Молли наклонила голову и потёрлась щекой о мягкие ушки Берти. Она вовсе не собиралась пугать девочек. Ей просто хотелось, чтобы они посочувствовали им с Берти. Но, похоже, сегодня ей вообще лучше молчать. Она говорит всё не то и не так.
– Мама такого не сделает, правда? – прошептала Викки. – Она обещала о нём позаботиться. Она дала честное слово.
– Моя мама сказала, что многие отправляют своих животных в деревню. В эвакуацию. Как детей, – сказала Молли. – Может быть, ваша мама так и поступит? У вас есть родственники в деревне?
– Вот именно. – Сара горячо закивала. – Мама может отправить Бисквита к тёте Лидии. Не заводись, Викки.
Викки подняла голову:
– Когда мы приедем в Саффолк, в тот дом, где теперь будет школа, я сразу же напишу маме! Мне всё равно, что говорит мисс Рейнольдс и даже Гитлер! Я напишу маме и найду почту, чтобы сразу отправить письмо. И пусть мама мне пообещает, что никогда-никогда не усыпит Бисквита!
– Я всё равно не понимаю! – сердито воскликнула Дафна. – Почему Бисквиту нельзя спать? Это как-то связано с войной?
– Когда животных усыпляют, это не значит, что они будут спать, – объяснила ей Молли. – Просто слово такое. На самом деле ветеринар делает с ними что-то такое… и они… умирают.
Все девочки осуждающе уставились на неё, и она, покраснев, пробормотала:
– Извините.
Очевидно, в их кругу считалось невежливым говорить о таких вещах, но Молли не понимала, почему это надо скрывать. Ведь всё так и есть.
– Ой… – Дафна растерянно тряхнула головой. – Но… но Бисквит хороший. И очень умный. Он умеет подавать лапу и выполняет команды. Я приходила к ним на чай и сама видела, как он выполняет команды. И твой пёсик, он тоже хороший и вовсе не злой. Он не кусался. Только чуть-чуть зарычал, когда Сара тебя схватила.
– Мама считает, что он может озлобиться. Из-за бомбёжек.
– Так нельзя! Это несправедливо! – воскликнула Дафна с таким возмущением, что Молли чуть не рассмеялась:
– Ну да. Вот поэтому мы и убежали. Моя мама… Если она что-то решила, то переубедить её невозможно. Она просто не станет слушать. Моя сестра записалась в армию, в Женский вспомогательный территориальный корпус. А мама ей запрещала, грозилась выгнать из дома.
– И что, выгнала? – с любопытством спросила Сара.
Молли покачала головой:
– Это был первый и единственный раз, когда сестра переспорила маму. Стелла сказала, что ей всё равно, и мама сдалась. Но только в тот раз. Насчёт Берти она бы не передумала. Я знаю, что нет. Она его даже и не любит. Вот поэтому мы с ним сбежали.
Викки подошла к Саре и встала прямо перед ней:
– Если мы скажем о ней мисс Рейнольдс, она отправит её домой. – Она повернулась к Молли. – Как тебя зовут? Ты сказала, как зовут твоего пёсика, а сама не представилась.
Молли замялась, но лишь на секунду:
– Молли Мейсон.
– Мисс Рейнольдс отправит Молли домой. И Берти тоже. Может быть, она даже вызовет полицию, Сара!
– Это не наша забота, – пробормотала Сара, но ей явно стало неловко.
– Но это неправильно! – воскликнула Викки. – Дафна всё верно сказала. Он и правда хороший пёс. Посмотри на него!
Берти уже успокоился. Он сидел на коленях у Молли, вполне расслабленный и довольный. Дафна гладила его по спине, и ему это нравилось.
– Он не сделал ничего плохого, – продолжала Викки. – Зачем его усыплять? А его усыпят, если мы не поможем Молли. Сара, пожалуйста, не выдавай её мисс Рейнольдс.
– Ты сама сказала, что это не наша забота, – вдруг заговорила Лотти. – Так давайте сделаем вид, что мы вообще ничего не знали. Мы думали, что она новенькая, так? Давайте и дальше так думать. – Она сложила руки на коленях и приняла ангельский вид, напомнив Молли картинку на крышке коробки шоколадных конфет, которыми её угощала Перл: светловолосая девочка с котятами.
– У неё совершенно не та школьная форма! – возразила Сара.
– Только если приглядеться, – заметила Дафна, не сводя глаз с Молли. – И сейчас война. Моя мама сказала, что в школе могли бы и не суетиться из-за школьной формы, потому что сейчас трудно найти нужную ткань.