— Жена, а жена! Где платок — завязать моти?
— На полочке.
А ему послышалось: «На постели».
Поискал он на постели, нашел широкий женин пояс и думает — платок. Завязал в него горшочек.
— Жена, а жена! Где мой кинжал?
— В ящике комода.
Не нашел он в темноте комода, а нашел лоханку. Достал из нее пестик и засунул за пояс.
— Жена, а жена! Где моя плетеная шляпа?
— Поищи на кухне.
Поискал он на кухне, нашел соломенную корзину и надел себе ее на голову.
Потом стал обуваться. Один носок надел на ногу, другой на метлу. Правую ногу обул в соломенный сапог, а на левую надел сандалию с деревянной подошвой.
Пошел рассеянный по дороге. Начал белый день заниматься. Дошел он до одной деревни, а там люди смеются:
— Глядите! Глядите! Вон идет какой-то чудак с корзиной на голове. И откуда только у него такая невиданная шляпа!
Он подумал:
— Про кого это говорят?
Оглянулся назад, никого нет.
— Неужели про меня?
Снял шляпу, взглянул — вот тебе и раз! Это не шляпа, а корзина. Забросил он ее подальше в траву.
Шел, шел, и снова деревня на дороге. Опять люди смеются:
— Смотрите, как этот прохожий обулся! С пьяных глаз, что ли? Носок один, да и обувь разная!
Поглядел — правда. На одной ноге у него сапог, на другой — сандалия. Отошел он от деревни, разулся, забросил в траву сапог и сандалию и пошел босиком.
Опять деревня на дороге. Люди на него показывают:
— Смотрите, какое грозное оружие! Вот чудак, пестик за пояс заткнул!
Посмотрел — и в самом деле у него за поясом деревянный пестик. Отошел он от деревни и забросил пестик в поле.
Пришел рассеянный в храм, видит, у ворот храма амулетами торгуют. Было у него с собой сто мон. За амулет хотел отдать три мона, а на остальные выпить и погулять, да опять впопыхах ошибся. Три мона оставил себе, а девяносто семь бросил в ящик для сбора денег. Что будешь делать? Взять назад совестно, а на три мона не попируешь. Пошел он на горку позади храма, где народу не было. Развязал узелок с едой — глядь, а там вместо моти пустой горшочек.
Схватил он горшочек и как швырнет его с досады! Покатился горшочек, ударился о камень и разбился.
Стал рассеянный сворачивать платок, — что это! — длинные завязки болтаются. Посмотрел, а это не платок, а женин пояс. Бросил рассеянный пояс, точно обжегся.
Смотрит, халат на нем надет шиворот-навыворот. Надел он его как следует и побежал с горки. А есть как на грех все больше хочется. Не до праздника ему стало, не пошел он на храмовое представление[55] и повернул домой.
Попалась ему по дороге лавка. Выставлен перед ней белый валун, похожий на рисовую лепешку, в знак того, Что здесь торгуют лепешками.
Спросил рассеянный:
[55] Во время храмовых праздников обычно устраиваются представления для привлечения народа.