Куда-то делась Маша. Долго блудил по лесу в ее поисках, звал, слыша в ответ лишь хохот лесной нечисти. Лес был полон уханьем, криками ночных птиц, диких зверей, шорохами, тенями, причудливыми видениями. Пошел по лесной дороге, куда глаза глядят. Окончательно заблудился...
Что его вывело из леса, как он вышел к селу, как оказался дома?
Упал без сил на кровать, провалился в сон. Сон ли?
Перед ним против распахнутого настежь окна стояла Марья. Купаясь в лучах небесного светила, как в зеркало гляделась в ночь. Почувствовав его взгляд, стала поворачиваться, пронизала лунными очами.
Последнее, что он услышал - хлопанье крыльев огромной птицы...
Вырвался из снов и видений Иван лишь к утру, когда взошло солнце. Огляделся кругом. Маши в доме не было.
На столе нашел записку, в ней всего несколько слов:
'Миленький мой, суженный, не ищи и не взыщи. Будь проклята ведьма! Прости и прощай...'
Бросился к дому Маши. Остановился, пораженный - заколоченные ставни на окнах, никаких следов жилья. Создавалось впечатление, что в доме давно никто не живет...
Весь день Иван провел в поисках Маши. На его расспросы соседи в один голос утверждали, что Марью-горбунью видели в Новотроицком лишь весной на похоронах бабушки.
Единственным свидетельством того, что случилось с ним и Машей, была записка, да и та странным образом исчезла.
В совершеннейшем расстройстве чувств и мыслей опечаленный Иван бродил по селу, по лугам-полям вдоль реки, по лесу.
Он начинал уже сомневаться: на самом ли деле произошло с ним все это - не привиделось?
Была ль горбунья? Была ль волшебная ночь?..