Абсолютное кормило: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Статуя наверху явно была самой древней, изъеденной возрастом и покрытой слоями серой пыли. Фигура принадлежала коренастому мужчине с квадратной челюстью, в длинном плаще и с круглым амулетом.

— Это ваш амулет, Телдин, — сказал Эстрисс.

— Да, — признал Телдин, присмотревшись внимательнее. Узор на амулете был таким же, как и едва различимый узор на внутренней стороне плаща, узор из трехконечных звезд. — И это плащ, который я ношу. Вы смотрите на Первого Пилота, первого капитана «Спеллджаммера».

— Кто он был? — спросил Джан. — Что вы можете нам сказать?

Телдин подумал, потом покачал головой. — Как я уже сказал, я сам не все понимаю.

КассаРок сказал: — Если это Первый пилот, то все эти статуи должны быть…

… — статуями всех капитанов «Спеллджаммера», — автоматически продолжил Телдин. — И бриллианты…

— ... это кристаллы памяти, как в хранилище наверху, — сказала На'Ши.

— Да, жизнеописания капитанов и их правления на борту «Спеллджаммера».

Они продолжили спускаться по Ротонде Капитанов. Телдин остановился и указал на ступени лестницы. Они были покрыты пылью, но были видны тонкие прямые следы, будто что-то недавно прошло этим путем. — Печать, — сказал Телдин. — Капли от расплавленной печати на двери снаружи. Они пришли сюда.

Группа прошла по узкой дорожке мимо более чем 150 статуй, мужских и женских, даже одного бехолдера. По мере того как воины спускались, статуи казались более свежими, менее пыльными. Телдин узнал лицо Ромара, капитана, который, в конце концов, стал Фулом. Затем, наконец, они поняли, что приближаются к подножию лестницы. Последняя статуя была справа, стояла сбоку от огромной двери. Другая, меньшая винтовая лестница вела еще дальше вниз. — Смотрите, — сказал Телдин.

Капли металла спустились по лестнице и поднялись по телу последней статуи, чтобы собраться и превратиться в блестящий диск на шее статуи. Статуя была одета в длинный плащ и гордо стояла среди остальных, последняя в длинном ряду как героев, так и негодяев.

Статуя была безликой, с пустым шаблоном для лица, но Эстрисс сразу увидел, на кого должна была походить статуя. Оглядевшись, он понял, что остальные сделали то же самое. Даже Стардон казался тронутым, застывшим, когда он уставился на необработанный, бесформенный камень.

Телдин уставился на статую. — Теперь я понимаю. Теперь я знаю, почему «Спеллджаммер» призвал меня. Он повернулся к своим друзьям. — Однажды мне сказал о моей судьбе фал, но я не поверил ему. Но он был прав, и именно поэтому я здесь. Он вздохнул и провел рукой по плащу статуи. — Это я, — сказал он. — Я буду следующим капитаном «Спеллджаммера».

Глава двадцать девятая

«... Существо было из той же материи, что и шиваки, но выглядело настолько устрашающе, что у меня почти не было времени рассмотреть его. Этот шиваки был огромен, гротескное подобие бехолдера, охраняющий трон легендарного адитума от всех узурпаторов. Как только он заметил меня, он напал...»

Джокарин Болд, личный журнал

*****

— Капитан? — недоверчиво переспросил Чаладар. — Как давно вы это знаете?

— Я пытался рассказать вам в библиотечной башне, когда я разбирался со сферой внутри полости, но «Спеллджаммер» был атакован, и мы выбежали наружу, прежде чем я смог закончить свое сообщение.

Эстрисс сказал: — Неудивительно, что все расы хотят вашей смерти, а плащ — для себя. Абсолютное Кормило даст любому носителю звание капитана «Спеллджаммера».

— И «Спеллджаммер» стал бы абсолютным оружием разрушения, — рассудил Чаладар. — Хаос распространился бы по сферам, как чума.

— Я не знаю об этом, — сказал Телдин. — Этот Фул когда-то был капитаном, и его отвергли за его действия против жизни и мира.

— Это может быть правдой, — вмешался Джан, — но те, кому нужен «Спеллджаммер», вероятно, никогда не были на его борту. Они, вероятно, ничего не знают о разуме «Спеллджаммера». Даже население ничего об этом не знает.

Стардон молчал на протяжении всей дискуссии, застыв от гнева. Теперь он знал все, что ему было нужно. Он давно знал, с тех пор как купил информацию у безумного аркана, что магический предмет был ключом к тому, чтобы стать капитаном «Спеллджаммера». Но теперь предметом был плащ Телдина, и он позволил Телдину пройти в адитум, где затем можно было бы забрать плащ себе и принять звание капитана.

Телдин отвернулся от дискуссии и открыл огромную дверь. Узкая лестница из десяти ступеней вела из Арсенала на крышу Темной Башни. Он пошел, затем подождал, пока выйдут остальные члены группы.

Телдин повел группу по крыше Темной Башни, где они остановились в тени гигантского хвоста «Спеллджаммера». Тело корабля лежало перед ними, будто они были его хозяевами. Отсюда они могли видеть тела на палубах, обломки, образовавшиеся в результате обстрелов сверху. Снизу донеслись крики и сердитые возгласы, и они услышали звон спиральных пружин, когда баллисты обстреливали суда, находящиеся в потоке вокруг корабля.

Владелец Плаща протянул руку и провел по широкой фиолетовой поверхности хвоста, ища. Его рука нашла точку на уровне глаз, затем Телдин отступил назад, и жестом пригласил остальных подойти к нему. Он указал на пятнистую область сбоку хвоста. — Вот, — сказал он и встал лицом к хвосту, раскинув руки.

Амулет на его шее начал пульсировать электрическими разрядами, затем испустил ослепительный всплеск энергии, окутавший хвост ослепительным сиянием. В мгновенном ответе пятнистая область хвоста изменила цвет, превратившись из пятнистого фиолетового в водоворот красного и синего. Затем поверхность невероятно искривилась, будто сама ее плоть превратилась в жидкость. Она растаяла в миазматическом водовороте цвета, обнажив движущееся бесформенное отверстие. Внутри была лестница, которая органично извивалась, как вена, и уходила вверх, в хвост.

Телдин заполз в отверстие, присел внутри и огляделся. Он подвинулся, чтобы впустить остальных, и они начали медленно,  гуськом подниматься по узкой, хаотичной лестнице. Она была полупрозрачной, неравномерно сформированной из хитинового, похожего на паутину материала, который, казалось, представлял собой одну длинную структуру, спирально поднимающуюся через хвост. Тишина внутри казалась осязаемой, почти священной, и они уверенно поднимались по лестнице, не разговаривая, чувствуя, как на них давит тяжесть их поисков.