидиться с Тодороки. Но только проворочалась до часа ночи из-за лишних волнений. В итоге Ёсико разбудила её только в одиннадцать с вестью о том, что на улице девушку ждёт Шото. В спешке ополоснувшись и надев заранее приготовленные брюки, маечку, вязанный кардиган не по размеру и шляпку, Эбигейл запрыгнула в кеды и выбежала на лестничный проём. Зонтик она не взяла, так как была достаточно укрыта от солнца, которого, к слову, сегодня не было из-за облаков, заполонивших всё весеннее небо.
— Рамбутанчик! — с криком выбежала из подъезда девушка и бросилась на шею парню, ожидающему её почти у самой двери. Шото словил её чуть ли не в полёте. Не успел он ответить на объятия, как та суетно отстранилась и, по обыкновению завладев его лицом руками, притянула к себе и поцеловала каждый глаз. — Ты как? Всё в порядке? Ты цел? Почему не отвечал на звонки?
— Прости, мой телефон отошёл в мир иной, — Тодороки улыбнулся и всё-таки обнял девушку, словив её съехавшую с белых волос шляпку. — Со мной всё в порядке, правда. Никто, кроме Мидории не пострадал.