— Я вовсе не смеялся над тобой, дружище, — кротко сказал Ньювелл. — Я сочувствовал. У тебя такой жалкий вид…
— Заткнись, будь ты проклят! — взревел Балкли.
— Теперь тебе нужно быть осторожней, Балкли. Эта девушка опасна. Жалко, что у нас здесь нет рентгена. Возможно серьезное сотрясение мозга.
— Я в порядке. Не лезь не в свое дело.
Балкли поднял с пола телевизор, который снес со столика во время второго полета. Вероятно, он хотел посмотреть свою любимую передачу, надеясь, что сегодня снова покажут Индру. Но телевизор не работал, экран вообще не засветился.
— Наверное, разбился при падении, — поспешно сказал Ньювелл. — Он открыл заднюю крышку. — Фью-у-у! — присвистнул он. — Да тут сплошное месиво.
На этот раз Балкли испустил такую длинную серию ругательств, что даже Ньювеллу многие из них оказались в новинку.
Ннемного побушевав, он в итоге успокоился и ушел к себе в комнату, чтобы поспать.
А Ньювелл спать не ложился. Некоторое время он думал о девушке, затем о Балкли и о том, как освободиться от этого человека. Если бы только не постоянная охрана! Но он порадовался, что они не среагировали на движения девушки, когда она швыряла Балкли. Это произошло потому, что ее движения были слишком мелкими, слишком незначительными — перенос веса с одной ноги на другую, мягкий толчок… Что-то в этом определенно есть… Некоторое время Ньювелл размышлял.
Перед тем, как все же улечься спать, он твердо решил дождаться удобного случая.
Незадолго до рассвета их разбудил рев двигателей космического корабля. Ньювелл с Балкли выскочили из хижины и увидели над самым горизонтом слабый белесый выхлоп ракетных двигателей на фоне светлого неба.
Это прибыл, разумеется, патрульный экипаж, корабль, с которым обещал справиться Балкли.
Он снижался под острым углом, используя для торможения как сопротивление атмосферы, так и собственные двигатели. От трения об атмосферу его корпус нагрелся и мерцал красным, потом, по мере замедления скорости, стал бледно-серым. Приземлился он не далее, чем в полумиле от их пластексовых хижин.
Глаза Балкли сверкали от нетерпения.
— Космический корабль — это все, в чем я нуждаюсь, — бормотал он. — Я захвачу его и уберусь с этой планеты.
— Ты не сумеешь выйти сухим из воды, — возразил ему Ньювелл.
— Да? Ну, поглядим…
И поскольку ничего больше нельзя было сделать, Ньювелл смотрел в сторону корабля с нарастающим страхом.
РАССВЕЛО. В борту корабля открылся люк, из которого выбрались два человека. Оба вооружены винтовками неизвестной Ньювеллу системы. Они замерли по обеим сторонам люка, готовые, казалось, отразить любую угрозу.
Ньювелл открыл было рот, чтобы предупредить об опасности, но Балкли отдал приказ сигналом фонарика. Деревянная рука стража сомкнулись вокруг его горла и задушила крик.
Из корабля начали выходить люди. Они двигались осторожно, попарно, с оружием наготове. Прибывшие знали, что на планете находятся два преступника, один из которых напал на грузовой корабль. Но сама планета, как считалось, не имела хищных животных и опасных растений.
Розовое солнце продолжало медленно взбираться на небо, все выше и выше. Глазам патрульных предстала несколько странная, но все же кажущаяся вполне безопасной картина. Вокруг корабля торчали бело-коричневые растения в рост человека и формой напоминающие людей. Космонавты никогда не видели подобных растений, но мало ли что встречается на иных планетах.
С помощью фонарика Балкли подал сигнал ультрафиолетовым светом, который люди не могли заметить. Бело-коричневые растения пришли в движение.
Они захватили ближайших патрульных, вырвали у них оружие и направили его на корабль. Прозвучали первые выстрелы.
Поляна перед кораблем превратилась в поле битвы. Люди, попавшие в тиски существ-растений, уже не могли вырваться. Те же, что пережили первое нападение, побежали к кораблю, отстреливаясь на ходу.
Некоторые из существ — растений тоже были поражены выстрелами. Ньювелл, горло которого уже отпустили, смотрел, как они бежали за отступавшими людьми и горели на ходу, причем их лица оставались спокойными, ничего не выражающими, и это было самое страшное.
Оставшиеся на корабле попытались закрыть люк, но оказалось слишком поздно. Существа-растения, не обращая внимания на выстрелы, уже прорвались в корабль. И, хотя их деревянные тела повредились во многих местах, они были все еще способны убивать.
Балкли торжествовал, глаза пылали, словно у человека, который видит, как претворяются в жизнь его самые грандиозные планы и мечты.
— Корабль мой! — вопил он. — Ты представляешь, Ньювелл, боевой космический корабль! Полностью мой! Я могу полететь на ближайшую планету и взять с собой пятьсот моих воинов. Ничто не сможет остановить меня!
Он прав, подумал Ньювелл. У него теперь есть корабль, и мирные колонии на незащищенных планетах теперь лежат перед ним, как на ладони. Как и большинство преступников, Балкли мечтал о мести обществу, которое так несправедливо с ним обошлось. Он полагал, что зря пострадал, что он неповинен в тех преступлениях, которые ему инкриминировали. И теперь Балкли собирался осуществить свои мечты о мести.