Воспоминания поменялись, и Джоанна увидела Лилиану, сидящую рядом с Беллатрисой. Руди играл с кем-то во взрывные карты. Рядом с ними стояла коробка с печеньем.
- Раб, ты сейчас проиграешь, - хмыкнул Руди и положил червового туза.
- А вот и нет, - кивнул Раб и выложил трефовую даму. Вдруг карта взорвалась и ударила огнем в лицо Раба, что вызвало смех у всех присутствующих.
- Я же говорил, братец, - улыбнулся Руди и похлопал Раба по плечу. – Знаешь, а тебе идут сгоревшие брови. Лили, ну скажи же.
- Возможно, - кивнула Лилиана, бросая взгляд на Раба. - Знаешь, Рабастан, ты сейчас выглядишь, будто тебе в лицо взорвалось зелье, которое ты готовил перед Слизнортом, - хихикнула девушка, а после посмотрела прямо на Джоанну, отчего та вздрогнула. - А вот и проблема.
- Это что тут происходит? - спросила подошедшая МакГонагалл. - Вы знаете, что уже идет ужин?
- Нам просто хотелось побыть в одиночестве и подальше от всех, - сказала Лилиана, смотря на преподавателя трансфигурации. - А в Зале всегда галдеж.
- А ну все в замок, пока я вас не наказала, – проговорила МакГонагалл и последовала за друзьями.
Джоанна вынырнула из воспоминания и задумалась. Спустя час раздумий Джоанна взяла склянку, на которой было написано «1976 г.».
«Это же разгар первой магической войны», - подумала девушка, откупоривая склянку и выливая воспоминания в омут.
***
- Мортморде! - крикнула Лилиана, направив палочку в потолок, но ничего не произошло.
- Знаешь, я слышала, что это заклинание вызывают только после чьей-то смерти, - проговорила Беллатриса, наблюдая за подругой.
- Тогда понятно, почему оно не работает, - хмыкнула Лилиана и притянула к себе темную книгу.
- Есть что-нибудь интересное? - спросила Беллатриса.
- Да, - кивнула Лилиана и повторила взмах палочкой, что был нарисован в книге. С конца палочки слетел красный луч и попал в стену, отчего та треснула. - Заклинание разлома, - прошептала девушка.
Вдруг воспоминание оборвалось, а Джоанна очутилась на полу в гостиной Мэнора. Рядом с ней стояла Андромеда.
- Ты опять смотрела воспоминания? - спросила она, садясь рядом с Джоанной.
- Не ваше дело, - буркнула девушка.
- Нет. Как раз моё, - проговорила Андромеда. - Я понимаю, что ты чувствуешь.
- Да? А мне кажется, что ни вы, ни Стейша не понимаете, что я чувствую, - пробурчала Джоанна.
- В этой войне ты потеряла мать, а я потеряла сестру, с которой не общалась больше двадцати лет, и подругу, - сказала Андромеда. - Но они знали, на что идут. Они хотели, чтобы мы жили в нормальном мире.
- Да? Я что-то не вижу нормального мира. Светлые фанатики столько законов против нас придумали, что удивительно, почему мы до сих пор не в Азкабане, - хмыкнула Джоанна.
- Пойми, Джоанна, твоя мама бы не хотела, чтобы ты так себя изводила, - сказала Андромеда.
- Она бы вообще не хотела умирать, - хмыкнула Джоанна и встала.
Подойдя к окну, девушка бросила взгляд на кладбище около Мэнора.
- Знаете, я хоть и приемная дочь, но мама обучила меня некромантии, - прошептала Джоанна.
- Я знаю. Лилиана мне рассказывала об этом. Она была довольна твоими успехами, - сказала Андромеда с улыбкой.
- Мама всегда мной гордилась, - хихикнула Джоанна, и между пальцев у неё промелькнул фиолетовый огонек. - Можно бы было её вернуть.
- Джоанна, это невозможно. Твоя мама умерла. Пойми ты это наконец, - прошептала Андромеда. - Ты думаешь, я бы не хотела вернуть Беллу, отца, мать? Я бы хотела это сделать, но это невозможно, - сказала женщина, вставая.