– Да, майор… Но время уже к обеду…
– Немедленно!
С распечатанной схемой в руке она стояла посреди гаража, где на бетонном полу еще виднелись отпечатки протекторов, – здесь стояла машина Фридриха Найта, когда погибшая девушка из Ортленда забралась к нему под капот.
Как много потайных ходов кругом, а люди и не замечают. Вентиляция, коллекторы со жгутами проводов, канализационные стоки, ливневки, навесные потолки…
– Во время обыска в квартире Найта вы простукивали стены?
– Да, – уверенно ответил следователь.
– А здесь? – Ведя пальцем по схеме вентиляции, Эльза вошла в спальню погибшего чиновника. Открыла дверцу платяного шкафа. Сдвинула в сторону костюмы на вешалках. Задней стенки у шкафа не было.
– Э-э, – неуверенно промямлил следователь.
Эльза стукнула кончиками пальцев – раз, другой. Снова включила налобный фонарик. Вытащила из кармана отвертку, поддела панель…
– Твою мать, – потрясенно сказал следователь у нее за спиной.
– Господа, мы настолько в дерьме, что лучше в самом деле сейчас убить их посла. Чтобы отвлечь внимание.
– Не смейте так шутить, майор, – процедила Тильда.
На столе посреди кабинета стоял кукольный домик: деревянный каркас, платяной шкаф, полный игрушечной одежды, кровать с постелью. Кукольная посуда с засохшими остатками еды. Ночной горшок, накрытый крышкой.
Следы рвоты на игрушечной лесенке. Следы крови на кукольной простыне.
– Она, – сказала Эльза, – была храброй… девушкой, но теперь я понимаю, что ей просто… некуда было деваться. Она расковыряла вентиляционную решетку, думаю, трудилась не один день, как беглец из тюрьмы. По вентиляционному ходу пробралась в гараж, в этот момент вернулся Фридрих Найт. Она ухитрилась спрятаться, не попасть под колеса машины и не попасться ему на глаза. Но гараж закрылся, бежать ей сделалось некуда, а Найт вот-вот должен был обнаружить пропажу. Тогда она залезла под капот – это был единственный способ вернуть свободу. Она прекрасно сознавала, что делает.
– Откуда вы знаете, майор, что она сознавала? – Тильда прищурила маленькие воспаленные глаза. – Вы забрались к ней в голову?
– Я всегда пытаюсь представить себя на месте других… людей, – сказала Эльза. – А вы нет?
– Вы полезли бы под капот гигантской машины?!
– Да. – Эльза не отводила взгляд. – Если бы перед этим меня похитили и держали в кукольном доме. Она была, может быть, в шаге от свободы, но Фридрих Найт проколол колесо на дороге и заехал в автомастерскую, и механик открыл капот, и…
Эльза замолчала, не договорив. Генрих сидел, прикрыв рукой подбородок, уставившись перед собой невидящими глазами.
– И кто ее похитил? – мягко спросила Тильда. – Кто из наших мог полететь в Ортленд и там, совсем-совсем незамеченный, похитить девушку против ее воли?!
– Господа, – сказала Эльза. – Нам некуда деваться. Дайте мне полномочия, я свяжусь с… он будет молчать, я возьму с него обещание.
– Не смейте! – отрезала Тильда.
– Мы не можем элементарно установить ее личность! – Эльза повысила голос. – А у Лео есть доступ к базам! Когда я представляю, что пережила эта девушка… – Эльзе пришлось на секунду прерваться, у нее перехватило горло. – Она так боролась. Она почти вырвалась. И… где-то за океаном есть ее родные, они, может быть, еще надеются вернуть ее…
Генрих посмотрел на Эльзу, ей показалось, что он колеблется, и она воспрянула духом.
– Знаете, по-своему справедливо, что Фридрих Найт утонул в том же аквариуме, – сказала она искренне. – Если бы я могла… я бы еще раз его утопила.
– И как вы объясните вашему… партнеру, – наконец подал голос Генрих, – зачем чиновник министерства, глава департамента, держал в шкафу девушку из Ортленда?
Эльза секунду подумала, говорить или нет, и все-таки не удержалась:
– А вы в детстве никогда не мечтали… о живой игрушке?
– Я не смогу вам помочь, майор, – сказал психолог, – если вы не посвятите меня конкретно в курс дела.