— Идите со мной, — явно недовольным голосом произнёс он и развернувшись, быстрым шагом направился в глубь ангара.
На лифте они поднялись на четвёртый уровень большого транспорта. Выйдя из лифта, главный реаниматор быстро зашагал по коридору, Ан-Менсоро не отставал. Свернув несколько раз по коридорам уровня, Ар-Григор остановился перед широкой дверью и ткнул рукой в пластинку идентификации, разделившись, две половины двери скользнули в стороны. Войдя в большой идеально белый светлый зал, Ар-Григор пошёл куда-то вглубь. Вскоре Ан-Менсоро понял, что он идёт к одной из анабиозных камер, ряд которых стоял почти у самой стены зала. По пути Ар-Григор, тронул за рукав куртки реаниматора, находящегося в зале.
— К начальнику колонии. Он внизу у большого трапа, — произнёс он на ходу.
Повернувшись, реаниматор направился к выходу.
Подойдя к одной из анабиозных камер, Ар-Григор повёл подбородком в её сторону.
— Она здесь! — негромко произнёс он.
Ан-Менсоро шагнул к анабиозной камере ближе и склонился над ней: внутри, совершенно без одежды лежала Елена; нижняя часть её тела была чёрной с ярким пузырящемся пятном посреди этой черноты. Выпрямившись, Ан-Менсоро повернулся к главному реаниматору.
— Почему вы не занимаетесь её реанимацией? — астрофизик взмахнул подбородком.
— Она получила сильный энергетический заряд в нижнюю часть своего тела, — заговорил Ар-Григор. — Удивительно, что она вообще осталась жива после этого. Практически все нижние внутренние органы её тела прекратили свою работу и умерли. Умерли и её половые органы, но удивительно то, что оплодотворённый эмбрион остался жив. Мы изъяли его и поместили в питательную среду.
— Она была беременна? — Ан-Менсоро подался в сторону главного реаниматора. — Но как? От кого? Грачёв! Гад! Ну я ему… — лицо астрофизика исказилось гримасой досады.
— Эмбрион развивается, но он очень странный. Если это был кто-то из экипажа транспорта, то он должен быть весьма необычным человеком. Я не знаю, как поступить с эмбрионом, — Ар-Григор покрутил головой. — Я хочу посоветоваться с начальником колонии Ли-Шахом.
— Что значит странный? — лицо Ан-Менсоро вытянулось.
— Он развивается не так, как должен развиваться эмбрион земной женщины, оплодотворённый земным мужчиной.
— Сколько ему времени жизни?
— Около тридцати стандартных суток. Точнее трудно сказать из-за его странности.
— Тридцать суток, — Ан-Менсоро потёр лоб. — В это время она… — он махнул рукой. — Грот. Это будущий ребёнок грота. Вот почему он находился рядом с ней, а когда убедился, что эмбрион нормально развивается исчез, — едва слышно произнёс Ан-Менсоро.
— Кто такой Грот? Я не знаю колониста с таким именем. Он из экипажа «Траст»? — поинтересовался Ар-Григор.
— Где эмбрион? — поинтересовался Ан-Менсоро, оставив вопросы главного реаниматора без ответа.
— Здесь!
Ар-Григор повернулся и подойдя к какому-то небольшому прозрачному аппарату, стоящему неподалёку от анабиозной камеры с Еленой, повел подбородком в его сторону.
— Он заметно подрос за сутки. Определённо, он развивается быстрее эмбрионов землян.
Подойдя к аппарату, заполненному прозрачной жидкостью, вплотную, Ан-Менсоро увидел внутри него большую колбу, наполненную желтоватою жидкостью, в которой плавал едва видимый тёмный эллипсообразный предмет. Странным образом к колбе никаких ни проводов ни шлангов не шло, хотя сам аппарат был опутан ими в большом количестве.
— Той питательной среды, в которой находится эмбрион, сейчас вполне достаточно для его развития, — продолжил говорить Ар-Григор. — Когда эмбрион станет больше, мы перенесём его в питательную среду самого аппарата, в котором он будет развиваться, пока не наступит время его рождения.
— Я могу взять в руки эту колбу с эмбрионом? — неожиданно поинтересовался Ан-Менсоро.
— Зачем? — удивился Ар-Григор.
— Хочу рассмотреть его поближе, чтобы увидеть его странность.
— Эта странность наблюдается лишь по специальным приборам под большим увеличением, — Ар-Григор поднял плечи. — И вам, господин Ан-Менсоро известно, как развивается эмбрион у земных женщин, оплодотворённых земным мужчиной?
— У меня хорошее зрение и я знаком с развитием земных эмбрионов, — Ан-Менсоро негромко хмыкнул.
— Как скажете, — дёрнув плечами, Ар-Григор отстегнул защёлки на прозрачном аппарате, откинул его крышку и достав колбу, протянул её Ан-Менсоро. — Аккуратнее!
Взяв колбу, Ан-Менсоро поднёс её к лицу и повертев, широко усмехнулся. Его рука, державшая колбу вдруг разжалась, и колба полетела вниз, и ударившись о твёрдый пол медлаборатории разлетелась в дребезги, обдав одежду астрофизика и главного реаниматора какой-то вязкой жидкостью.