К концу спарринга их накачанные тела блестели от пота.
— Отличная работа, приятель! — хлопнул его по плечу Киллиан. — Сейчас ты дерешься намного лучше. Знаешь об этом? Следующий тренировочный бой в четверг. Ты придешь?
— Да. Обязательно. Огромное тебе спасибо, Килли.
Киллиан неторопливо разматывал бинты с ладоней, когда услышал, как за его спиной кто-то откашлялся. Обернувшись и мельком глянув на хрупкую фигуру за рингом, он на секунду решил, что это Карневэйл, но тут же понял, что это другой старшеклассник, записавшийся в его клуб месяц назад. Сет.
— В чем дело, приятель?
Паренек снова откашлялся.
— Извините, что беспокою вас. Вы, наверное, очень заняты… — его голос заметно дрожал от волнения.
Киллиан обреченно вздохнул про себя. Он ненавидел, когда незнакомые люди при первой встрече с ним вели себя так, будто он заносчивый придурок, неспособный просто поговорить. Отчасти это началось, когда жители родного города, узнав о его участии в операции внедрения, причислили его к местным знаменитостям. А когда он стал хозяином спортзала — ну, во всяком случае, некоторой части — его статус возрос еще больше.
Киллиан стремился сохранить в клубе ту непринужденную семейную атмосферу, что была здесь при его отце последние тридцать лет. Вот только в моменты, когда кто-то пытался заговорить с ним, будто он какая-то знаменитость или что-то типа того, в нем мгновенно вспыхивала злость. Его раздражал сам факт, что большая часть Бостона знала о его армейском подвиге. Но сейчас перед ним стоял ребенок, и Киллиану не хотелось выглядеть придурком. Поэтому он проглотил свое раздражение.
— Сейчас я ни хрена не занят, чувак. Что случилось? Чем я могу тебе помочь?
— Я просто хотел сказать… то, что вы сделали за границей, спасая тех парней, поистине потрясающе! Саути гордится вами! Бостон гордится!
Эти слова были одновременно и провокационными, и смущающими.
— Ну, спасибо, брат, — Киллиан протянул ему руку для пожатия. — Я ценю это.
— Так когда вы выйдете на ринг?
Киллиан слегка пожал плечами.
— Я не профессиональный боец. Я их только тренирую. Я вырос в этом спортзале и сейчас обучаю солдат армии. Никогда не хотел стать профессионалом.
— О. Это полный отстой, — Сет выглядел удрученным. Уткнувшись взглядом в ботинки, он засунул руки глубоко в карманы толстовки. — Ну, я надеюсь, что однажды вы все же передумаете.
В противоположном конце зала Киллиан заметил Карла Вильгельма, призывно машущего ему рукой.
— Спасибо тебе, приятель. Прости, но мне нужно идти. До встречи! — спрыгнув с ринга, Киллиан направился к Карлу.
Тот стал основным владельцем спортзала, выкупив его у отца Киллиана пару лет назад. Тренажерный зал не обеспечивал достаточной прибыли, поэтому Мерфи Ронан был вынужден продать его Карлу, успешному на тот момент бизнесмену. Бизнесмену с приличным капиталом и хорошо знакомому с боксерской индустрией.
Узнав о решении отца, Киллиан, демобилизовавшийся на тот момент из армии, пришел в ярость. Добравшись до Штатов, он без промедления взял кредит в банке, чтобы выкупить зал, но для полного владения этих денег оказалось недостаточно. Карл все же взял их, согласившись сделать Киллиана своим партнером с тридцатью пятью процентами прибыли, но лишь ради его общегородской славы.
«Партнерство» в их случае было не совсем верным определением. Более подходящим было «начальник — подчиненный». Но Киллиан был готов немного подыграть Карлу, так как его главным приоритетом было желание продлить дело отца. А это означало, что тренажерный зал должен работать так же безукоризненно, как и при Мерфи Ронане. Вот только стоявший сейчас перед ним мужчина ценил лишь то, что приносило ему деньги.
— Киллиан, дружище! — Карл протянул ему руку.
Подавив хмурый взгляд, Ронан пожал ее.
— В чем дело, Карл?
Вильгельм кивнул в сторону ринга.
— Ты отлично смотрелся в этом спарринге.
— Спасибо, — Киллиан равнодушно пожал плечами, но не смог удержаться от легкого сарказма. — Думаю, парням было бы намного лучше, если бы с ними занимались профессиональные тренеры.
— Почему бы тебе не задуматься о том, чтобы выйти на ринг? Ты мог бы сделать ставку на героя войны. У тебя за спиной весь город. Ты мог бы стать миллионером!
«Опять ты с этим дерьмом, чувак. Проглоти свой раздвоенный язык!» — вертелись на языке язвительные слова, но Киллиан, как всегда, сдержался.