— Эх! Жаль на него наши зелья не действуют! — заявила третья. — Я бы такого мужчину из кровати не выпускала!
— Пташечки мои, про привороты и любовные эликсиры вообще забудьте! — прервала любвеобильных ведьмочек магистр. — Особенно в отношении бывшего инквизитора.
— Инквизитор бывшим не бывает. — сурово заявил тот самый инквизитор, нагло зашедший в лабораторию.
— Магистр Эмэри? Вы раньше положенного. — равнодушно произнесла наша преподавательница, хотя саму распирало от негодования. Она терпеть не может, когда в её обитель врываются без стука и предупреждения.
— Ректор настоял на том, чтобы я присутствовал не только на занятии. — отбил он холодное нападение. — Ваши адепки уже проинформированы? — вопросил, осмотрев нас беглым взглядом.
— Конечно.
— Что ж, даже если так, я повторюсь. — убрав руки за спину, вышел чуть вперёд. Прямо к моей парте.
«Вот знала же, что от первых парт одни проблемы!»— пронеслось у меня в мыслях, когда носа коснулся свежий аромат парфюма инквизитора.
— Настоятельно прошу, не совершать тех ошибок, за которые вы можете поплатиться не только местом в академии, но и своими силами. — намекнул магистр Эмэри о том случае с деканом. — Запрещенные зелья тайком не создавать, назло друг другу работу не портить, помогать тоже запрещено. Это ваша контрольная работа за семестр. От неё зависит, продолжите ли вы обучаться в данном учебном заведении, либо с позором покинете его стены. Желаю всем удачи.
— Она нам понадобится. — буркнула я себе под нос.
— Вам в особенности, адептка Рохос. — огласил на всю лабораторию этот…этот… ненавистник ведьм, первый раз за много стычек обратив на меня внимание.
Не знаю, чем я ему так насолила, что он всегда в упор меня игнорировал, либо же наоборот, тюкал за каждую оплошность, но это стало меня злить. А ещё дико ранить. Не знаю, почему.
Он единственный магистр в этой академии, кто меня вообще ни во что не ставит. Да, я может, и слабая для ведьмы, ибо рождена человеком. Магия осталась лишь от прежней хозяйки, но даже это не даёт ему право в открытую надо мной издеваться. Знаю, инквизиторы не любят ведьм, у них это заложено природой, но к остальным этот гад относится сносно. Я бы сказала, даже дружелюбно.
Залившись от стыда краской, я чуть съехала под парту, мечтая скрыться от этих пронзительно голубых глаз, режущих меня прямо как раскаленный нож. Готова поспорить, будь его воля, он бы наверное добрался до моей сути и тогда бы понял, что ни черта я не ведьма. Хотя, если её разбудить… Ну нет!
— Можете начинать. — огласил магистр Эмэри и отошёл к преподавательскому месту, где располагался приготовленный для его царской потянутой задницы стул.
— Ну что, мои пташечки, по одной выходите ко мне и вытягиваете из шляпы билет, в котором и будет представлено зелье, что нужно приготовить. Все ингредиенты появятся у вас на столах, после того, как зачитаете мне название. — потрясла магистр Оранш своей ведьминской шляпкой, перемешивая волшебные бумажки. — Кто первый?
Спешить я не хотела. Везение — не моя сильная сторона. Да, оттягивать неизбежное глупо, но так хочется подольше побыть в спокойствии.
Вот только моя очередь неумолимо приближалась. Когда из тех, кто ещё не получил билет, осталось всего пять, пришлось подняться и двинуться к проклятой шляпе, решающей моё дальнейшее обучение.
Не знаю на зло ли, или просто из вредности, но когда я засунула руку в шляпу, инквизитор отвернулся к окну. Первый раз за всё время жребия! За остальными он следил пристально, а вот меня в упор игнорировал. В груди что-то больно кольнуло, но отбросив от себя эти бредовые мысли, я вытянула свой билет и с замиранием сердца заглянула в листок.
— Отвар «Истины». — прочитала осипшем от шока голосом.
Побледнев, я подняла глаза на такую же шокированную преподавательницу и тяжело сглотнула. Даже Эмэри, услышав название, перестал любоваться окном и повернулся в мою сторону, прожигая глазами злосчастный листок бумаги, подписавший мне смертный приговор. По лаборатории тут же полетели шепотки.
Этот отвар один из сложнейших во всей практике. Он рассчитан на ведьм с сильным резервом, но никак не на таких как я, ибо всё, на что способна моя недоведьменская персона, это мелкие проказы и пакости. И то за них приходиться отвечать высыпаниями на коже, синяками на теле, скручиванием кишечника.
«Истина» на всех действует по-разному. В ком-то пробуждает его потаенные желания, обостряет их, заставляет воплотить в жизнь. В ком-то открывает его истинную сущность, такую, какая она была с рождения. А кого-то вообще может свести с ума.
В общем, как говорит Кесс: «Полный расколдуй!»
Звиздец, мне девочки!
— Можно мне прямо сейчас забрать документы? — вопросила я с надеждой, посмотрев на миссис Оранш, дабы не позориться.
— Так просто опустите руки, адептка Рохос? — шок!
Эмэри встал со своего ступа и подошёл к нам, не отрывая от меня своих голубых глаз. Я даже зависла на секунду, засмотревшись на его оболденное подтянутое тело.
И не скажешь же, что ему уже около сорока!
Хорош. Очень хорош и сексуален!