Туристка: читать начало книги онлайн

Их чёрное дело было сделано. В торговом центре не осталось никого из туристов, лишь продавцы и местные жители, которые жались у стен, боясь издать хотя бы звук. Всего за несколько минут место всеобщей радости превратилось в огромное побоище. Я обходила убитых людей, послушно следуя за самым главным из чудовищ. Проходя мимо того злосчастного кафе, в последний раз посмотрела на Уильяма: его глаза остались открытыми. Похоже, он даже не успел ничего понять: для него всё произошло слишком быстро.

Его больше нет. Моя любовь… Слёзы душили, заливая глаза, но нельзя было плакать. Эти страшные люди не сводили с меня глаз, а я не могла оторвать взгляд от Уилла. Совсем недавно мы были вместе и строили планы на будущее, улыбались, любили, и мир вокруг нас выглядел спокойным. Всё рухнуло в один миг!

Мы вышли на улицу через служебную дверь. Цепкая рука беспощадно сжимала мою.

— Садись! Теперь будешь со мной! — Он открыл машину.

Собрав всю силу воли и стараясь выглядеть естественно, словно мне совсем не страшно, я села в машину. Впрочем, иного выбора не было.

Без телефона, вещей, без единой возможности позвать на помощь, я сидела в окружении террористов. Микроавтобус тронулся с места. Ещё никогда в жизни мне не было так страшно! Я медленно потянулась к золотому распятию на своей шее и крепко сжала его в руке, взывая к помощи Бога. Но я пока была жива, и уже это казалось мне чудом.

Глава девятая

Страх… Думаю, Бог создал его намеренно, чтобы уберечь людей от глупых ошибок, ведь сам он не может уследить за каждым их шагом. Страх порождает осторожность, а она, в свою очередь, заставляет размышлять, просчитывать грядущие действия и представлять последствия. Но если бы страха не существовало вовсе, люди гибли бы каждую минуту и по самым нелепым причинам, словно мотыльки, которые по глупости и незнанию летят на свет раскалённой лампы. Мы убеждены, что страх — это порок, недостаток, живущий глубоко в сознании и препятствующий полной свободе. Однако сколько жизней он спас! Сколько судеб сберёг от гибели или несчастья!

…Не знаю, куда девался мой страх, когда я решила одна отправиться в арабскую страну. Как зачастую бывает, самонадеянность подавила осторожность.

Счастья, как и горя, не бывает слишком много — во всём есть баланс. Если печаль в вашей жизни задержалась надолго, значит, совсем скоро она неожиданно сменится светлой радостью. Но если вы безумно счастливы и каждый миг кажется невероятным, а дни похожи на прекрасный сон, самое время насторожиться…

Я не знала, куда мы едем. За окном машины виднелась только нескончаемая пустошь из песка, камней и рыжей сухой земли, на редких участках которой встречались неприхотливые деревья арганы. Стоял удушающий зной.

…Мы ехали уже четыре часа. Мне хотелось в туалет, горло пересохло от неистовой жажды, но я терпела. Кажется, за весь путь я так и не сменила позу — просидела, не шелохнувшись, будто деревянная кукла. В машине было по-адски жарко! Капли пота скатывались по шее. Не поворачивая головы, я осторожно посматривала на мобильный телефон самого главного из убийц. Он вёл микроавтобус, а я — его добыча — сидела рядом.

Лицо Уилла стояло перед глазами. Ещё утром мы были самыми счастливыми людьми на свете, а сейчас наши судьбы разошлись жестоко и навсегда. Никто не знает, что я здесь, никто не видел, как меня увозили, и не у кого попросить помощи. Я мысленно повторяла номер телефона мамы — снова и снова, боясь его забыть.

Машину наполнял мерзкий запах мужского пота. От жары и вони у меня начала болеть голова, а взгляд стал постепенно мутиться. Почувствовав, что теряю сознание, потрясла головой. Мне совсем не хотелось отключаться, ибо сейчас каждая секунда имела значение: я внимательно смотрела на дорогу, отчаянно стараясь запомнить путь. Все четыре часа ехали молча, и это ещё сильнее нагнетало обстановку. Наконец, один из убийц что-то громко прокричал самому главному, и тот недовольно ответил, нервно махнув в его сторону рукой, а потом открыл в машине окно.

«Боже… какое счастье!» — я жадно поймала лицом первую волну свежего воздуха. Ветер стал раздувать мои длинные волосы, и только теперь этот человек обратил на меня внимание.

— Хочешь пить? — спросил он, вспомнив о моём присутствии.

Наконец-то я дождалась милости!

— Да! — Схватила поданную мне бутылку и начала пить без остановки.

— Довольно! Оставь немного братьям. — Он выхватил её из моих рук, и в машине раздался оглушительный смех.

Я снова сжалась и затихла.

Дорога казалась вечной. Вокруг — пустыня и ни единой встречной машины.

Что лучше: быть похищенной или убитой? Но мне было что терять! Мама и сестра ждут дома. Отец, хоть и живёт далеко от нас, безумно меня любит. Что будет с ними, если я не вернусь? Смогут ли они пережить это и, мучаясь от неведения, смириться? Вряд ли…

До сего дня писала маме и Розе каждый день. Посылала им чудесные фотографии своего времяпровождения, делилась прошедшим днём, будто находилась рядом с ними, а они — со мной. Но сегодня мама не получит от меня сообщение… Будущее стёрлось для меня, лишилось очертаний и утратило свой цвет. Все планы и мелочи, которые имели величайшую ценность, превратились в пыль. Неужели ещё вчера я беззаботно рисовала на балконе, а Уилл нежно поглаживал мои плечи? …Эти моменты рассеивались подобно сну. Я очнулась. И вот она реальность: мрачная пустота впереди и леденящий душу страх.

Впервые я не принадлежала себе! Человек, безжалостно убивавший туристов в магазине, по неизвестным причинам оставил мне жизнь, и с того самого момента она перестала быть моей. Их было пятеро, но кто знает… Вдруг именно он застрелил моего Уильяма? А я сейчас сижу рядом с ним и, как жалкая трусиха, держусь за свою жизнь, хотя должна плюнуть ему в лицо, приняв любые последствия!

«Почему он решил не убивать меня? Чего он хочет?»

Множество вопросов и ни одного ответа.

Мне захотелось рассмотреть его получше: мышцы и очень сильные руки, короткая борода, чёрные густые брови, волосы цвета угля, очень смуглая кожа и чёрные холодные глаза. Это был взгляд жестокого человека. Он смог бы убить кого угодно даже без помощи оружия. Всего на мгновение я представила его массивную руку на своей тонкой шее — никаких шансов выжить. Было трудно определить его возраст: тридцать пять… возможно, тридцать восемь… Мужчины восточных национальностей всегда кажутся старше, чем они есть.

Вдруг его глаза покосились в мою сторону, и я немедленно перевела взгляд на дорогу.

Солнце опустилось за горизонт. Мы провели в пути не меньше пяти часов. За всё это время сделали только одну остановку, а в машине стояла всё та же тишина. Я слышала лишь гул мотора и шум ветра, который пролетал мимо открытого окна.

Человеческие потребности брали верх над страхом. Мне снова понадобилось в туалет, очень хотелось есть и пить. Я бы с лёгкостью осушила целую бутылку воды.